Глава рода. Продолжение (СИ)

Наконец утомившись, бабулька села на завалинку и милостиво соблаговолила выслушать «охальника». По итогу согласилась получать зарплату за покойного, посетить санаторий и потребовала новый веник взамен растрёпанного в битве.
Возможно, стоило посочувствовать Анатолию Фёдоровичу, но я не могла: давилась от смеха. А после того как Дмитрий по мыслеречи сообщил, что юристу повезло и старушка вполне могла взяться за лопату, рассмеялась в голос.
  
Впрочем, Анатолий Фёдорович на меня не обиделся. Широко улыбаясь, он по секрету признался, что получил незабываемые ощущения.
В общем и целом переговоры с родичами «шахтёров» прошли успешно. Никто не отказался ни от денег, ни от процедур омоложения. И завтра в двенадцать часов дня санаторий встретит первых гостей: приедут семь женщин. Почему сразу не все тридцать? Анатолий Фёдорович полагал, что это неразумно. Мало ли какие возникнут проблемы. С ним я была абсолютно согласна.
Предупредив, что сразу после встречи зайдёт к Ткачук, юрист заехал на стоянку гостиницы. Осмотревшись, я заметила, что за нашим автомобилем наблюдает местный охранник. И за секунду придумала, как Дмитрию выйти из машины, не привлекая внимания.
«Иди сразу за мной», — не размыкая губ, предупредила мужа.
Спустя миг Анатолий Фёдорович галантно распахнул дверцу с моей стороны. Нарочито неторопливо покинув салон, я пошатнулась, сделала вид, что стало дурно.
— Александра, вам плохо? — встревожился Анатолий Фёдорович.
Шагнув в сторону и не позволяя юристу закрыть дверцу, я рвано вздохнула, прикрыла глаза. Почувствовав, как Дмитрий взял за руку, перестала изображать умирающего лебедя.
— Голова слегка закружилась. Со мной такое бывает. Уже всё нормально, — улыбнувшись взволнованному мужчине, я круто сменила тему: — Анатолий Фёдорович, что касается вашей свадьбы: жду приглашения на торжество.
Анатолий Фёдорович потер переносицу. Цепко посмотрев на меня, спросил:
— Вы сами приняли решение или получили одобрение?
— Второе, — я довольно улыбнулась.
— Должен признать, неприятно удивлён. Будь я на его месте, никогда бы не позволил вам так рисковать, — аристократ грозно нахмурился.
Батенька, а не много ли вы на себя берёте⁈
Благодушное настроение пропало, словно и не было. В груди всколыхнулось раздражение. Очевидно, желая успокоить, Дима переплёл пальцы с моими. На мгновение сжала его ладонь, давая понять, что всё под контролем. Разом погасив неуместные эмоции, пристально посмотрела на юриста:
— По всей видимости, моё хорошее отношение вы истолковали превратно, — объявила я ледяным тоном. — Сейчас у меня важная деловая встреча. Если идёте со мной, то настоятельно рекомендую держаться строго в рамках профессиональной этики.
Гордо распрямив спину, я направилась к центральному входу в гостиницу. Вполне ожидаемо, Анатолий Фёдорович меня нагнал. Муж не держал меня больше за руку, но я чётко знала: он рядом.
Уж не знаю, понял ли Кони, в чём конкретно оплошал, но вёл он себя максимально корректно. Зайдя со мной в здание гостиницы, Анатолий Фёдорович спросил, бывала ли я здесь раньше. Получив отрицательный ответ, по собственной инициативе взял на себя роль проводника.
Оставив верхнюю одежду в гардеробе, мы с юристом отправились в ресторан. Войдя в большое помещение, я несколько опешила: с расписанного фресками потолка свисали хрустальные люстры, на стенах красовался декор из мрамора и бронзы. Место самое что ни на есть пафосное. И что самое неприятное — море народа. Куда ни глянь, всюду за столиками сидят разодетые в пух и прах дворяне.
Что бы это значило? Очень сомнительно, чтобы постояльцы пусть дорогой, но всё же провинциальной гостиницы возили в своих чемоданах драгоценности с вечерними нарядами.
— В будние дни в ресторане гораздо спокойнее. А вот в выходные многолюдно, — неожиданно сообщил Анатолий Фёдорович. Заметив моё удивление, пояснил: — В субботу и воскресенье шеф-повар готовит на ужин новые, изысканные блюда. Представители местной аристократии распробовали, взяли за правило ужинать в эти дни именно в этом месте.
