Бывший. Добьюсь тебя снова (СИ)

Спасли меня тогда дядька с Маней. Забрали из больницы, привезли сюда и терпеливо выхаживали. Окружили любовью и заботой. Каждый по-своему. Маня вкусной едой, лаской и объятиями. Дядька таскал меня с собой в тайгу, учил выживать в лесу, показывал невероятную красоту дикой природы и знакомил со зверьём, с их повадками и жизнью.
После трагедии я долго училась жить. Просто дышать, двигаться, видеть мир вокруг себя, доверять людям. Даже говорить.
  
В той аварии Арс, конечно, не виноват, но простить его слова и предложение убить нашего ребёнка я так и не смогла.
Поэтому, когда Арс, под грозный рык Пети, отступил, я закрыла перед ним дверь. Не хочу возвращаться в прошлое. И так окунулась в него сегодня с головой.
Поцелуй Арса сорвал сургучную печать с сосуда, в котором хранились моя боль и воспоминания. Выпустил их на волю, как злого джинна из лампы. И все мои попытки и усилия запихнуть их обратно оказались по детски беспомощными. Память услужливо подбрасывала картинки одну за другой, и каждая следующая была болезненнее, страшнее предыдущей.
Раньше я часто размышляла, о том, что было бы, если бы Арс не бросил меня тогда? Как сложилась бы моя жизнь? Мне не пришлось бы возвращаться в родной город к родителям, и они, в конце концов, не погибли бы, везя меня ранним январским утром в роддом. Наш с Арсом малыш родился и сейчас уже был бы совсем большим, непослушным подростком.
Мечтала. Но сейчас уже перестала. Бессмысленное занятие, тревожащее душу и не дающее затянутся ранам. Сейчас я уже обросла крепкой бронёй. Я так думала до этой неожиданной встречи. Слишком быстро моя броня начала давать трещины, едва не раскололась от одного только поцелуя этого самца.
Тяжело вздохнув, завернулась в спальник и выключила фонарь. Петя, недовольно фырча и вздыхая, устроился рядом. Запустила пальцы в густую собачью шерсть, потрепала пса по спине.
– Спасибо, Петруччо. Как бы я без тебя?
Тоска и чувство тотального одиночества тяжёлой глыбой давили на грудь. Не отпускало с момента встречи с Арсом на перекатах, с его поцелуя. Я уже давно не чувствовала себя так паршиво и одиноко.
Будь я сейчас в городе – позвонила бы одному из двоих своих постоянных любовников. Скорее всего, Сашке. Он молодой, с сильным, смелым телом, за одну ночь выбил бы из меня всю дурь и тоску. Заставил бы снова почувствовать себя живой. И он никогда не заводил со мной разговоров о совместном проживании или будущем. И его, и меня вполне устраивали наши отношения. Встретились, задорно и от души потрахались и разошлись до следующего раза. А он может случиться и на следующий день и через неделю, и даже через месяц, если я или Сашка куда-то уезжали.
– Пойдём завтра вместе ловушку снимать, Петруччо. Не хочу одна.
Петя согласно стукнул хвостом по дощатому полу, подняв в воздух лёгкие сухие травинки.
Нужно возвращаться домой, а то я и правда скоро совсем одичаю здесь со своим зверьём. Сегодня даже на Арса готова была кинуться от тоски. Вот потешила бы его самцовость.
  
