Некромаг. Том 2. Становление

Стройная такая особа среднего роста со смугловатой кожей и большими, выразительными глазами. Черные, сильно вьющиеся волосы. Правильные черты лица, но такие – в духе берберского Средиземноморья.
Ничего необычного.
Ничего нестандартного.
Такой типаж был практически у всех местных одаренных женщин. Что-то вроде эталонного шаблона. Отличия если и встречались, то несущественные и касались обычно лица, ниже которого, как Илье думалось, дамы были полностью взаимозаменяемы.
  
Встречались, правда, и другие. Те же альты с еще более грацильными формами тела, удлиненными ушами, миндалевидными глазами и густыми прямыми волосами удивительной длины. Толстая коса до пят – это прям для них обычная история. Изредка попадались и иные гости из других миров. Однако крупных, крепких и фигуристых дам не наблюдалось. Вообще. Это просто считалось признаком низкого происхождения, а потому корректировалось магией.
У мужчин, разумеется, была своя мода. Однако комплекция Ильи и там не считалась правильной. Излишне массивная фигура. По-варварски. Хотя, конечно, ему было плевать…
Так вот – Илья осмотрел Нефтис и хмыкнул. Отдавая дань ее умению себя подать. Вот так сесть на кресле, чтобы и всю себя презентовать, и умудриться избежать излишней вульгарности, – уметь надо.
– Не до такой степени гибкая, – ответила она после театральной паузы и, подавшись вперед, добавила: – Впрочем, если ты желаешь проверить, мы можем это устроить.
– Давай не будем спешить с такого рода проверками. Я не знаю тебя и не представляю последствия этой… хм… проверки.
– Тогда ты не осторожничал, втыкая в меня… хм… жало.
– Тогда я еще не знал, с чем столкнулся.
– Поэтому ты отказался от предложения вступить в наш клан?
– Ваш клан – это какой? Мне сделали больше десятка предложений.
– Клан Лал-Тара.
– А… эти первые пришли.
– Мне сказали, что ты обошелся с нашим представителем очень грубо.
– Я гостил у магистра Аратоса, когда пришел этот клоун и процедил, что-де ваш клан снизошел до меня. И что я теперь должен от радости ползать у него в ногах и еще какое-то бла-бла-бла. В общем, я вышвырнул его.
– Вышвырнул? – удивилась Нефтис.
– Да. Одной рукой взял за шкирку, второй за штаны. И выбросил прямо в окошко. Он очень мило вошел головой в какую-то клумбу. И несколько секунд напоминал диковинное растение, дергая там ножками.
– Ты в курсе, что это оскорбительное поведение? – с улыбкой спросила она.
– После того, что и как он мне сказал, пусть радуется, что я ему череп не проломил. Терпеть такое свинство в свой адрес я не намерен.
– Я передам отцу, – с улыбкой произнесла Нефтис.
– Отцу? Хм, – несколько удивился Илья, догадавшись о статусе этой особы. – Кстати, а почему отец не вмешался и не вытащил тебя с этой дрянной службы в Зара?
– В конечном счете он решил, что это пойдет мне на пользу. И он оказался прав. Я многое переоценила, пока жила химерой. Точнее, когда ко мне вернулась моя старая личность и я осознала все годы проживания в Зара.
– Ану говорил, что ты вела себя несносно. За что и поплатилась.
– Это так. Он правильно все сказал. Слушай, а что произошло на собрании? Тебе был так важен этот дух? – сменила она тему.
– Да. Очень важен.
– Кто он тебе?
– Это сложно объяснить. Скажем так, если бы я не вступился за него, то многие годы чувствовал бы себя дерьмом.
– Ты странный, – усмехнулась она.
– А для меня вы тут все странные. Но это и неудивительно – мы же с разных планет. Кстати, а как так получилось, что на разных планетах живут люди, совместимые в плане размножения? Получается, что мы один вид, а не просто конвергентно, – ввернул умное слово Илья, – схожие существа. Но как? Это же абсурд!
– Это все из-за петель Арды.
– Мне это ничего не говорит.
