И жар-птица в подарок (СИ)

Склонил голову и был таков.
Юлисса повернулась к створке, ухватилась за дверную ручку, но открывать не стала. Выждала, пока Дэйм исчезнет с глаз – что произошло на диво быстро, несмотря на длину коридора, – и бросилась обратно в спальню Арнетти.
– Ари, ты спишь?
– Поспишь тут с вами, – проворчала Арнетти, выныривая из подушечно-одеяльных глубин.
– Ты не поверишь, но властный только что от меня сбежал!
– И ты не стала догонять, бить дубинкой по голове и тащить за яй… за шевелюру в пещеру?
– Понимаешь, что это означает?
– Что за битьё по княжеской маковке тебя саму по головке не погладят? – Арнетти села, откинула за плечи светлые волосы.
– Он что-то скрывает! Смотри сама – примчался лично, с перекошенной мордой лица, интересуется, как мы тут, но не спрашивает, почему я решила ночевать в комнате подруги и не слышали ли мы этой ночью чего подозрительного. Ещё и пургу какую-то несёт, ты, мол, к завтраку не спустилась. Ага, а сам он, значит, к завтраку выходит в кое-как застёгнутой рубашке, неглаженой в придачу. Вчера весь день был одет с иголочки, ни одной лишней складки, волосок к волоску уложен, а сегодня уже вид такой, будто только что из недельного запоя вышел.
– Вот, гляди, до чего ты вроде приличного князя довела, – Арнетти шутливо погрозила Юлиссе пальцем. – И всего-то за сутки уложилась.
– У кого бы справки навести, а? – Юлисса нашла взглядом широкую алую ленту сонетки над одним из прикроватных столиков, точно такую же, какая была в её комнате.
– У прислуги… тьфу, у обслуживающего персонала. В прошлых веках слуги всегда знали о хозяевах куда больше, чем те полагали.
Точно!
И начать можно с того, кто принесёт завтрак.
  
Часть 2
 
Вопреки уверениям Арнетти, представители собственно персонала откровенничать с гостями были явно не настроены. Возмутительно молоденький паренёк, прикативший столик на колёсиках с завтраком, смущался, бледнел и краснел, но на контакт не шёл и не желал отвечать на расспросы вразумительно.
Вой? Какой вой? Никто ничего не слышал, ни прошлой ночью, ни вообще, и крыло для работников расположено на другой стороне замкового комплекса.
Его сиятельство требователен, строг, но справедлив, не обижает, платит по совести, сверхурочными не нагружает без нужды, а ещё у них премии квартальные бывают за хорошую работу. Персонал живёт и столуется в замке, работают сменами по неделе и ему, Юлиссой допрашиваемому, очень повезло занять в Агатовой чайке вакантное местечко мальчика на побегушках. Ах, да, ещё карьерный рост, полный соцпакет и пенсионные отчисления. Короче, хоть ты из доставки увольняйся и к сиятельному князю в служанки иди, всяко зарплата поболе будет.
Пожалуй, единственное, в чём парень признался, это в наличии в замке лифтов. Правда, сугубо для служебного пользования.
С горничной, вызванной под предлогом разрешения вопроса интимного женского свойства, дела обстояли ещё хуже. Явившаяся девушка в форменном платье оказалась далеко не так юна, как её предшественник по допросной деятельности, и, сохраняя отстранённое выражение, отвечала исключительно односложно, коротко и непосредственно по делу, игнорируя вопросы, касающиеся работодателя, жизни в замке и местных странностей.
Сопровождающий для похода в бассейн и вовсе был невозмутим и молчалив, словно идеальный телохранитель, и не произнёс ничего, кроме «пожалуйста», «прошу вас сюда» и «гостям вход туда запрещён». Сам бассейн, большой, в форме полумесяца, располагался в одном из внутренних двориков, с трёх сторон окружённый увитыми зеленью стенами, а с четвёртой дополненный обрывом в пропасть и видом на лесок на другом её краю. Выглядел вполне себе современно, даже несколько шезлонгов рядом стояло.
И на одном возлежала Ребекка.
– Ох, прошу прощения! – Юлисса оглянулась на сопровождающего, но тот уже исчез в арке прохода. – Не хотела нарушать ваше уединение.
– Что вы, ничего вы не нарушаете, – Ребекка повернула голову к Юлиссе, улыбнулась благожелательно. – Просто наслаждаюсь минутами утреннего покоя. Потом опять на этот дурацкий отбор, часами сидеть в красивой позе, ожидая подвигов понарошку от тех, кто не в состоянии их совершить, ни подставных, ни настоящих, слушать бесконечные нотации от дядюшки… ну, вы понимаете.
 
