Глава рода. Продолжение (СИ)
— Хм-м, — удивлённо протянул дворянин и погрузился в размышления.
«Да что ж ты за человек-то такой! Даже простого спасибо не дождёшься», — возмущённо подумала Ирина Владимировна.
Задумчиво помолчав, боярин жёстко объявил:
— К этой аферистке и убийце у меня доверия нет. Но информацию проверить не помешает. Род Апраксиных на днях зарегистрировал новый вид деятельности в бывшем гостевом доме «Заря». Теперь там санаторий. Сегодня же утром позвонишь боярышне Апраксиной, сообщишь, что мечтаешь посетить её санаторий. Для отвода глаз возьмёшь с собой пару-тройку знатных подруг, — мужчина веско добавил: — Ира, я на тебя очень рассчитываю.
— И когда же ехать? — с досадой осведомилась боярыня.
— Послезавтра ты должна быть во Владимире. Если графиня Троекурова не ошиблась насчёт беременности Апраксиной, у нас есть отличный шанс получить серебряную ведьму в род.
«Ради блага семьи я готова даже эту шлюху терпеть», — промелькнула мысль в голове потомственной дворянки.
А вслух она уважительно ответила:
— Как скажешь, дорогой.
* * *Утро. Особняк Апраксиных.
Проснулась я со зверским чувством голода. Страстно мечтая о еде, быстренько приняла душ и не вошла, а влетела в гардеробную. Схватив с полки нижнее бельё, торопливо надела трусики. А дальше меня ожидал неприятный сюрприз: грудь категорически отказывалась помещаться в чашечки бюстгальтера.
Что за фигня⁈
Пустой желудок заурчал, напоминая о более важной проблеме. Чертыхнувшись, я откинула спятившую деталь нижнего белья. Сдёрнув с вешалки первое попавшееся платье, натянула на себя. Торопясь на встречу с едой, повоевала с непослушными пуговицами — те упрямились, не желая застёгиваться.
Наконец-то одержав победу над одеждой, выскочила в спальню. Направляясь к выходу в коридор, глянула в зеркало и остолбенела.
Да как так-то⁈
За минувшую ночь я ощутимо поправилась. Причём не только в груди. У меня вырос живот! Нет, он не стал огромным арбузом, но весьма недвусмысленно топорщился под платьем.
— И как это понимать? — я с изумлением рассматривала зеркального двойника.
«Ты чего такая озадаченная?» — глубокомысленно осведомилась высшая сущность.
Обернувшись, поискала глазами тушканчика, тот обнаружился рядом с телевизором. Я развела руки в стороны, демонстрируя округлившуюся фигуру.
«Ты ничего не замечаешь?» — уточнила растерянно.
«Отчего же. Платье стало мало, — невозмутимо заявил лопоухий. Соскочив на пол, он подбежал ко мне. Шустро забравшись на плечо, уселся. И с удивлением уточнил: — Ты разве забыла, что рассказывал некромант?»
Я отрицательно помотала головой. Вновь уставившись на своё отражение, пробормотала:
— Помню. Но с чего вдруг меня так распёрло за ночь? Спать же ложилась нормальная.
«Включи логику, — необидно посоветовал Або. — Твоя беременность будет длиться всего девять недель. Вполне естественно, что для развития и роста малышу требуется заёмная жизненная сила. Идеальный донор — отец. Вчера некромант, не скупясь, накормил малыша. Результат налицо».
М-да уж. Теперь не только знаю, что беременна, но и вижу это. Максимально странное чувство.
Желудок снова жалобно заурчал. Машинально прикрыв ладонью живот, я покинула спальню. Спустившись на первый этаж, зашла в кухню.
— Ты случайно не знаешь, Николай уже проснулся? — спросила, изучая содержимое холодильника.
«Давно. Позавтракал, делает обход особняка»,
И что он ел-то? То печенье, что вчера всучила, когда уходил к себе?
Собираясь взять с полки картонку с яйцами, я подалась вперёд. Очевидно, боясь упасть, тушканчик вцепился коготками в плечо и впервые поцарапал.
Зашипев от боли, я с недоумением покосилась на ушастого.
«Извини. Случайно вышло», — пробормотал тот смущённо и прыгнул на стол.
М-да уж. Случайности неслучайны. Платье сверху натянуто до предела. Того и гляди пуговицы отлетят. Мне срочно нужна новая одежда.
