Эпоха Титана 2 (СИ)

Поднял брови. Во множественном числе? Так это массовая проблема? Не только у нас?
— Наша служба занимается этим, — тут же ответил майор, поворачиваясь к лейтенанту. — Зачем привлекать аномальщиков? Чтобы что-то скрыть? Снять с себя ответственность, Вадим Семёнович? Это ваша работа!
Майор говорил громко, яростно. Пытался давить авторитетом СКА.
— И я её выполняю, используя все доступные средства! — повысил голос Чешуя, шагнув вперёд. — Генерал Гробыч был в курсе и одобрил операцию. Но потом появились вы и воспользовались тем, что он отсутствовал, забрали у меня документы. Поехали в корпус, чтобы что? Разорвать бумаги? Помешать мне?
  
— Следи за языком, — пробасил Бойко, сузив глаза.
— А что, только он должен? — поднял бровь Гробыч, обращаясь к первому генералу. — Чемезов, ты что, храбрости вдруг набрался? Решил поперёк меня действовать? А вы, уважаемый Данила Петрович, чего влезли? Это мои люди.
Он уставился на Бойко. Тот напрягся, выпрямился в кресле.
— Я? — переспросил Бойко. — Потому что вы не справляетесь и не контролируете процесс!
Зевнул. Вот же словоблуды. Почему не могут прямо выражать свои мысли?
Два генерала меряются авторитетом, майор пытается выгородить себя, Чешуя защищается. А по факту — никто ничего не решает.
— У нас есть улика, — повысил я голос, прерывая их перепалку.
Все тут же заткнулись. Повернулись в мою сторону как один. Матросов так вообще чуть сознание не потерял — глаза вылезли на лоб, рот приоткрылся. Видимо, не ожидал, что я влезу.
— Кто? — спросил Гробыч, пристально глядя на меня.
— Это Большов Владимир Николаевич, — представил меня Чешуя, шагнув в сторону. — Один из временных информаторов нашей службы.
— Был! — добавил Чемезов резко, показывая пальцем на меня.
Змеев, который до этого лишь молчал, наблюдая за происходящим с лёгкой усмешкой, подался вперёд. Сложил руки на столе, внимательно изучая меня.
— Говорите, молодой человек, — произнёс он мягко.
— А-а-а… — замялся Чемезов, явно пытаясь что-то возразить.
— Мы с Матросо… Борисом Ивановичем были в аномалии, — начал я спокойно. — На месте, где обнаружили изменённого. Проводили осмотр.
— Там уже работала СКА, — вмешался майор, перебивая меня.
Посмотрел на него. Дёрнул щекой. Раздражает.
— Ты решил, что лучше нас можешь действовать? — спросил меня Бойко, нахмурившись.
— Закончили? — вмешался Змеев холодно. — Я сказал, чтобы молодой человек поведал свою версию. Зачем вы его перебиваете, майор?
Аристократ уставился на Чемезова так, что тот побледнел и сжался весь. Втянул голову в плечи, губы задрожали. Похоже, аристократов здесь боятся больше, чем генералов.
— Под сараем оказалась лаборатория, — продолжил я. — Судя по следам — заброшенная. Так что отвечая на ваш вопрос, майор… Почему сотрудники СКА её не обнаружили? Там мы нашли следы работы с изменёнными. И ещё одну улику.
— Ложь! — тут же повысил голос Бойко, вскакивая с места. — Это выдумки!
Что ж вы все тут как бабы себя ведёте? Базар устроили. Орут, перебивают, обвиняют. Никакой конкретики.
— Мне продолжать? — склонил я голову, глядя на графа.
— Давай, — кивнул Змеев, откинувшись на спинку кресла.
— Вернулись в корпус, — мой живот заурчал так, словно там зверь проснулся. Громко, неприлично. Но всем плевать. — И тут нас уже встречал Чемезов. Порвал наши бумаги от лейтенанта. Сказал, что он отстранён за превышение полномочий.
— Я такого не говорил! — вмешался майор, мотая головой.
— Врёшь, сука! — донеслось сзади. Это был Матросов, не сдержавшийся.
Гробыч снова ударил рукой по столу, но теперь сильнее.
— Тихо! — рявкнул он. — Куратору пятьдесят ударов палками за неуважение к сотруднику СКА!
Борис стиснул зубы, но промолчал. Понял, что перегнул.
— Обыскали нас, — продолжил я, пожав плечами. — Нашли улику и забрали.
— Изъяли, — влез Чемезов, поправляя.
