Учитель. Назад в СССР 6 (СИ)

Валентина кивнула и первой двинулась в сторону речки. Верочка с Таисией пошли за ней, о чём-то негромко переговариваясь и хихикая.
Валя медленно ступила в воду, поморщилась, постояла и сделала первый шаг. Рядом стали Вера и Тася. Надеждам девчонок потихоньку войти в воду не суждено было сбыться. Едва мальчишки заметили одноклассниц, как вмиг закончили свои морские бои и ринулись к одноклассницам.
  
— По противнику одновременный залп! — заорал радостно Ленька. — Пли!
И вот уже в сторону девчат летит шквал брызг. Руками и ногами мальчишки устроили Вере, Тасе и Вале фейерверк из речной воды. Семиклассницы пищали, ругались, отмахивались, но через пару минут не выдержали и ринулись в бой.
— Эх, парни, не ведаете вы еще женской силы, — с улыбкой хмыкнул себе под нос, наблюдая, как троица юных валькирий загоняет пацанов вглубь реки.
— Глубоко не заходите! — крикнул предостережение.
— Ага, — раздался один-единственный голос Леньки Голубева, который вошел в роль командира. Остальная ватага даже не заметила моего возгласа.
После речной битвы детвора принялась играть в более тихие игры: речные догонялочки, «собачку», кто дольше просидит под водой без воздуха и прочие летние развлечения, в которые играют все дети, оказываясь у водоема.
В какой-то момент от веселой компании незаметно отделился Ванька Мальков и поплыл к берегу. Немного повалялся на песке, бултыхая ногами по воде и делая вид, что ему совершенно неинтересно, где я нахожусь и что делаю. Затем поднялся, побродил по бережку, загребая воду. Постоял, поорал в знак поддержки. Отмахнулся от предложения вернуться к друзьям, глубоко вздохнул, развернулся и побрел в мою сторону.
— Замерз? — поинтересовался я с улыбкой у мальчишки.
— Да не-е-е, — протянул Мальков, покосившись на меня. — Я это… посидеть, надоело с ними… — Ванька махнул в сторону друзей. — Орут как оглашенные… — скривился пацаненок.
«Ну-ну, — усмехнулся про себя. — Пусть будет так. Подождем».
— А вы чего делаете, Егор Александрович? — полюбопытствовал мальчишка.
— Да вот решил костерок сообразить, чтобы чайку согреть. Попьем чаю перед дорожкой, пока ребята обсыхать будут. И с новыми силами обратно к лагерю.
— А, понятно… Я могу за дровами сгонять, — предложил Ванька, глядя на пару веток, которые я притащил. — Эти крупные, а топорика у нас нету.
— Как нету? Есть у нас топорик, — улыбнулся я, кивнув на инструмент. — Всё свое ношу с собой.
— Маловато будет, — со скепсисом в голосе заметил Ванька, поглядывая на меня.
— Ну тогда пошли, прогуляемся, дровишек наберем. Поможешь? — откликнулся я на мальчишеский намек.
— Помогу, — после секундного колебания с готовностью согласился Мальков. — А… ребята?
— Девочки присмотрят. Да и мы недалеко будем, — успокоил я парня. — Тася, Вера, Валя, присмотрите за нашими архаровцами. Мы за дровами, — крикнул я девочкам, которые вышли из речки и теперь сидели на берегу, делая вид, что загорают. На самом деле о чем-то болтали, оживленно поглядывая на пацанов, которые по-прежнему бесились в речке, как молодые щенки на выгуле.
— Хорошо, Егор Александрович, — кивнула Таисия.
— Мы приглядим! — подтвердила Верочка и тут же бросила. — Соловьев! Куда поплыл? Вернись обратно! Сказано, далеко не заплывать!
— Вот видишь, процесс отлажен, — подмигнул я Малькову. — Ну что, идем?
— Пойдемте, — вздохнул Ванька, видимо, слегка сожалея о своей решительности.
Мы молча покинули поляну, углубились в лес, попутно собирая мелкие ветки.
— Егор Александрович… — спустя некоторое время нерешительно заговорил Ванька. — А вот чтобы вы сделали, если бы кто-то обнаружил в… лесу… кое-что странное… жуткое… — спросил Мальков, поднимая очередную деревяшку, стараясь не смотреть мне в глаза.
— Тут всё зависит от объекта, который этот кто-то обнаружил в лесу. Точно в лесу? Может, в соседнем дворе или доме? — вскользь уточнил я.
— Не, не в соседнем… Через двор, — машинально ответил Мальков. — Ой… — Ванька вскинул на меня испуганные глаза. — Я хотел сказать…
— Может, поговорим, Ваня? — мягко предложил я. — Одна голова хорошо, а вот две точно смогут найти решение. Правильное решение.
Иван колебался, я же шагнул к поваленному стволу и присел, спокойно глядя на мальчишку. Через пару минут Мальков вздохнул, подошел ко мне, плюхнулся рядом. Дерево скрипнуло, прогнулось под нашей двойной тяжестью, замерло. Замерли и мы, глядя друг на друга.
Наконец Ванька решился, сглотнул и начал торопливо рассказывать, путаясь в словах и запинаясь.
  