– Хм. Есть несколько магических миров, совершенно непригодных для проживания из-за слишком сильного фона, но у них есть интересный эффект. Раз в сколько-то лет они создают волшебную петлю, захватывающую все подходящие, однотипные миры нашей Вселенной. Это на время формирует в них особые сквозные гигантские аномалии, через которые можно путешествовать.
– Мне казалось, что аномалии весьма опасны.
– Так и есть. Но аномалии петли Арды очень мягкие. Девушка пошла погулять и оказалась в другом мире, просто свернув за угол дома. Обычная история. Причем без всяких сражений. Да, они возможны. И из тех аномалий порой выходят страшные чудовища. Однако, в отличие от черных аномалий, в этих есть масса возможностей проскочить без последствий. И через них порой проходят целые племена или большие отряды.
– И наши миры, получается, соприкасались?
– Разумеется. Много раз. Насколько я знаю, последний раз три с чем-то тысячи лет назад.
– Петли Арды, значит.
– Да. Наш вид, согласно изысканиям ученых, распространен на девяти сотнях двадцати трех планетах. Это если говорить про полностью совместимые популяции. Но есть и другие. С красным миром ты познакомился. Анатомически мы близки. Но детей общих иметь уже не можем. Видимо, слишком сильное влияние стихии. Хотя когда-то у нас были общие предки. Мы предполагаем, что совокупно до пятидесяти двух тысяч обитаемых миров так или иначе связаны с некой первичной популяцией, к которой и мы относимся.
– Прилично. Да. А альты – это кто?
– Переселенцы. Общее потомство с нами случается редко, но еще возможно. Родство у нас пограничное. Они жили в достаточно специфическом мире с сильным магическим фоном. Из-за чего сильнее и быстрее менялись.
– А что такое миры Мора?
– Миры, в которых так или иначе компенсируется магический фон. Обычно поглощается чем-то.
– Поглощается? Чем, например?
– Мы точно не знаем. Обычно какие-то крупные осколки космических объектов. Есть разные теории на этот счет. Самая популярная – обломки древней планеты, на которой слишком долго жил демиург. Появление двух таких осколков может привести к их компенсации и восстановлению магического фона. Или нет. Параллельно могут происходить различные катастрофы, хотя это не обязательно. У нас появление второго осколка спровоцировало страшный катаклизм, из-за которого планета едва не лишилась разумной жизни. Мы с тобой, считай, сидим на крохотном обломке былого величия. Умирающем. Взамен мы получили магию.
– А откуда ты все это знаешь? Ты ведь совсем юной отправилась проходить инициацию в Зара.
– Я росла в клане и получала подходящее моему статусу образование. В Зара я отправилась в двадцать пять лет. И уже умела кое-что как маг до наложения корневой печати.
– А такое возможно?
– А кто накладывал печати на первых магов? – усмехнулась она. – Правильно, никто. Они работали с сырой энергией, и им для успеха требовалось куда больше мастерства, упорства и трудолюбия. Корневые печати и лакса очень сильно упростили нам жизнь. С ними любой дурак теперь может многое. Эпоха великих ученых осталась в прошлом. Ты, кстати, убил последнего.
– Я?! – удивился Илья.
– Харлам. Он хоть и был мерзавцем, но прослыл последним магом, который открыл что-то значительное. В частности – научился открывать черные аномалии и проходить через них без боя. Не считая создания трех десятков новых лакса. Да и вообще являлся, безусловно, гениальным.
– Но при этом я от всех слышал, что он мерзавец.
– У него были свои резоны. Советы всех городов выступили против него. Но… это ничего не значит. Им важна их власть. Он же руководствовался совсем иным.
– Звучит так, словно ты его оправдываешь.
  
– Мой клан имеет большой вес в Совете Нехеб, так что наши интересы вряд ли совпадают с его. Но я понимаю, к чему и зачем он стремился.
– И к чему же?
– К объединению нашего мира в единое государство. С тем, чтобы, консолидировав усилия всех магов, начать двигать плиты коры. Поднять старые материки. Углубить океаны. Он хотел вернуть старый мир и хороший климат. Дать новый шанс для возрождения нашей умирающей цивилизации.