Гарем на шагоходе. Том 12 (СИ)

Я не стал ничего сжигать. Просто добавил новую главу.
— Недоразумение, господа, — мой голос прозвучал мягко, вкрадчиво, обволакивая их сознание. — Какое может быть преследование? Вы просто вышли на вечернюю прогулку. Размяться.
— Прогулку… — эхом повторил сержант, его взгляд стал пустым и стеклянным.
— Именно, — кивнул я. — И вдруг вам в голову пришла блестящая идея. Вы вспомнили, что у начальника вашего департамента, полковника фон Штруделя, сегодня день рождения его любимого пуделя. И вы решили подготовить ему сюрприз.
  
— Сюрприз… — пробормотал второй, покачиваясь.
— Выдающийся номер художественной самодеятельности! — с энтузиазмом продолжил я, вплетая в их мозги самые абсурдные образы. — Вы сейчас же отправитесь на центральную площадь. Встанете у фонтана. И исполните для всех собравшихся «Танец маленьких лебедей». Синхронно. С выражением. Кукарекая при этом гимн города. Это будет ваш звёздный час. Полковник будет в восторге. Вас ждёт повышение.
На лицах жандармов отразилась титаническая работа мысли. Затем их черты разгладились, и появилось выражение тупого, восторженного счастья.
— Гениально! — воскликнул сержант, хлопая себя по ляжке. — Как я сам не додумался! Мужики, за мной! Репетировать! Раз-два, плие, три-четыре, гранд батман! И не забываем про «ку-ка-ре-ку» на высоких нотах!
С этими словами троица бравых служителей закона, высоко поднимая колени и неуклюже размахивая руками, словно крыльями, гуськом вымаршировала из переулка на улицу, вызвав очередной шок у прохожих.
Я проводил их взглядом.
ВЫ УВЕРЕНЫ, ЧТО ЭТО РАЗУМНО, КАПИТАН? ВДРУГ ОДИН ИЗ НИХ ДОЛЖЕН БЫЛ В ЭТОТ ВЕЧЕР ЗАЧАТЬ ПРАДЕДУШКУ БУДУЩЕГО ИМПЕРАТОРА? А ТЕПЕРЬ ОН БУДЕТ СЛИШКОМ УВЛЕЧЁН БАЛЕТОМ. ЭТО МОЖЕТ ПРИВЕСТИ К НЕПРЕДСКАЗУЕМЫМ ПОСЛЕДСТВИЯМ.
«Расслабься, — мысленно фыркнул я, поворачиваясь к застывшей в тени Кармилле. — Это просто небольшой урок хороших манер. Иногда блюстителям порядка полезно побыть клоунами. Это расширяет кругозор».
Я шагнул к вампирше. Она смотрела на меня, но в её красных глазах больше не было паники. Только шок, смешанный с опаской и… любопытством. Она видела, как я отбил пули. Видела, что сделал с жандармами. Она поняла, что я не человек.
— Кто… кто ты? — прошептала она. — Ты высший?
Я остановился в паре шагов от неё. Внимательно посмотрел в её юное, испуганное лицо. И что мне ей сказать? «Привет, Кармилла. Я твой будущий командир. Просто катаюсь туда-сюда на машине времени, не обращай внимания. Вот, случайно заглянул к твоим предкам в каменный век, а заодно создал их. Не волнуйся, всё будет хорошо. Ну, почти. Тебя ждут предательства, войны, потеря близких, но в итоге ты попадёшь ко мне в команду, и мы будем вместе спасать мир и ругаться из-за всякой фигни».
Прям эталонный бред сумасшедшего. Поэтому выбрал вариант попроще.
— Нет, не высший. Просто… прохожий. С очень скверным характером.
Она посмотрела на мою руку. На блестящий металл протеза. Потом перевела взгляд на лицо.
— У тебя глаза… как у меня, — тихо сказала она. — Но другие. Страшнее.
— Иногда нужно быть страшным, чтобы защитить тех, кто в этом нуждается, — философски заметил я. — Запомни это, Кармилла.
Девчонка дёрнулась.
— Откуда ты знаешь моё имя? Я же не говорила!
— У меня свои источники, — подмигнул я, а мысленно отвесил себе подзатыльник. — Давай, уходи отсюда. Эти танцоры тебя больше не тронут, но в городе полно других жандармов. Тебе нужно спрятаться и замаскироваться под человека. Достань парик и очки, притворяйся.
Она медленно отлепилась от стены. Её платье перепачкалось, но она держалась с удивительным достоинством. Маленькая королева помойки.
— Спасибо, — буркнула она, не глядя мне в глаза. — Ты… странный. Но спасибо.
Кармилла-подросток отошла на два шага и побежала. Быстро, бесшумно. Но у самого выхода из подворотни она затормозила. Обернулась.
