Переход II (СИ)

Однако и киловатты были не особо важны, эти киловатты в любом случае изыскать было возможно — но чтобы их начали нужные люди изыскивать, требовалось, чтобы эти люди понимали, на что они будут тратиться. И вот предложенные Алексеем программы и должны были показать, какую пользу могут дать вычислительные машины не ученым физикам и математикам, витающим в облаках, а простым сидящим на земле людям. Тем же кадровикам и, главное, бухгалтерам. Бухгалтера-то деньги считать точно умеют, и им не составит труда подсчитать, что один комп ценой даже в пятьдесят тысяч, заменивший десяток бухгалтеров с окладами по шестьсот-восемьсот рублей, окупится меньше чем за год. А если цена машинки снизится тысяч до десяти или хотя бы до двадцати, то использовать такие машины будет выгодно даже в небольших промартелях, ведь один квалифицированный бухгалтер сможет «обсчитывать» сразу несколько таких артелей. А если к зарплатной программе добавить (позже) и учет материалов, движение матценностей и прочие ведущиеся сейчас в лучшем случае на счетах операции, то и годовой баланс будет рассчитываться одним нажатием кнопки — а за такую возможность любой бухгалтер (если он, конечно, настоящий бухгалтер) и душу продаст.
  
У Алексея было огромное преимущество перед собой же, но «из прошлого»: он очень хорошо представлял себе пользовательские интерфейсы. А это было очень важно и сокращало, между прочим, затраты на разработку приложений в разы. И по времени сокращало, и по расходам на работу. Потому что он поставил перед разработчиками задачу изготовить не программы, а именно приложения. Как его самого в свое время учили «прошлые» преподаватели, «программа — это то, что что-то там считает, а приложение — это то, что позволяет простым людям программой пользоваться и получать понятные им результаты расчетов в удобной форме». И всегда добавляли, что объем программы редко когда составляет хотя бы десять процентов от объема приложения' — а сейчас Алексей уже в постановке задач расписал подробно все интерфейсы и «молодежи» осталось лишь написать под эти интерфейсы программы. Тоже работенка не самая простая, особенно для тех, кто вообще о существовании вычислительных машин узнал всего-то пять месяцев назад — но работа уже выполнимая. А если всегда есть, у кого расспросить про непонятные моменты, то и очень интересная.
Причем интересной она была не только для «нубов», сам Алексей с огромным интересом (и удовольствием) занимался разработкой отдельных модулей. Понимая, что сейчас никто, кроме него, эти модули — совершенно необходимые для создания приложений — не сделает. Потому что приложения писались на «языке высокого уровня», то есть «для абстрактной ЭВМ», а вот конкретные программы для обмена информацией с терминалами на этом языке написать было просто невозможно, и их Алексей писал на «мнемокоде». Все же он действительно чуть ли не лучше всех на планете разбирался в архитектуре именно этих вычислительных машин.
И к конце февраля он достиг определенного успеха: модуль обмена информацей с алфавитно-цифровым монитором заработал. А так как программные интерфейсы всех модулей системы он тоже заранее расписал очень подробно, то почти сразу удалось запустить и несколько «рабочих» модулей. То есть то, что сделала «молодежь», уже могло и считывать данные с экрана, и выводить на него результаты. Конечно, в программах этих была еще куча ошибок, но уже кое-что можно было показать «потенциальным заказчикам»…
И в начале марта один такой «потенциальный заказчик» пришел к Вороновым в гости. Лаврентий Павлович пришел, с результатами очередных анализов, которые снова сделали в лаборатории районной поликлиники, пришел, чтобы «уточнить диагноз». Выглядел он заметно получше, чем в прошлый раз — но тут скорее все же не медикаменты прописанные сработали, а диета. Хотя и лекарства помогли, все же во времена Алексея Павловича разных препаратов, помогающих при хронической лучевой болезни, было придумано довольно много — но и они полного излечения не гарантируют. И особенно они не излечивают от ускоренного старения, но в поддержании тонуса организма все же помогают. Однако больше всего Берии помогла пересадка костного мозга, и анализы показали, что число дефектных эритроцитов резко сократилось.