Глава 9
 
— Ты за каким лешим пацаненка-то отпустил? Валить его надо было!
Невзрачный седоватый мужичонка со злыми глазами выматерился и сплюнул на замызганный пол.
— Со всем идиот? — возмутился собеседник. — Мне их чего, всей компанией валить надо было? Был бы один, куда ни шло. списали бы на зверя или утоп там… Эти ж курвы малолетние с учителем приперлись. Их там человек двадцать, расползлись как тараканы! Валить! Тебе бы только валить!
— Да хоть и двадцать! А ежели он видел чего? — ярился мелкий мужик с проплешиной на макушке. Три седые волосины прикрывали лысину неряшливыми прядями.
— Да не видел он ничего! Я его шуганул. Так он со страху чуть в штаны не наделал! — заверил худощавый напарник в добротной куртке и охотничьих сапогах.
— Ты уверен? — горячился плюгавый.
— Уверен, — решительным тоном подтвердил высокий. — Ну, перелез через забор, ну, пошатался по соседнему двору. А как к нам ломиться стал, так я его и нашугал знатно.
— Это как? Солью в зад зарядил? — хохотнул плюгавый.
— Шумно… Не… Пошумел малость, ну, будто зверь какой в сарайке вошкается. Ну, пацан и дал деру.
— И чего, даже не стал в щелки заглядывать? Чтоб на зверя-то поглядеть?
— Дык законопачено всё, куда глядеть-то? И чего глядеть? Он стрекача такого дал, только пятки сверкали.
— Ну, смотри, — покачал головой плюгавый. — Головой отвечаешь, ежели чего ответишь… Сам знаешь, Штопор промахов не потерпит, раз голову снимет.
— Угу… Пусть попробует… Выискался такой сниматель… — буркнул раздраженно высокий. — Ладно, давай, чего там? Новое притащим? Или старое доглядим?
— Так и новое, и старое… Всего хватает… Знатную нынче захоронку вскрыли… — осклабился плюгавый, являя миру золотой зуб.
— Был бы толк, — хмыкнул худой.
— Толк будет, — заверил коротышка с лысиной. — Штопор знает нужняков, быстренько сбагрим… Ты вот деньгу получишь, куда рванешь? — поинтересовался плешивый.
— Сначала получить надо, потом делить… — отмахнулся недовольно высокий.
— Да чего уж там. Первый раз, что ли? — хмыкнул лысый, подходя к старому сундуку, скидывая с него тряпицу и откидывая крышку. — Слушай, Вяз, а пацаненок точно не добрался до захоронки? — задумчиво пробормотал плешивый, внимательно разглядывая содержимое сундука.
— Да чего пристал-то, Комар? Не было его в сарае! Не было! Скажешь, метки сдернуты? Ну? — рявкнул высокий, отзываясь на кличку Вяз. По паспорту его звали Вязьмовский Петр Сергеевич, а по жизни с детских лет прозывали Вязом из-за фамилии ну и по высоте роста.
— Вроде на месте, — пробормотал Комар. — Да ладно, чего ты орешь-то? Не было и ладно, — дернул плечом Комар.
— А чего тогда спрашиваешь? — буркнул Вяз.
— Показалось, — задумчиво протянул Комар, он же Георгий Комаровский, любитель старых военных потерянных кладов, выпивки и крупных статных баб. Заводили Комара пышные формы. Видимо тем самым плюгавый компенсировал свой маленький рост. — Ладно, давай считать да спускать вниз. Что там пионеры, свалили?
  
— Давно уже, — подтвердил Вязьмовский. — Проводил их за околицу. Возле колодца у воды потоптались да на речку отчалили.
— Так они чего, вернуться на ночевку? — напрягся Комар.
— Не-е, домой потопают. Слышал, бригадир ихний… учитель который… сказывал, что, мол, скупнутся, перекусят и в лагерь обратно.