Учитель. Назад в СССР 6 (СИ)

— Это, Иван, героизм в чистом виде. Каждый день, каждую минуту, каждую секунду рисковать своей жизнью, чтобы спасти другого человека, — серьезно глядя на мальчишку, ответил я. — И такой героизм, такая работа, она в тысячу раз важнее одного единственного подвига. Пусть и самого что ни на есть героического, трудного. Они на одной ступени, понимаешь? — спросил мальчишку. — Нельзя обесценивать один. Возвеличивая другой.
  
Малек задумался, долго хмурился, качал головой, судя по всему, вел мысленный диалог сам с собой, потом посмотрел на меня и кивнул.
— Кажется, я понял, Егор Александрович.
— Это хорошо, — кивнул я в ответ. — Ну что, пора в лагерь. Место для винтовки я присмотрел, сейчас спрячу, и пойдем к ребятам.
— Зачем спрячете? — не понял Ванька. — Мы же парторгу? Вы же сами сказали…
— Сказал, — согласился я. — А представь на минутку, что будет, если мы с тобой в лагерь принесем винтовку?
— Ну… Пацаны захотят посмотреть… — неуверенно выдал Мальков.
— Верно. А потом?
— Ну, потом мы винтовку отнесем в село… Дим Димычу, или парторгу… — повторил мои мысли Ваня.
— И что еще?
— Что? — мальчишка нахмурил брови и задумался. — А… девчонки растреплют, что мы берданку нашли… Все село к вечеру прознает, — радостно заулыбавшись, выдал Ванька.
— Ну почему же только девчонки, — усмехнулся я. — Думаю, ни один семиклассник не удержит язык за зубами. Всем захочется поделиться неприличной находкой.
— Ну… Это да… — смутился Мальков. — Прячьте, чего уж…- пацан махнул рукой, покосился на меня, глубоко вздохнул и спросил. — Егор Александрович, а можно я потом с вами… Ну, когда забирать будете? А?
И уставился на меня взглядом кота из Шрека, таким наивно-умоляющим.
— Э, нет, Иван, не обессудь. Забирать будем с товарищем Третьяковым, участковым. Мальчикам, даже таким смелым и умным, в этой операции не место.
— Ну и ладно, ну и подумаешь, — шмыгнул носом обиженный Мальков. — Ну чего, идем уже?
— Идем. Подожди, я скоро. Никуда отсюда не уходи, договорились?
— Не доверяете, значит? — прищурился Иван.
— Доверяю, Ваня. Но живу по принципу: что известно двоим, известно всему миру.
— Да я никому! — возмутился Мальков.
— Знаю, — улыбнулся пацану. — Но место схрона должен знать один.
— Ладно. Подожду, — буркнул мальчишка, демонстративно от меня отворачиваясь.
Ох уж эти дети, особенно пацанва. Все-то им надо знать, всюду быть. За свою мальчишескую честь и гордость оскорбляются на раз.
Винтовку я припрятал быстро, замел следы, осмотрелся и через пятнадцать минут вернулся к месту привала. Иван сидел на том же месте, всем своим видом демонстрируя, что никуда не отходил и вообще с места не двигался. В последнем я не сомневался, слежку за собой не почуял. Уверен, мальчишка сдержал слово.
— Ну что, идем?
— Идемте, — поднимаясь с травы, кивнул Малек. — А пацанам чего скажем?
— А вот тут поймал, — усмехнулся я. — Не рассчитывал, что вернусь так поздно, да еще и в компании. Лагерь, поди, уже проснулся… Что ж, придется легенду придумать. Идеи есть? — поинтересовался у Ваньки.
— А давайте скажем, что мы это… ну… спрятали секретную записку, а кто ее найдет, тому приз!
— Секретную записку, говоришь? — удивился я. — Цель?
— Так у нас же сегодня соревнования, вы чего, Егор Александрович, забыли что ли? — напомнил Мальков.
— Точно. А что, хорошая идея. Только давай скажем, что за ягодами ходили с утра пораньше.
— Это зачем? — опешил Ванька.
— Затем, чтобы и ты в соревнованиях участвовал. А записку я и сам потом спрячу, как в лагерь вернемся.
— А-а-а… Это вы хорошо придумали, Егор Александрович! — радостно улыбнулся Мальков. — Только где мы ягод возьмем? — тут же огорчился мальчишка.
— Есть тут одно местечко, — подмигнул пацану. — Пошли, покажу. Только быстро.
Примерно через полчаса, набрав в газетный самодельный кулек лесной земляники, мы вышли к лагерю. Оксана сидела на бревне возле костровища, заметно нервничая, занималась завтраком. Детвора еще дрыхла, судя по коллективному сопению из палаток.
— Егор! — воскликнула фельдшерица, вскакивая на ноги. — Ты вернулся!
Девушка радостно рванула ко мне, но тут заметила Ваньку Малькова. Резко остановилась, нахмурилась, через секунду охнула, сообразив, откуда нарисовался мальчишка.
— Ваня! Ты зачем! Ты как⁈ — забормотала Гринева, испуганно глядя то на меня, то на Малкова.
— Все в порядке, Оксана Игоревна, не волнуйтесь. Ничего страшного не случилось. Мы тут вот… земляники набрали для чая… с Егором Александровичем, — торопливо заговорил Мальков, покосившись на меня. — Держите.
Мальчишка решительно шагнул навстречу Гриневой и всунул ей в руки газету с ягодами.
— К чаю? — растерялась Оксана. — Так ты в лагере был? Ой… Я… Но как же…
— Все в порядке, — подтвердил я. — Иван с утра пораньше за ягодой ходил, мы встретились на поляне. Я туда тоже пошел, хотел сюрприз сделать, да вот меня опередили.
Я подмигнул Оксане. Пусть лучше думает, что мальчишка торчал недалеко, чем знает, что Мальков увязался за мной и чуть не влип.
— Ну… хорошо… — Оксана пытливо на меня посмотрела, вздохнула понимающе: похоже, обмануть девушку не удалось, все она прекрасно поняла, но разоблачать нашу легенду не стала.
— Будите отряд. У вас сегодня соревнования, — велела Гринева, возвращаясь к костру и готовке. — Ягоды лучше в кашу добавлю… вкуснее будет…
— Ага, и сгущенки побольше, можно? — радостно подсказал Ванька, облегченно переводя дух.
— Можно, — улыбнулась Гринева. — Будите ребят, чего застыли-то?
— И то верно, — улыбнулся я. — Рота, подъем! — рявкнул от души. — Нас ждут великие дела.
В палатках заворочались, сонно загомонили, просыпаясь.
— Подъем, подъем. Кто первый умоется и построится возле своей палатки, получает сразу три балла. На все про все три минуты. Время пошло, — объявил я.
— Так это чего, соревнования начались что ли? — заволновался Мальков.
— Начались, — делая строгое лицо, подтвердил я.
— Ага, — кивнул Ванька и помчался к реке умываться.
«Сообразительный парнишка», — хмыкнул я про себя, глядя, как суетятся семиклассники возле импровизированного умывальника.
  