Об этом Алексей гостю и рассказал, а так же добавил, что «теперь о назначенном вам ранее сроке в пару лет можно забыть»:
— Вы, конечно, биологически постарели лет на десять, но Иосиф Виссарионович даже при таком расчете старше вас — и все еще полон сил и энергии, так что перспективы у вас просматриваются не самые плохие. Но все равно вам придется следить за диетой, соблюдать умеренность во всем, включая физические нагрузки. Любые нагрузки, и не забывать принимать лекарственные препараты в соответствии с графиком.
— Уж этого я точно не забуду.
— А так как у нас сегодня обед вашей диете не противопоказан, может быть вы примете приглашение Соны?
— Раз уж ты, партизан… такой, мне времени добавил, было бы просто невежливо часть этого времени не потратить на выражение моей благодарности. А после обеда… я у тебя еще кое о чем спросить хотел.
— Вот после обеда и поговорим. А заодно я вам покажу кое-что интересное.
Обед действительно был «диетическим»: Советский Союз осенью вывел в открытый океан первую рыболовную флотилию именно для «дальнего океанического лова» и в московских магазинах появилась ранее невиданная для советских граждан рыба. Так как сама по себе «экспедиция» была в значительной степени экспериментальной, с задачей скорее разобраться в том, где и что можно будет ловить, то рыбы привезли много разной — и не рыбы тоже: так, например, на прилавках магазинов появился кальмар. Ну появился и появился, почти никто вообще не знал, что с этой диковинкой делать — но Алексей-то знал, а потому и купил сразу несколько килограммов. А еще он купил очень интересную рыбу под названием «антарктический клыкач» — это в довесок к голубому тунцу, так что обед во-первых был почти полностью «рыбным», а во-вторых, большей частью Алексеем и приготовленный.
Правда, Лаврентий Павлович по поводу клыкача с опаской поинтересовался, можно ли ему настолько жирную рыбу есть, но Алексей его упокоил:
— Честно говоря, рыба только выглядит жирной.
— Ну да, выглядит… жир аж по ножу течет!
— А это не жир, точнее, не совсем жир. Это на самом деле вид природного воска, организмом он вообще не усваивается… поэтому и порции маленькие, если рыбы этой много съесть, то получится примерно то же, как если бы вы выпили стакан оливкового масла.
— Так может ну ее?
— Но если есть понемногу… мясо-то очень для организма полезное, да и в жире есть приличная часть того, что не просто усваивается, а приносит организму пользу. Особенно вашему организму, можете мне поверить.
— Тебе — поверю… да, а еще и очень вкусно. Надо будет такой рыбки заказать… Сона, вы мне рецепт приготовления не запишите?
— Не запишу, сегодня всю рыбу и салат из кальмаров Лёшка готовил. Я-то всё это морское изобилие вообще первый раз в жизни увидела!
— А я запишу, конечно, — улыбнулся Алексей. — И заранее предупреждаю: клыкача жарить не то чтобы нельзя, но все же не стоит: после жарки этот неусваивающийся жир гораздо шустрее… действует. А вот если его прокоптить, то он первым из рыбы вытекает и получается продукт, не уступающий осетровому балыку. Но я вам сразу все тогда рецепты напишу… только уж точно не сегодня. На неделе где-нибудь.
— Про записку договорились, но все же кое-что я сейчас уточнить хочу… В кабинете у тебя поговорим? Ты же мне там еще показать что-то хотел…
  
Алексей показал Лаврентию Павловичу «черновые варианты» приложения «Отдел кадров» и интерфейса «Расчет заработной платы», а так же бумажки с нарисованными интерфейсами «Отдела снабжения» и «Расчетов с поставщиками»:
— Если все это на большинстве предприятий внедрить, а потом все вычислительные машины объединить в сеть…
— Это как «в сеть»?
— Проводами соединить, чтобы машины могли друг другу информацию передавать, это чисто технический рабочий термин, так вот, в таком случае любые махинации при поставках будут сразу же выявляться. А если вам, допустим, нужно будет найти какого-то человека…