— Буду знать, — ответила я сдержанно, а про себя поморщилась от досады.
Угораздило же меня выбрать не то время и не то место. Для деловой беседы здесь явно слишком много ушей. Может, Силантьев нашёл укромный уголок, где удастся нормально поговорить? В том, что он уже ждёт, не сомневаюсь. Пусть не на много, но мы опоздали.
— Добрый вечер, я метрдотель этого ресторана, — прервал мои размышления приятный баритон.
Повернувшись на голос, я увидела статного мужчину в белоснежной куртке и довольно забавных клетчатых штанах.
— На чьё имя вы заказывали столик? — распорядитель зала вопросительно посмотрел на Анатолия Фёдоровича. За мгновение ока поняв, что вопрос не по адресу, перевёл взгляд на меня.
— Увы, — я легко улыбнулась. — К сожалению, назначая деловую встречу, не подозревала, что у вас по субботам такой ажиотаж.
Глянув на мою правую руку с родовым перстнем, метрдотель уточнил:
— Вы глава рода Апраксиных?
— Верно.
— Прошу вас со спутником пройти за мной. Глава боярского рода Силантьевых ждёт вас.
* * *
Столик, к которому нас подвёл метрдотель, находился чётко в центре зала.
Закон подлости во всей красе. Да и хрен с ним.
Не реагируя на любопытствующих, я смотрела исключительно на мужчину, сидящего за столом. Сколько ему лет? Определённо больше пятидесяти. Не красавец, но выглядит очень даже ничего: ухоженная седая бородка, идеальная стрижка, да и костюм сшит явно на заказ.
Силантьев неторопливо поднялся. Чему-то едва заметно усмехнулся и довольно громко поздоровался:
— Bonsoir aubépine Apraxine. S’il vous plaît, asseyez-vous.
С чего вдруг на французском? Маловероятно, что местные дворяне не говорят на этом языке. Хотел меня проверить? Или тут что-то другое? Стоп. Силантьев поприветствовал меня не как главу рода, но назвал боярышней Апраксиной. Он одним махом дал понять следящим за нами аристократам, что пузатая девка не замужем и да — та самая Апраксина. Вопрос: что этот гад затеял?
Не дрогнув ни единым мускулом на лице, я холодно ответила:
— Bonsoir boyard Silantiev.
Кивком поблагодарив метрдотеля, отодвинувшего для меня стул, села. Тем временем глава боярского рода Силантьевых энергично пожал руку нетитулованному дворянину.
— Не ожидал встретить в провинции лучшего московского адвоката. Рад видеть вас, Анатолий Фёдорович, — Силантьев широко улыбнулся.
— Взаимно, Олег Олегович, — сдержанно отозвался Кони.
Очередной сюрприз. Силантьев наглядно продемонстрировал своё давнее знакомство с Кони. Походу, это уже для меня. Мол, не обольщайся, боярышня, я с твоим юристом на короткой ноге. Надеется, что испугаюсь? Обломается.
Едва мужчины уселись на свои места, словно из ниоткуда возник симпатичный юноша в белоснежной униформе.
— В выходные дни выбор блюд у нас ограничен, — вежливо сообщил официант. Смущённо мне улыбнувшись, продолжил: — На горячее могу предложить: филе сибаса с гуакамоле и томатами; осьминога с помидорами, оливками и тахини. На десерт: карамельный баварезе, клубничный тирамису. Что желаете? — парень смотрел на меня в ожидании.
— Ничего из перечисленного. Принесите, пожалуйста, зелёный чай без сахара.
Не став уговаривать, юноша торопливо меня заверил:
— Будет исполнено. Господа, что желаете вы?
Кони с Силантьевым так же отказались от еды и единодушно заказали чёрный кофе. Официант удалился, но вернулся буквально через пару минут. Поставив перед нами напитки, быстренько ретировался.
  
Не прикасаясь к кофе, Силантьев сидел недвижимо и без тени стеснения меня рассматривал. Пригубив чай, я вернула чашку на блюдце. Пристально посмотрела на боярина.
— Вы просили меня о встрече, Олег Олегович, — напомнила я ровным тоном.
— Александра, безусловно, вы имеете полное право обижаться, — неожиданно заявил боярин. — Мой сын разговаривал с вами непозволительно грубо. Я поговорил с Андреем. Смею вас заверить, он искренне сожалеет о том, что вам наговорил, и молит о прощении.