Чужой наследник
– Твои советы или Его советы? – спросил он.
– Не имеет смысла больше делить меня и Его. Мы с ним одно целое. Так что, мои советы. И мои распоряжения. Обещаю – ты станешь ограненным. Потенциал у тебя есть. И еще. Ты нужен мне. Прости, что я понял это только сейчас.
Фу, так манипулировать подростком! Но как еще быстро привести его в норму и сделать своим союзником, я не знал. Говорю же, дети – это не мое.
– Я готов! Что делать надо?
– Я сейчас покажу тебе ряд упражнений. Часть из них нужно делать для усиления основы, часть – для развития калетты. Они совсем простые, но ты должен добиться чтобы они получались у тебя автоматически. Тогда мы перейдем на следующий этап.
– Кстати. Чуть не забыл! – я хлопнул себя по лбу. – Что ты собираешься делать с найденным коммом и записью на нем?
– Ну, можно выложить в локу, – Кирилл даже оживился. – Позору будет этим гадам!
– Угу. А что потом?
– Ну… что ты имеешь виду. Разозлится Принц и прихлебалы его.
– Да. Братец! Надо уметь думать на шаг вперед. И правильно ставить себе цели. Вот ты опубликовал запись. Цель – отомстить.
– Да не, я…
– Будь честным с собой. Отомстить за попытку унижения, за наезд на Иву. За вранье по поводу приема в семью, ведь так?
– Ну… так, – Кирилл сделал “глаза обосравшегося котенка”, мол что не так?
– Хорошо. Они претерпят унижение по твоей вине. Думаешь твой Принц умоется и не захочет тебе отомстить?
– Да пусть попробует!
– Он попробует, будь уверен. И вот тебе, а главное нашей семье в нашем положении, сейчас нужен новый враг? Семья этих ЗдорОвых влиятельна?
– ЗдОровых. Ну папаша его – магнат. Считай почти вся оптовая торговля в Форте под этой семьей. Им чутка до статуса благородных не хватает, я потому и поверил что меня примут, будущие ограненные нужны им.
– Нужна нам сейчас вражда с торговым магнатом?
– Ну, вроде как, нет. Не очень. А как же…
– Запись твоя. Ты нашел, сам реши как применить, – Кирилл задумчиво посмотрел на меня, видимо в семье не часто баловали его, позволяя самостоятельно что-то решать. – Но я бы советовал скопировать ее на кристалл, а комм отправить владельцу, с запиской следующего содержания: “Так мол и так возвращаю твою вещь. Там есть запись, которая никогда не будет опубликована, если ты забудешь об Иве и обо мне. Заявка на принятие в род отменяется.” Своими словами сформулируй. И отнеси.
– Вот еще. Доставка есть! Курьера закажу.
– Денег стоит?
– На курьера у меня есть.
Я задумчиво взглянул на комм. Мощный, массивный прямоугольный агрегат в металлическом корпусе с овальным экраном и гибким кольцом для закрепления на запястье. На торце какие-то выступающие верньеры и кнопки. Гнезда для подключения. Совершенно не похож на наши гражданские модели, размером с сигаретную пачку. Хорошая вещь. Но отдать его – правильное решение сейчас. Может и удалось парня направить на верный путь. Гляньте – лоб морщит, думает. Но решение он действительно должен принять сам.
– Ладно покажу тебе упражнения, и пойду поработаю.
Я показал ему простейшие упражнения начального этапа развития, а сам отправился в кабинет Виталия Строгова.
Пароль Строгов не сменил. И я погрузился в паутину – кладезь информации о моем новом мире. Локу я решил оставить на потом. Из памяти Олега я примерно понимал куда мне смотреть. Но понятно, что одна и та же информация для семнадцатилетнего подростка и для меня, человека с огромным жизненным опытом и искушенного в интригах, несла совершенно разный смысл.
Примерно через час пришла прислуга, и с ней у меня состоялся любопытный разговор.
Огромных объемов тетка, одетая в неопрятное бесформенное одеяние, которое, видимо, когда-то было чехлом от рояля. Волосы мышасто-серого оттенка собраны в тугой узел на голове, отчего создавалось впечатление что ее голова изображает снеговика. Два шара один над другим. Дряблая кожа, многочисленные морщины, натруженные руки в мозолях и трещинах. От нее буквально разило испугом и одновременно агрессией. Ева Браун, всплыло в памяти ее имя. Едва она протиснулась в узкий дверной проем, как сразу начала с претензий.