— Борис Иванович попросил документы о том, что мы больше не в СКА, — продолжал я, не обращая внимания на майора. — Потребовал, чтобы сделали опись улики с указанием полной информации. Майор отказался, и тогда Матросов объявил «Стену».
— Вон оно что… — растянул Гробыч, усмехаясь. — Ваш человек мало того, что влез, так ещё и документы уничтожил. И словно ему этого было мало, забрал и спрятал улику. Отказался делать всё по инструкции.
Он уставился на Бойко. Тот побагровел, стиснул кулаки.
— Я… я… — замялся Чемезов, пятясь назад.
— Нападение на сотрудника СКА, попытка удержания, объявление «Стены» без угрозы, — перечислял Бойко, глядя на Матросова. — Кто-то у нас скоро станет рабом, и это в лучшем случае.
— А никого не интересует, что мы там нашли? — перебил я их. Реально достали уже. — Показать улику или это никому не нужно?
Все замолчали. Уставились на меня. Змеев улыбнулся уголком губ. Видимо, ему понравилась моя прямота.
— Покажите, — кивнул он.
Матросов чеканя шаг подошёл к столу. Достал из кармана обрывок бумаги, аккуратно завёрнутый в платок. Положил перед графом.
Змеев взял обрывок двумя пальцами. Аккуратно, будто боялся испачкаться. Поднёс к глазам, прищурился. Изучал каждую букву, каждую печать. Молчал. Лицо оставалось невозмутимым, но что-то в его позе изменилось. Выпрямился чуть сильнее.
— Любопытно, — произнёс он наконец, передавая бумагу Гробычу.
Генерал, когда увидел, улыбнулся широко. Зубы блеснули. Он знал, что это значит. Знал и радовался.
А вот второй генерал, Бойко, когда получил бумагу из рук Гробыча, стал какой-то несчастный. Лицо вытянулось, брови поползли вверх. Адамово яблоко дёрнулось — сглотнул. Пытался сохранить контроль, но провалился.
— Интересно как… — выдохнул Змеев, откидываясь на спинку кресла. — Официальный бланк СКА в лаборатории по созданию изменённых.
— Невозможно! — тут же повысил голос Бойко, отбрасывая бумагу на стол.
— Но факт налицо, — закивал головой Гробыч. — Это бланк из нашей исследовательской лаборатории. Абы где его не достать, все подотчётные.
Он уставился на Бойко так, что тот отвёл взгляд.
— Думаю, мы можем отпустить всех лишних, — взял улику в руку Змеев, аккуратно сворачивая её обратно. — Только сотрудники СКА остаются. И… Где глава корпуса?
— Он… — замялся охранник у двери. — У себя в кабинете, ему плохо. Сердце.
— Вон оно что… — покачал головой аристократ. — Ничего, мы с этим тоже разберёмся. Что-то он какой-то у вас неответственный. Зря место своё занимает?
Змеев поднялся с кресла. Генералы следом встали. Чемезов застыл, глядя в пол.
Мы с охраной корпуса дружным ходом направились к выходу. Наконец-то. Матросов сиял, улыбался во весь рот. Чему радуется? То, что его задумка дала плоды? Вот только почему он поставил на Чешую? Откуда уверенность, что приедет нужный генерал?
Был бы тут только Бойко — и всё. Лишили бы прав и сослали рабом на рудники. Глянул на Бориса. Не простой мужик, ох и не простой. Не зря я им всем не доверяю.
Вышли в коридор. Свет резанул по глазам после полутёмного зала. Охрана тут же схватила Бориса за плечи, выворачивая руки назад.
— Приказ, — сказал один из них коротко.
— Иди, — поморщился Матросов, бросив мне через плечо.
Плата за свои действия, и на мой взгляд не большая. Пятьдесят ударов палками — Борис переживёт. Видел я, как он дрался. Выдержит.
Что сделал я? Конечно же направился в столовую.
Баба Софья обрадовалась, когда меня увидела. Лицо расплылось в улыбке, руки всплеснула.
— Володенька! — позвала она. — Проголодался небось?
Кивнул.
— Иди, иди, сейчас накормлю.
Встал в самом начале очереди. Никто не возмутился. Все молчали. Даже место уступили, расступились в стороны, освобождая проход. Молодцы какие, учатся наконец.
  
По столовой прошёл шёпот. Тихий, но я слышал обрывки:
— … это тот самый…
— … генералов видел…
— … лучше не смотреть…
Кто-то отвернулся. Кто-то уткнулся в тарелку. Один новобранец, видимо совсем свежий, попытался возмутиться, но сосед дёрнул его за рукав и зашипел что-то на ухо. Парень побледнел и замолчал.