— Я стану сильной! — крикнула она мне. — Такой же сильной, как ты! И никто больше не посмеет в меня стрелять!
Просто кивнул, а через миг она уже исчезла.
— Я знаю, — прошептал я. — Ох, поверь мне, я знаю. И ты станешь даже лучше, чем думаешь. Ну, или хуже.
ЕСЛИ ВЫ ЗАКОНЧИЛИ С НОСТАЛЬГИЕЙ, МОЖЕТ, ПОРА КРУТИТЬ КУБИК?
Снова достав артефакт, начал вращать грани.
Щёлк. Щёлк. Щёлк.
Мир вокруг уже привычно растворился в белом, практически загробном, свете. Прощай, Лиходар девятнадцатого века. Было интересно, но, надеюсь, мы больше не увидимся. У меня в будущем дела. И очень, очень много работы. Так что нужно срочно отправиться на триста лет вперёд.
Надеюсь, на этот раз я не промахнусь. А если и промахнусь, то пусть это будет хотя бы эпоха с приличным кофе. Это всё, о чём я прошу.
 Глава 22 
 Родной дом 
Мягкий, пружинящий удар.
Я открыл глаза и тут же чихнул. В нос лезли сухие, колючие стебли люцерны. Я лежал на тюках прессованного сена, сваленных в углу просторного, наполненного полумраком помещения. Сено пахло великолепно. Ароматное, душистое, такое, каким оно бывает только на ферме.
Ну и куда нас занесло на этот раз?
Я выбрался с сена, отряхиваясь, и осмотрелся.
Конюшня. Я находился в конюшне.
Воздух здесь был густым, тёплым и живым. Он пах лошадиным потом, старой кожей, дёгтем и пряной степной полынью. Сквозь широкие щели в стенах пробивались косые лучи утреннего солнца, в которых лениво плясали мириады золотых пылинок. Где-то под потолком назойливо жужжала жирная муха, а со стороны денников доносилось ритмичное хрумканье и глухие удары копыт о деревянный настил.
Почуяв меня, лошади немедленно всхрапнули. Но я тут же коснулся огоньков их разумов и успокоил. Нечего привлекать внимание.
И в этот момент меня будто огрели по башке кувалдой.
Я знал это место…
Помнил каждую балку, каждую трещинку в стенах, каждую паутинку в углах. И каждый потемневший от времени хомут, висящий на гвозде. Это наша конюшня. Я провёл здесь всё своё детство, помогая родителям, мастеря деревянные мечи и мечтая о далёких звёздах.
Я… вернулся домой…
ПРИБЫТИЕ УСПЕШНО. ТЕКУЩИЕ КООРДИНАТЫ… ВРЕМЕННАЯ ЛИНИЯ… ЗАФИКСИРОВАНО НЕЗНАЧИТЕЛЬНОЕ ОТКЛОНЕНИЕ ОТ ЗАДАННОЙ ТОЧКИ… ОЙ, БЛИН… ПРОСТИТЕ, КАПИТАН. Я СНОВА ОШИБСЯ. И ДОВОЛЬНО СЕРЬЁЗНО…
Но я его не слушал. Мне было плевать.
Ведь я действительно дома.
Снаружи доносились голоса. Я замер. А затем, на цыпочках, как вор, подошёл к широкой щели в стене и выглянул во двор. И увидел их.
Солнце только-только поднялось над горизонтом, окрашивая мир в тёплые, пастельные тона. У старого колодца, в тени раскидистого дерева, стоял мужчина. Высокий, широкоплечий, в простых рабочих штанах и выцветшей рубахе. Он держал под уздцы лошадь. Гнедую, с белой звёздочкой на лбу. Грома. Я помнил его.
Конь неторопливо переступал ногами, отгоняя хвостом слепней. Его шкура лоснилась на солнце, как полированная медь. А на лошади, вцепившись в жёсткую гриву маленькими, но упрямыми ручонками, сидел мальчишка. Худой, темноволосый, с горящими от восторга и страха глазами. Он отчаянно пытался удержать равновесие, но его то и дело заносило то вправо, то влево.
Это был я.
— Не смотри под ноги, сынок, — раздался голос мужчины. Голос, которого я не слышал целую вечность. — Смотри вперёд. Туда, куда хочешь приехать. Лошадь чувствует твою неуверенность. Будь спокоен, и она будет спокойна.
  
Отец.
Я смотрел, как он ведёт коня по кругу. Гром фыркал, косился глазом на маленького всадника. А я, этот мелкий шкет, качался в седле, как поплавок на волнах, но не сдавался. Я помнил этот день. Это был первый раз, когда отец посадил меня на взрослую лошадь. Я был на седьмом небе от счастья. И мне было чертовски страшно.
Отец остановил Грома, подошёл ко мне и потрепал по волосам.