Бывший. Добьюсь тебя снова (СИ)

– А что за профсоюз?
– Любителей дикой природы. – вскочила со своего пня и, подхватив опустевший котелок, пошла к ручью. – Будите Олега Ефремовича. Нужно выдвигаться. Снова дождь собирается, развезёт дорогу.
Да что опять не так? Только что улыбалась, приветливая была и снова словно захлопнулась. Я просто пытался поддержать разговор, как нормальный цивилизованный человек.
  
И что за херня, почему я постоянно чувствую вину перед ней?
Одним глотком допил кофе и поднялся. Устал ломать голову, чем я ей не угодил. Чем плох. На хрена мне её загадка? Завтра улечу домой и забуду и Белку, и медведей и этот утренний кофе, поначалу показавшийся мне самым вкусным из всего, что пил раньше.
Как же я ошибался! И сегодня, и когда на следующее утро смотрел в окно, на то, как Белка выезжает со двора на чёрном мощном Крузаке, и мысленно попрощался с ней навсегда. Очень ошибался!
Потому что следующая наша встреча была буквально на следующий день. И Белка не изменила себе, в очередной раз удивила меня.
  
Глава 10 Белка 
 
– Я соскучился. – мужчина аккуратно потянул язычок молнии на спинке платья, и шелковая ткань легко скользнула вниз. По рукам, по бёдрам, приятно и возбуждающе щекоча кожу. Пальцем подцепил тонкую бретельку кружевного бюстгальтера, спустил её с плеча и тут же коснулся кожи на этом месте горячими твёрдыми губами.
– Мира, девочка моя.
– Белка. – поправила скорее машинально.
По коже уже ползли приятные мурашки предвкушения. Грудь под жёсткими мужскими ладонями потяжелела, налилась желанием.
– Для сопляка своего будешь Белкой, а для меня ты Мира. – Герман чуть сильнее чем следовало, сжал пальцами, ставшим очень чувствительным, сосок. Прикусил шею, и тут же лизнул место укуса. – Мира.
Ничья я. Сама по себе. Бродяга и вечная странница. Но спорить сейчас с любовником совсем не хотелось. Мне необходимо было другое. Унять тянущие низ живота тяжесть и напряжение.
– Сучка. Как я только это терплю! – толкнул в спину, и я распласталась на широкой гостиничной кровати. Потянулась кошкой и резко перевернулась на спину. Оперевшись на локти, смотрела, как Герман не спеша расстёгивает мелкие пуговички своей рубашки.
Красивый мужик. Взрослый, самодостаточный. Несмотря на возраст спортивный и подтянутый. Сильный. И счастливо женатый уже лет двадцать.
Вот такая я сука. Имею двух любовников, один из которых ко всему несвободен. Так что претензии от него я не принимаю. Да, он знает про Сашку. Вычислила служба безопасности его фирмы. Он злится, ревнует иногда, но условий не ставит, значит, всё устраивает.
Герман поставил одно колено на матрас, потянул меня за лодыжку на себя.
– Иди сюда. Весь вечер на тебя стоит. Что же ты со мной творишь, неприрученная моя.
– Хочу тебя. – приподнялась и шепнула прямо в твёрдые тонкие губы, нажала пальчиком на ямочку на колючем подбородке, вынуждая приоткрыть рот и пропустить мой язык внутрь. Хватит разговоров, отложим на потом.
Германа сорвало. Впился поцелуем в губы, перехватывая у меня инициативу. Прижал к себе плотно, расплющивая мою грудь по своей, запустил пятерню в гриву волос. Застонал от удовольствия. Меня всегда заводило его откровенное желание моего тела, его жажда, страсть с которой он каждый раз брал меня. Иногда грубо, не жалеючи, иногда нежно, бережно, словно любил до безумия.
С ним всегда было горячо, сладко и ... надёжно. Герман прекрасно знал моё тело, все самые чувствительные точки. Опытный, терпеливый и безопасный… идеальный любовник.
Вот и сейчас ему понадобилось всего несколько минут, чтобы подвести меня к желанной вершине и взорваться на сотню вспыхнувших и медленно угасающих галактик. И только потом отпустил себя и позволяя себе трахать меня, как ему в этот момент заходило. Резко, зло, скрутив руки и вцепившись пятернёй в волосы. Зверюга!
