Непристойное предложение

Но мужчина молчал, я же начинала еще больше нервничать.
А может все-таки удар был, но я просто не почувствовала его. И теперь нам предстоит оформлять кучу бумаг, вызывать аварийных комиссаров или что там в таком случае делают?
В голове роились напуганные мысли, пока мужчина продолжал смотреть на меня.
Время, казалось, превратилось в вечность, хотя на самом деле все продлилось не дольше секунд тридцати.
  
– Извините, – прочистив горло, повторила я и потянулась к ручке.
Наверное, нужно выйти и посмотреть на место удара, оценить ущерб и наконец-то перестать трястись как осиновый лист. Ничего плохого не случилось. Просто маленькая авария, недоразумение. Всё наладится.
Жаль, что в жизни всё было иначе.
Я выбралась из прохладного салона автомобиля.
– Кажется, меня ослепило солнце, – пропищала, старательно делая вид, что держу ситуацию под контролем. – Я вас не заметила. Извините еще раз.
Продолжая бормотать извинения, обошла машину и убедилась, что удара не было. Мы остановились буквально в десяти сантиметрах друг от друга.
Выдохнула. Обернулась. Опять улыбнулась, но на мужчину никак не подействовало.
Я уже начала сомневаться в силе своей безупречной улыбки.
А во всем виноват Филипп.
Что б его!
Если бы я не увидела то видео, если бы Элла не поселила в моей душе сомнения, мой мозг работал б исправно. Я бы не психовала, вдавливая педаль газа в пол. И сейчас уже была бы на полпути домой, к моей прохладной ванне, со свечами и бокалом вина.
– О, вроде бы ничего серьезного, – развела руками, намереваясь вернуться в машину.
И вновь в ответ молчание. Он что от испуга язык проглотил?
Хотя не похоже, чтобы испугался. Это я струхнула так, что сердце из пяток едва смогла достать.
– Приношу еще раз свои извинения за свою невнимательность, – продолжая щебетать тем самым голоском, которым общалась с нашими телезрителями с экранов тысяч телевизоров, я вернулась к машине и открыла дверь. – Ну, раз ничего плохо не произошло, я тогда поеду.
Не дожидаясь хоть какой-нибудь реакции от мужчины, юркнула в машину. Если честно, незнакомец малость меня пугал. То, как он смотрел своими пустыми серыми глазами.
Но стоило мне завести мотор вновь, как на дверь легла его ладонь. Так как я не успела поднять стекло, то теперь могла без труда рассмотреть длинные пальцы с аккуратными ногтевыми пластинами. Кожа у незнакомца была чуть смуглая – отчетливо виднелся загар, который бывает после недельки-другой на побережье моря. Сама-то я так давно не загорала – мне нельзя было менять хоть что-то в своей внешности без одобрения продюсеров шоу. Идеальная картинка во всем, и никому не нужна пережаренная на солнце телеведущая. Впрочем, я не так уж и часто куда-то выбиралась, а отдыхать мы с Филиппом и вовсе летали полтора года назад.
Ну вот, я вновь думала о муже.
Улыбка сползла с моих губ, превратив их в две дрожащие полосочки.
– Осторожнее… – проговорил он спокойным, но чертовски ледяным голосом, чуть склонив голову вперед. Так что наши взгляды вновь пересеклись, – на дорогах.
Я сглотнула, молясь, чтобы эта рука не схватила меня за горло.
– Да-да, извините, – прохрипела я, потянувшись к кнопке подъемника.
– До встречи, Марианна.
Мой палец дрогнул, вжимаясь в кнопку.
Стекло поползло наверх, а мужчина, убрав ладонь, отошел от машины. Еще раз бросив в мою сторону совершенно нечитаемый взгляд, он вернулся в гелендваген. Через мгновение его машина тронулась с места, тихо шурша шинами по асфальту. И вот я уже наблюдала в зеркале заднего вида, как черная машина скрывалась за новым поворотом, и могла поклясться, что мне совершенно не понравилось то, как он говорил со мной.
И да, похоже, меня все-таки узнали.
Но вот кто он такой? Раньше я его здесь никогда не встречала…
 