Глава 15
 
— Ленька! Ленька-а-а! Ленька-а! — орали одноклассники, подбадривая Леньку Голубева.
Голубев на полкорпуса оторвался от Витьки Заречного, преодолевая импровизированную полосу препятствий. Уж я постарался от души, сооружая из подручных средств нечто похожее на тренировочное поле из своей прошлой жизни, по которому гонял своих ребят.
— Да-а-а-а-а! — заорала команда Лени Голубева, когда командир пришел первым.
Витька, раскрасневшийся и злой, сплюнул себе под ноги и заявил:
— Еще посмотрим, кто кого на следующем этапе! Егор Александрович! А чего там дальше? — тут же обратился ко мне.
— А дальше собираем на время вещи и палатки, — ненадолго задумавшись, ответил я.
— Как палатки? Почему палатки? — заволновались пацаны.
— Потому что поход почти закончен. Последний этап — собраться на время. Ну а самое последнее испытание — дойти домой и не заблудиться.
— Скажете тоже, заблудиться, — заулыбались мальчишки и девочки. — Да мы этот лес как свои пять пальцев знаем! С закрытыми глазами дойдем!
— А чего, Егор Александрович, а давайте и вправду с закрытыми глазами! Кто упадет там, или с дороги свернет, тот и проиграл! — возбужденно загомонили пацаны.
— Не буду я глаза завязывать, — возмутилась Верочка. — Еще чего! Так и ногу сломать можно! А Егору Александрович потом за вас отвечай!
— Чего это за нас? Мы-то ноги ломать не собираемся! — фыркнул Васька Кнут.
  
— Все одно вам потом на больничный, а Егору Александровичу ответ держать! — не сдавалась Вера Лузгина.
— Глаза завязывать мы точно не будем, — согласился я. — Но вот, пожалуй, дополнительное испытание устроить можно. Ну что, готовы показать мастерство по завязыванию узлов? На время, с закрытыми глазами? — ухмыльнулся я.