Скальпу было немного некомфортно, но без особой жести. Я знала, что Герман меня сейчас ревновал. Нет, не к Сашке. Кажется, он его вообще всерьёз не воспринимал, считал моей очередной блажью и игрушкой. Герман ревновал меня к Арсу, с которым мы сегодня столкнулись в ресторане. Совершенно неожиданно для нас обоих.
Ещё вчера утром, уезжая из дядькиного дома, я была уверена, что наши с Арсом пути-дороги больше никогда не пересекутся. Стоя у машины и глядя на мужской силуэт в окне второго этажа, мысленно попрощалась навсегда, в полной уверенности, что больше не встретимся. И вот поди же. В огромном городе, столице края, столкнулись уже на следующий день. И это с учётом немаленького количества ресторанов в нём.
Арс, наверное, как и Герман выбирал по принципу – самый лучший и дорогой. Только Герман для меня, а Арс для себя любимого.
– Ммм... – глухо промычал мне в грудь Герман, осыпал её множеством быстрых благодарных поцелуев. Перекатился на спину, утягивая меня за собой. – Давай колись, Мира, что это за мужик был? Вы знакомы?
Прижалась к вздымающейся от учащённого дыхания, мужской груди, положила на неё руку и упёрлась подбородком. Встретилась с тяжёлым, потемневшим взглядом. Ревнует. Это немного льстило, но и напрягало.
– Резцов Арсений Романович. Московский бизнесмен бла бла бла... дальше не знаю, не выясняла, потому что неинтересно. Встретились у дядьки в охотничьем доме. Его губернатор наш привозил. Можешь Олега Ефремовича расспросить, вы же общаетесь вроде.
– Спрошу. – кивнул Герман. – Ты спала с ним?
– У-у-у, Гер. Ты за кого меня принимаешь? – сморщила недовольно нос.
– За молодую, красивую бабу, на которую этот москвич пялился весь вечер, пускал слюни и не скрывал своего интереса, а главное, ревности.
– Да мало ли кто на меня пялится. – потянулась сладко и томно, потираясь всей собой об поджарое мужское тело, пытаясь скрыть за беззаботностью боль.
– Манкая ты, Белка. Понимаю этого москвича. У них в столице таких нет. В его кругу общения девки все на одно лицо. Инстаграмное. Как под копирку слепленные. А ты живая. – тяжёлой рукой прижал меня покрепче, словно боясь, что прямо сейчас, как есть, голая и разгорячённая, выскочу из номера и побегу искать красавца-москвича.
– Да не сплю я ни с кем, кроме тебя, Гер. – подтянулась повыше и лизнула мужской сосок. Осторожно прикусила и покатала затвердевшую горошину зубками.
– Угу. – выдохнул мой любовник, напрягся, задерживая срывающееся дыхание. – Кроме меня и этого белобрысого сопляка. Повыдёргиваю я ему ноги, дождёшься.
– Не трогай Сашку. Он не в курсе.
– Нравится он тебе?
– Он забавный. С ним весело бывает. И потом, с ним можно в кино или театр сходить. По городу погулять, в конце концов. – быстро осадила собственнический инстинкт женатого любовника.
– Заморочишь парню голову и бросишь.
– Брошу. – согласилась, не задумываясь. Всех бросала. Только с Германом задержалась. Он был женат и с этой стороны мне ничего не угрожало. – Ты самый лучший, Гер.
– Замуж тебе надо, Мира. Мужа хорошего, чтобы вся дурь из твоей головы выветрилась.
– Туда не хочу. – уткнулась носом в твёрдую грудь, пряча тоскливый взгляд. – Пробовала уже.
Герман был из того небольшого количества людей, с кем я честно и открыто могла поговорить обо всём и о своей жизни в том числе. Если Сашка был у меня для только тела, то Герман ещё и для души. Умный, зрелый, снисходительный к вывертам моего характера и нрава. Готовый помочь советом и делом, поддержать и подсказать.
Но и он не знал о моей проблеме. О том, почему я предпочитаю жить так, как живу. Почему одна.
  
Однажды я пыталась снова поверить в любовь. Даже выйти замуж. И опять ошиблась. В тот момент во мне окончательно умерла Мира. И родилась Белка.
Целый год он отогревал моё раненое сердце своей любовью. Данир. Белозубый великан с пудовыми кулачищами и заразительным раскатистым смехом. Он зарождался где-то в глубине его огромной, широкой груди, клубился в ней, нарастал как цунами и, наконец, прорывался, накрывая всех вокруг своей сносящей волной, и заставляя улыбаться в ответ.