Глава 2
 
От бокала вина пришлось отказаться.
Дико разболелась голова. Я пыталась убедить себя, что это из-за духоты, которая царила весь день на съемочной площадке, но кого я обманываю? Разволновалась из-за случая на дороге, что до дома кое-как добралась. До сих пор руки тряслись и коленки подгибались.
Не знаю, что меня больше напугало. То, что едва не попала в аварию по своей же глупости и невнимательности. Или потому что мужчина на меня так посмотрел. Аж жуть пробирала до костей.
Поежившись, опустилась поглубже, так что пена укрыла мои плечи, а подбородок касался воды.
На краю ванны стоял стакан с минералкой. На дне желудка уже растворилась таблетка обезболивающего и потихонечку начинала действовать, притупляя боль в висках. Вода тоже оказывала благоприятное воздействие на мой потрепанный съемками организм.
Кажется, я начинаю сдавать. И нуждаюсь в отпуске.
Немного поерзав в воде, ощутила, как каждая частичка моего тела отзывалась тупой болью.
Вздохнув, прикрыла глаза.
Мысли. Мысли. Мысли.
Почему нельзя просто выключить голову? Нажать на кнопку и погрузиться в пустоту. Там, где нет работы, семьи, мыслей о том, что Элла была права.
Мой муж мне изменяет.
И кого я пыталась обмануть?
Теперь подруга будет думать, что у нее с головой не все в порядке, раз видит то, чего нет. А ведь я сразу узнала Филиппа. По его одежде, по той самой фирменной походке. Мы же в браке почти десять лет. Тут человека, с которым ты столько прожил бок о бок, можно узнать не только по походке или голосу, но и по запаху, дыханию, прикосновению.
И я знала, что на том видео был он.
Но что он делал в отеле?
Можно было бы решить, что просто изменили место для съемок. Ведь так уже бывало, да? Сколько раз Филипп ругался, что приходилось менять декорации, костюмы, даже моделей. А уж сменить место так это в порядке вещей. И все же он вышел из отеля в компании девушки модельной внешности. Высокая, стройная блондинка, которую он держал за руку, а потом и вовсе приобнял.
Кто знает, что осталось за кадром.
И вот я вновь себя накручивала.
Боль застучала в висках с удвоенной силой.
Потянувшись за минералкой, случайно обронила стакан в воду. Он с гулким буль ушел на дно.
– Вот же черт, – прорычала, пытаясь отыскать под водой стакан. Похоже, мой релакс закончился. Пора выбираться из остывающей воды и идти за второй таблеткой обезболивающего.
Именно так я и поступила, когда раздался звонок.
В квартире на двадцать втором этаже с панорамными окнами царила тишина. Поэтому звонок мобильного напугал меня.
Подскочив на месте, я обернулась на звук. Найдя телефон под горой одежды, я улыбнулась, глянув на экран.
Таня.
Моя старшая сестра.
Моя радость и утешение.
– Привет!
– Приветик, сестричка, – протянула она, буквально с первой же секунды заряжая меня бодростью. Слушая ее голос, смех, рассказы так и хотелось смеяться и пританцовывать. И почему я сразу не позвонила сестре, как вернулась домой? Может, и голова перестала бы трещать, как сломанное радио. – Как дела? Уже дома?
– Да. Вернулась час назад. Отмокала в ванной.
– О, это хорошее дело. Я бы тоже не прочь поваляться в ванне, попить вина.
Не выдержав, я рассмеялась.
– Ты прям мои мысли читаешь. Правда, от вина отказалась. Голова болит.
– Отдыхать надо, сестричка, тогда и голова не будет так часто болеть.
– Ты права, – выдохнув, опустилась на пуфик перед зеркалом.
Мокрые волосы облепили щеки и шею, а с кончиков капала вода, от которой промокла футболка, в которую я успела переодеться до того, как сестра позвонила.
– Я видела утреннюю программу. Миленький костюмчик. Но сиреневый не твой цвет.
– О, мы снимали этот выпуск на прошлой неделе, – вспомнила я, хотя сестра знала, что все программы утреннего шоу выходят с небольшим запасом. Форс-мажоры никто не отменял, тем более на нашей работе. – Да, мне тот костюм тоже не понравился. Но раз начальство одобрило весь гардероб на сезон, то выбора, как знаешь, у меня нет.