Погладив зверька, я достала из ящика большую сковороду. Накидывая план действий на день, приготовила солидную порцию яичницы с беконом, заварила чай. Пока напиток настаивался, наделала кучу всяких-разных бутербродов: и с сыром, и с сёмгой, и с копчёной колбасой.
Глотая слюни, уселась за стол. Абсолютно не тревожась о последствиях для фигуры, плотно позавтракала. Отставив кружку, посидела недвижимо. И с удовольствием констатировала, что действительно сыта. Честно признаться, опасалась, что останется тот, другой голод, который можно унять лишь чужой жизненной силой.
Неожиданно осознала, что вчера даже мысли не возникло спросить у Дмитрия, как он себя чувствует. Мало того что Рюрикович пришёл ко мне после тяжёлого рабочего дня, так ещё и поделился с малышом собственной жизненной силой. А потом его величество накладывал печать молчания на моего юриста, активно участвовал в мероприятии по изоляции больной на всю голову графини и создал для меня двух фантомов-охранников.
Зашибись. Похоже, я махровая эгоистка.
Сердясь на себя, мрачно посмотрела на настенные часы: девять сорок пять. С администратором кадрового агентства договорились, что повариха приедет утром. Однако утро — это понятие весьма растяжимое. Если новая работница явится к обеду, то не опоздает. А вот дел у меня громадьё. И все вне дома.
Обдумывая, как лучше поступить, поднялась из-за стола. Помыв за собой посуду, протёрла столешницу.
В десять позвонит адвокат, пообщаюсь, потом уйду порталом в санаторий. Думаю, ничего страшного не случится, если новую работницу встретит не хозяйка, а дворецкий. И да. Надо прямо сейчас позвать Николая. Пусть нормально поест. Потом почётную миссию его кормления возьмёт на себя повариха.
Приняв решение, я взяла Або и пошла прочь с кухни. Внезапно прямо в голове возникла картинка: на въезде в мой особняк под аркой стоит легковой автомобиль. Вцепившись в руль, незнакомый парень с ужасом смотрит прямо на меня.
Это ещё что за хренотень⁈
Застыв истуканом посреди холла, я пыталась понять, что происходит. Неожиданно изображение пришло в движение. Из машины вышла бледная как мел боярыня Апраксина. Нервно сжимая сумочку, Анфиса Тимофеевна внезапно рявкнула:
— Я пришла к себе домой! Пойдите прочь, чудовища!
Доберманы! Как же я сразу не поняла⁈ А что это «маменьку» вдруг нелёгкая принесла?
С сожалением откинув соблазнительную мысль не пустить «любящую матушку», я отдала приказ фантомам: «Приведите женщину ко мне», — и вместе с тушканчиком пошла в кабинет.
Глава 8
Часом ранее. Наследный дом боярыни Апраксиной.
«Где же ты, родной?» — задавая себе один и тот же вопрос, Анфиса Тимофеевна в сотый раз перебирала вещи пропавшего мужа.
Уже вторую ночь подряд любимый мужчина не ночевал дома. За недолгое время их брака супруг частенько приходил под утро — нетрезвый, злой и без денег. Но он никогда не исчезал на несколько дней.
У измученной неизвестностью женщины мелькало подозрение, что Антон мог бросить её. Но лежащая в шкафу одежда говорила об ином: красавец-муж не собирался уходить.
«Любимый, где ты?» — прижавшись лицом к рубашке мужа, Анфиса застонала от нестерпимой душевной муки.
Громко хлопнула входная дверь.
«Тошенька⁈» — неистовая радость вспыхнула в груди боярыни.
Отшвырнув сорочку, она выскочила из спальни в коридор. С надеждой посмотрела на входную дверь. И в этот же миг радость сменилась острым разочарованием. Увы, пришёл не Антон: у вешалки неспешно разувалась домработница.
Увидев хозяйку дома, пожилая служанка повесила на крючок пальто, а после сдержанно поздоровалась:
— Доброе утро, госпожа.
«Как же эта Марфа меня бесит. Кто так приветствует госпожу? И где поясной поклон⁈ Боги, дайте мне терпения», — раздражаясь всё сильнее, подумала боярыня.
Игнорируя прислугу, она с надменным видом удалилась в свою комнату. Горестно вздохнув, подняла с пола помятую рубашку. Встряхнув, повесила обратно в шкаф. Устало опустившись на диван, Анфиса Тимофеевна ссутулилась и стала походить на древнюю старуху.