– Если ты думаешь, парень, что я буду на вас работать бесплатно, ты ошибаешься! Мне такое нахер не сдалось. Так что я увольняюсь, – на повышенных тонах начала она.
– Откуда такие предположения? – я ответил тихо, почти на грани шепота, хороший прием, если хочешь чтобы собеседник перестал орать. – Про бесплатно? Никто и не думал, Браун что ты записалась в волонтеры.
– А откуда у вас деньги? – продолжила уже менее громко, но все с той же пугливой агрессией. – Родители ваши померли. Значит вас скорее всего в приют отдадут или под опеку. Вряд ли батя твой много налички тута хранил. Завещание еще когда вскроют. А меня в долг пахать не устраивает! И я "фра Браун"! Побольше почтения молодой человек!
У меня было что ответить этой жирной оборзевшей твари, но лезть в прямой конфликт с ходу я не стал. Это глупо. Она похоже понимает, что ведет себя мерзко, вот откуда опаска в ее голосе. И наигранное возмущение. Попробую ее утихомирить. Кто-то должен нам готовить и покупать продукты, тупо потому, что ни я, ни Кирилл готовить не умеем. Однако и место ее надо ей показать сразу и жестко.
– Браун! – чуть-чуть повышаю тон. – Не верю что отец тебе не заплатил. Такие как ты всегда требуют деньги вперед. Что там и как будет с нашей семьей, не твоего ума дело. Твое дело – отработать то, что тебе уже уплачено. Еще раз посмеешь на меня орать, пожалеешь. Забыла, что с благородным говоришь, а не со своими дружками на помойке общаешься?
Тетка надулась, хотя, казалось бы, куда еще больше, и покраснела как перезревший помидор. Вот сейчас кажется, злость самая настоящая.
– Да ты, сопляк… что ты себе позволяешь?! Как ты смеешь так говорить с почтенной женщиной, да я… хр хр хрррр…
Я пристально смотрел в заплывшие жиром глазки этой туши, пока она пыталась пропихнуть немного воздуха, через внезапно сжавшееся спазмом горло. Аура может и в физические воздействия. Затратно правда. Через минуту попыток вдохнуть, она рухнула на колени. Пол в коридоре изрядно вздрогнул. Я дал ей вдохнуть. Ай, я молодец! Не пошел на конфликт! Ладно, надо дожать ее.
– Ты будешь обращаться ко мне “господин Строгов”, – сказал я все так же негромко и, надеюсь, внушительно. – Ты отработаешь аванс, и потом можешь убираться на все четыре стороны. Нам прислуга, забывшая свое место, не нужна. Итого. Насколько вперед заплатил тебе отец?
Весь ее гонор и агрессия куда-то испарились. Сейчас она была испугана почти до мокрых подштанников. Поразительно как целебно действуют на некоторых волшебные тумаки.
– Неделю вперед. Осталось четыре дня.
– Господин. Не забывай добавлять.
– Четыре дня, господин.
– Так и договоримся. Деньги на расходы я найду. А теперь приготовь нам с братом завтрак. Иди на кухню, Браун. Продукты у нас еще есть, я проверял.
И, больше не интересуясь ей, я снова отправился в кабинет. Но погонять по паутине мне так и не дали.
Сперва пришла Ива, утешать Кирилла. И меня заодно. Я был прав, по всем признакам у девчонки уже начались изменения внутренних органов, близкие в патологии. Вот они риски ранней огранки и неготовности основы во всей красе. Я оставил их вдвоем, но только снова вошел в сеть, как нас навестил полицейский чиновник.
Полицейский долго и нудно опрашивал меня о происшествии, о родственниках, о том были ли у отца враги и прочая их стандартная полицейская муть. Века прошли, а стражники не меняются. Удовлетворился ли он ответами на все свои вопросы, не знаю. Записывал он наше общение на комм. Все-таки поразительно многофункциональное устройство. По окончании беседы он заявил.
– Для оформления над вашим семейством опеки требуется решение полицмейстера. Если, в течении трех суток не объявятся законные опекуны, или не будет оглашено завещание, вас с братом передадут под опеку короны. Вам потребуются свидетельства о смерти отца и матери. Их можно будет забрать в полицейском управлении сегодня после полудня. Не забудьте свое свидетельство о рождении, перед нанесением визита в управление. Честь имею, молодой человек.