Горькое дыхание джунглей (СИ)

Может, и не недостатки — это вовсе, я отстрелял всего лишь два магазина, и мне не понравилось. Но как-то познакомился с одной мамзель, работала она в секретном подразделении, так от пистолета была в полном восторге. Он прекрасно умещался в её маленькой ручке, а на стрельбище вообще загнала меня в шок, нашинковав мишень величиной с яблоко с пятидесяти метров.
Ну недаром в США он попал в чёрный список, как пистолет для покушений.
  
В XVII веке такая пробивная способность, ясен пень, не нужна, о бронежилетах никто и не слышал, а если и попадутся ребята в латах, так и простая свинцовая пилюля успокоит.
К каждому стволу в ящике имелась кобура от немецкого Вальтера с кармашком, в котором присутствовал запасной магазин. Как выяснилось, она идеально подошла и к ПСМ. Тренчик с карабином. Ну да, учитывая вес пистолета — это необходимая вещь. К тому же кобуру можно закрепить на лодыжке, где пистолет будет совершенно незаметен. Здесь же в ящике лежали два кожаных ремня свёрнутых кружками, а рядом цинк патронов 5,45×18 мм.
Пуля оболочечная, остроконечная с притуплённым носиком для снижения рикошетов и с составным сердечником, что вполне обеспечивало высокое пробивное, но буду честным, не останавливающее действие. Хотя с двадцати шагов никто не мешает зарядить такую пулю в лоб.
— Попробуй, — я протянул пистолет Дженни, — как в руке сидит.
— Вау, — только и проговорила она, хватая рукоять, как я учил, — прямо под мою ладошку, а пострелять можно?
— Подожди стрелять, попробуй извлечь магазин и вставить другой, — я показал, но Дженни помучавшись полминуты, отрицательно качнула головой.
Пришлось показать ещё и ещё, пока у неё наконец получилось.
— Очень неудобно, — пожаловалась она, проделав это пять раз подряд, — но я потренируюсь.
— Надеюсь не во время движения. Вот предохранитель и в общем всё. Открытая кобура хорошо спрячется даже под футболкой, только с карабина не снимай. Он очень лёгкий, выпадет и не заметишь.
Дженни несколько раз выдернула пистолет из кобуры и улыбаясь, кивнула.
— Он мой, я теперь без него никуда, — и снова с надеждой спросила, — можно пострелять?
— Это потом, отдача так себе, а от ТТ отличается только весом, — слукавил я.
— Ладно, — согласилась девушка и любовно погладила затвор.
Элен смотрела на всё это действо с прищуром, потом заглянув в открытый ящик, слегка взволнованным голосом проговорила:
— Тут второй есть такой же. Мне можно будет тоже попробовать?
— Конечно, он как раз для ваших ладошек. На стоянке потренируетесь.
— Ладно, — согласилась блондинка и забралась обратно на сиденье.
Я прикрепил к Ксюхе ремень и настроил его на Дженни так, чтобы ей было удобно сразу начать стрельбу.
К тому времени Лазарева закончила доить корову и Акоко, взяв верёвку за конец, пришлось выделить пару метров шпагата, потянула животинку за собой. Дженни махнула нам рукой и пошла следом, держа в руке рацию. Если что, закричит громко, бросит её на землю и начнёт отбиваться от лесных разбойников.
Ну а мы простояли на месте около часа. Я за это время перелил молоко в термос, пришлось использовать один на 36 литров, освободив его от соли, после чего поехали догонять.
В два часа сделали привал, наскоро перекусив, и я поинтересовался у Нии, нет ли впереди какой-нибудь поляны, схожей с той, где вырвали детей из лап мезабы, потому как чаще, чем она, по этой просеке никто не ходил. И напомнил, что Ния говорила про зелёную воду, мол, до неё один день пути, а по ходу придётся встать на ночёвку в джунглях. И вот здесь логика Нии меня едва не убила. Когда мы говорили за один день пути, с нами не было коровы и не нужно было топать ножками. Дочка вождя прикинула на глаз, с какой скоростью передвигается наш дом на колёсах, и определила путь как один день.
Учитывая, что моих познаний на языке батутси не хватало, чтобы выразить всё, что думаю по этому поводу, хотя и составил словарь самых матерных выражений, я сначала выдал пару эпитетов на русском и только потом перешёл на английский, приблизившись вплотную к перепуганному лицу Нии, и зло выговорил:
— И вот какого, — однако, увидев слёзное выражение, замолчал и, сделав несколько вздохов, пришёл в себя. Сам же смотрел карту и мог определить, что пешком несколько дней топать. И чего я въелся на девчонку? А потому, что решил, будто есть короткий путь через джунгли и Ния его знает.
Плевать мне на самом деле, сколько дней они будут топать до зелёной воды. Просто хотел довести этих горе-путешественников до племени и убедиться, что с ними всё в порядке, после чего двинуть дальше. И пока направление наших дорог совпадало, меня вполне устраивало. Но вот бегать кругами по джунглям я был против хотя бы потому, что проехали мы с гулькин нос, а стрелка уровня топлива упрямо показывала, что полбака откатали.
Но был и приятный момент. Вспомнила дочка вождя, что совсем недалеко есть поляна, на которой уже приходилось ночевать. Очень удобная и хорошо защищённая. Вот заодно и узнаем, что значит защищённая в её понимании.
Место оказалось действительно удачным. Узкий проход в зарослях акации и овальной формы открытый участок в полгектара, заканчивающийся болотистой жидкостью, на первый взгляд самой настоящей топью. Вползти на поляну нашему обозу не получилось, слишком длинным оказался, и тележку с рисом пришлось отцепить. Развернул автомобиль у самых деревьев, оставил четырёхколёсную повозку, после чего затащил второй прицеп. Теперь была возможность, не выбираясь из кабины, держать единственный проход под пристальным вниманием. Действительно, место вполне себе защищённое, для нас, исключительно благодаря огнестрельному оружию. Любое нападение аборигенов можно было пресечь, положив их в узком проходе немерено. А как батутси защищались на этой поляне? Для них ведь это идеальная ловушка. Даже бегством спастись невозможно.
Ния на мой вопрос только захихикала.
— Вода. Никто не пройдёт, — и стала перечислять имена.
Я выставил руку вперёд и проговорил:
— Я понял, ты имеешь в виду Лазареву.
— Да, — радостно подтвердила девушка, — Лазарева пройдёт и всех нас выведет.
Ну вот и выяснили. Тощая старушенция знает тропу через болото и вся защищённость в том, что можно быстро убежать. Тяжело жилось мирным племенам в XVII веке в Африке. Или умри, или беги.
На поселения враги старались не нападать, учитывая, что из-за ограды и из-за жилищ осаждающие удачно защищаясь, могли нанести неоправданные потери противнику, а вот мелкие группы охотников или купцов, или как назвать тех, кто просто бродил между племенами, занимаясь обменом товаров, были законной добычей. Слово купец отсутствовало в лексиконе батутси. Их называли «доброе племя». Ну для меня доброе племя от злого не отличалось ни на йоту. Вспомнить свази, которых Ния называла добрыми, но как только им отказали, решили отобрать силой, считая, что Элен принадлежит им по праву.
Ещё не известно, как нас встретит племя батутси, когда малышня начнёт рассказывать наперебой про наше качественное оружие, благодаря которому вождь, может превратиться чуть ли не в императора Африки. Ния подтвердит, и не пожелают ли они провести апроприацию нашего имущества или рейдерский захват, или, впрочем, какая разница, какой способ изберут аборигены, хрен редьки не слаще.
  
Глава 7
 
И потому въезжать на территорию недружественной общины, а я не мог ничего сказать по поводу нашей дружбы, категорически противопоказано. Оставить автомобиль у речки и прогуляться к зелёной воде, на которой проживает часть племени и куда после нападения могли подтянуться оставшиеся в живых. Ксюху на плечо, пару пистолетов, запасные магазины и поговорить, придерживая дистанцию. А поговорить есть о чём. Тяжело будет самому построить плот, на котором предстоит пропутешествовать больше тысячи километров. Нужны работники. При нужде и сам слеплю, ясное дело, но сколько времени придётся на это угробить, вот в чём вопрос. Да и как таскать тяжёлые брёвна самому? Целиком из бамбука твёрдоустойчивый плот, который выдержит несколько тонн, по-любому не получится сделать. А благодаря девочкам из батутси, я точно знал, что вождь общины за соль согласится выделить мне работников для строительства. Лишь бы по-доброму договориться, а не устраивать разборки в «малом Токио», если вождь сдуру решит, что я ему не противник.