Глава 9 Арс 
 
Лежал в темноте на жесткой кровати, пялился в тёмный потолок и слушал, как за окном шуршит дождь. В доме было тепло, сухо и тихо, вполне себе комфортно, но не спалось.
Мысленно прокручивал в голове сегодняшний день. Это был новый опыт для меня. Странный, непривычный, будоражащий. Встретить в лесу мощную и совершенно дикую медведицу такое себе удовольствие. Она была огромная. Не могу сказать, что не испугался. Самому себе не соврёшь. Мне было страшно. Даже не представляю, чтобы я делал, если бы зверюга кинулась на меня. Выстрелил бы, и не факт, что попал бы. Или смог убежать. Спасибо Белке.
Вот она-то, кажется, совсем не испугалась, в отличие от меня. Всё же удивительная дева. То ли смелая, то ли безумная. И красивая. Жаль, что эта красота в лесу пропадает.
Природу я тоже люблю, но не настолько, чтобы редкие отпуска проводить в лесу, жить в палатке, умываться ледяной водой, от которой ломит зубы, отгонять комаров и мошек от жопы, когда тебе приспичило в туалет. И обрабатывать себя с ног до головы вонючими репеллентами от клещей, жрать из металлических мисок, вылавливая из кружки с чаем, попавшую туда мошкару.
Всё-таки предпочитаю отдыхать в комфортных условиях. Чувствовать кожей лёгкий, ласковый морской бриз, подставлять лицо тёплым лучам солнца. Наслаждаться сонным и ленивым ритмом жизни южных городов, а не от медведей по лесу бегать. И не ждать, что сверху, с дерева на тебя бросится какая-нибудь дикая, лесная кошка. Адреналина мне в работе хватает, и уж если вырвался на несколько дней отдохнуть, то предпочитаю выспаться и побыть в тишине. В идеале в одиночестве. Это ещё один повод для вечных обид и претензий ко мне со стороны Алёны.
Не выдержал. Вышел на крыльцо. Вдохнул полной грудью сырой, холодный воздух. Резко пахло хвоей, рекой, дымком, давно потухшего костра. Оглядел спящий двор. В лунном свете всё вокруг, от травы до крыши конюшни блестело от капель дождя.
Свежо! Невольно передёрнул плечами от сырой прохлады. Мёрзнет же в конюшне. Вот упрямая! Хотя, может быть, привыкла к таким условиям. Чёрт их знает, местных. В кайф им, наверное.
Ещё раз огляделся. Темнота вокруг, тишина, полная жизни. Покачивающиеся от ветра макушки сосен на фоне тёмного неба. Дико, первозданно, сурово. Днём всё выглядело более приветливо, а сейчас казалось, что сотни пар глаз дикого таёжного зверья наблюдают за мной из темноты. Я для них такая же экзотика и еда, как и они для меня. Кто кого сожрёт ещё тот вопрос. Выживет сильнейший. Впрочем, как и у людей, в цивилизованном мире. Расслабишься, повернёшься спиной и не заметишь, как сожрут.
Вернулся под надёжную защиту бревенчатых стен дома и улёгся на жёсткую деревянную кровать. Не Хилтон, но жить можно. Всё лучше, чем в конюшне. Хотя...там мягкое сено и Белка. Теплая и вкусно пахнущая. Острая и резкая, не похожая ни на одну знакомую мне женщину. Ведьма лесная.
Повернулся набок и закрыл глаза. Спать. Завтра ещё день перетерпеть в этой глуши и домой. К привычной жизни, к делам. Пока я здесь прохлаждаюсь, уже накопились вопросы, решение которых требует моего личного присутствия. Замы у меня надёжные и толковые, но я привык всё контролировать сам. Вернусь в Москву, включусь в работу, в привычный режим, и всё встанет на свои места.
И Белку из головы выкину. Блажь это. На кой чёрт мне эта язвительная амазонка? Ну и не мальчик я, чтобы не справиться с диким желанием подмять под себя это звонкое тело. Окунутся в зелёные глаза, которые затягивают как болотная трясина.
Остаток ночи снились эти самые глаза. Я путался во сне. Звал их обладательницу то Мирой, то Белкой, пытался всмотреться в лицо, понять кто это. Но образ исчезал, всё время ускользал от меня. Оставался только смех. Низкий, грудной, с лёгкой хрипотцой. И я снова не понимал, чей он. Метался в поисках ответа.
Утром выполз на крыльцо помятый, злой и голодный. И как зомби побрёл на запах свежесваренного кофе.
Ну кто бы сомневался! Бодрая, свежая и готовая к очередному конному переходу Белка, сидела на пне и, играя со своим псом, пила ароматный напиток из большой глиняной кружки. И такой от неё шёл запах! Я невольно проглотил слюну. Ко-о-фе!
Поймала мой жадный и дикий взгляд на её кружку и понимающе ухмыльнулась.
– Угощайтесь, Арсений Романович. Там ещё есть. – кивнула на небольшой котелок, стоящий на походном примусе.
– Откуда кофе? – прикрыл от удовольствия глаза. Прекрасный кофе. Не ожидал.
  
– Из Бразилии. Привезла из последней поездки.
Вообще то, я интересовался откуда оно здесь, в лесной глуши. Не ожидал, что Белка с собой в поход носит ещё и молотые зёрна, чтобы порадовать себя отличным кофе с утра. Гурманка.
– А в Бразилию по туристической путёвке ездила?
– Ага. – Белка вдруг поскучнела, потеряла всякий интерес к разговору. – По профсоюзной.