– Ага, – медленно и не слишком уверенно кивнула Юлисса.
– Располагайтесь, Юлисса, – Ребекка приподнялась и характерным широким дядюшкиным жестом обвела пространство вокруг. – Места полно, нам обеим точно хватит.
– Ага, – отчего-то ничего более вразумительного в голову не приходило.
Положила на свободный шезлонг полотенце, сняла солнцезащитные очки, сланцы и короткую тунику, надетую поверх розового бикини, и направилась к бассейну. Чисто для разминки сделала пару кругов, затем перевернулась на спину и немного подрейфовала, раскинув руки и глядя на безоблачное небо.
Интересно, а комнаты княжеской племянницы тоже расположены в каком-нибудь отдельном крыле? А апартаменты самого князя?
Наконец решив, что для отвода глаз вполне хватит, Юлисса выбралась по лестнице из бассейна, прошлёпала к шезлонгу, оставляя мокрые следы, взяла полотенце и принялась вытираться, поглядывая украдкой на Ребекку. Фигурка ничего, ладненькая, хотя и без роскошных форм. Кожа, правда, всё равно бледная, без малейшего намёка на загар. Купальник раздельный, но по сравнению с нежно любимой Юлиссой моделью бикини смотрелся почти что воплощением того пресловутого целомудрия, что Дэйм столь страстно желал увидеть в своей приглашённой звезде. Глаза скрыты солнцезащитными очками, на белом столике рядом стоял бокал с коктейлем и крем от загара.
– Хороший у вас персонал, – заметила Юлисса.
– Прошу прощения?
– Прямо-таки идеально вышколенный. Тот сопровождающий, что привёл меня сюда, симпатичный очень… но так вежлив и молчалив… я с ним флиртую напропалую, а он ноль внимания, – Юлисса вздохнула с наигранным сожалением. – Обидно, млин.
– А-а, вы об этом! Так дядюшка строг весьма в вопросах дисциплины персонала и соблюдения субординации, за нарушение может и оштрафовать. Поэтому никаких служебных романов и флирта с гостями.
– Ясно.
То есть прислугу допрашивать бесполезно. Можно, конечно, пытать, но это уже чересчур.
И кто тогда остаётся?
Лично Его сиятельство.
И его племянница.
– О, не волнуйтесь, вы не относитесь к обслуживающему персоналу Чайки.
– Да, я заметила, – Юлисса отложила влажное полотенце, быстрым движением просушила волосы, надела очки и заняла другой шезлонг.
– Пока вы находитесь в статусе… своего рода гувернантки прошлого века, слишком образованной для компании обычной прислуги, но слишком бедной для общества хозяев, – доверительным тоном пояснила Ребекка. – Однако, как я уже сказала, вам не о чем беспокоиться, когда это представление с отбором закончится, ситуация сразу поменяется.
– Вот как? – удивление изображать не пришлось, даже наоборот, потребовалось слегка поумерить градус внешнего его проявления.
– Разве вы не видите? Мой дядя от вас без ума.
– Правда?
– И даже больше. Он вами совершенно одержим.
Вот бесы, это явно не то откровение, на которое Юлисса рассчитывала.
– Одержим? – почему-то сегодня «одержим» прозвучало несколько иначе, чем вчера, когда показалось невинной фигурой речи, преувеличением милым, однако не означающим ничего серьёзного.
– Разумеется, – преспокойно подтвердила Ребекка, словно речь шла о её недавнем удачном шопинге. – Дядя как заметил вас на балу в начале этого года у Его сиятельства пресветлого князя Дэсмонда, так почти обо всём позабыл и больше думать ни о чём не мог, кроме как о вас.
Это тот первый бал, куда Дэсмонд Эжени пригласил?
Наверное. Какой ещё-то?
– Э-э… – растерялась Юлисса. – Что-то не припоминаю, чтобы видела на том балу Дэйма… вашего дядю.