А неприятности - в придачу! (СИ)

— Слушай… — Олби замер, внимательно следя за движениями рассерженного альфы. — Мне жаль что так получилось… ну, я виноват, но с каждым же может случится!
— Не с каждым! Если во всякую херню не лезть — то и не случится!
— Ага, как на мои деньги сытно жрать и сладко спать — так пожалуйста! А теперь я еще и виноват, что нас обеспечивал!
— Я же не знал, откуда эти деньги… — начал Иори возмущенно, но Олби его перебил:
  
— Да ты и не интересовался! — заорал омега, почти не сдерживаясь, несколько секунд змеелюды сверлили друг друга яростными взглядами, Иори отвел глаза первым:
— Тут ты прав. Это, конечно, косяк. Расслабился. Нельзя было, конечно, вот так доверять первому встречному, — произнес он горько, и Олби мгновенно сдулся, как воздушный шарик, его мощные плечи поникли, туловище опустилось вниз настолько, что голова оказалась ниже макушки альфы.
— Как ты так можешь? — горло у Олби сдавило, он с удивлением ощутил, что чуть не плачет. — Я — кладку для тебя… а ты говоришь — первый встречный…
Почему-то эти слова больно ранили омегу, хотя раньше он не замечал за собой особой чувствительности, в основном смотря на мир с долей скепсиса и цинизма. Олби ощущал себя ужасно виноватым, потому что встряли они с Иори ого-го как, подстава получилась. Альфа-то вообще ни при чем, но он партнер, а значит, для всех они в одной связке. И охотиться, чтобы деньги стрясти, будут за обоими, и к ответственности привлекать, если что-то всплывет — тоже. Несмотря на это понимание, была и злость на альфу, и страх, что бирюзовый змеелюд в нем разочаруется и постарается каким-нибудь макаром утечь.
Неожиданно Олби, закрывшего от переживаний глаза, мягко обняли за плечи, его окутало облако знакомого, успокаивающего, такого родного запаха.
— Извини. Конечно, я зря так сказал, — прошептал Иори и лизнул Олби висок, омега перевил кончики их хвостов, и некоторое время они просто сидели, успокаиваясь в объятиях друг друга.
Несколько минут в доме было тихо, только шуршание чешуи и легчайшие выдохи, издаваемые Олби, когда альфа касался языком его лица.
— А давай, ты больше таким заниматься не будешь? — прервал молчание Иори.
— Не буду. Обещаю, — Олби вздохнул, думая о том, что только полный идиот полезет в «вагонный» бизнес после такого… или Ри под «таким» имел в виду что-то иное? Более общее? В смысле — не лезть в сомнительные авантюры? Ну, если так-то подумать, то надо уже и впрямь прекращать. За себя-то Олби не волновался, но вот альфа… альфу надо бы поберечь…
***
Жилплощадь продали быстро: нора была удобная, в хорошем состоянии, район не из дешевых. Получив из рук покупателей наличность, в тот же день покинули город. Маршрут прорабатывали тщательно: рано или поздно змееныши подрастут, им будут нужны документы, следовательно, въезд и заселение должны быть легальными.
Семье Олби отослал еще одно смс, в котором сухо сообщал, что у него проблемы и он «уходит в тень». Такое уже случалось раньше, так что не растеряются.
Потом они заехали и отметились в паре городов, но вместо того, чтобы подобрать нору, приобрели обширный кусок леса по бросовой цене — отсутствие коммуникаций, а также большая площадь привели к тому, что покупателей практически не наблюдалось, им же для воспитания змеенышей — в самый раз.
Дни заполнили многочисленные хлопоты: нужно было подобрать место для дома, потом решить, что же они будут строить, затем разыскать фирму и определиться с проектом. Все это — в сжатые сроки. Ио нервничал, качал головой и все повторял, что пора бы яйцам уже родиться, а они шиш что успевают. Олби ничего такого не ощущал. Омега задумчиво поглаживал тело и раз за разом сообщал, что раз никаких предвестников родов не наблюдается, а их нет — так и нефиг нервничать. Он очень много ел, несколько погрузнел, но так как его фигура никогда не отличалась хрупкостью, это было не слишком заметно, постоянно раздраженное состояние сменилось на несколько сонное и задумчивое. Казалось, его ничто не волновало, он оставался совершенно спокоен в любой ситуации. Даже когда понял, что пока дом не готов, жить придется в двухместной палатке. Оная была приобретена и установлена около небольшого родничка. Все хлопоты по хозяйству взял на себя Иори, так как Олби оказался не слишком уклюж в этом вопросе. Омега тяготы походной жизни переносил стоически:
— Знаешь, это даже забавно. Как будто в походе. Ночью можно выползти и полюбоваться на звезды, а еще прикольно смотреть в пламя костра, когда со всех сторон — лес, — поделился он с Иори, тот только усмехнулся, сам-то альфа в детстве вдосталь нахлебался этой романтики, да и в юности тоже… по сути, только живя с Олби, он понял, что такое настоящий комфорт, и особого восторга не испытывал. Впрочем, сожалений тоже. Ну, получилось так, что ж теперь…
В один из дней, как раз когда рабочие приступили, наконец, к возведению конструкции, Олби побледнел и схватился за живот. Потом тихо сказал «ох» и согнулся пополам. Ри тоже побледнел, схватил омегу за руку и потащил в палатку. Логичнее было бы рожать на траве, но альфа не хотел, чтобы шныряющие везде рабочие удостоились такого интимного зрелища. Олби застонал сквозь зубы, свернул часть тела в кольца, чтобы уместиться, Ри торопливо постелил под него одноразовую пеленку и приготовился принимать яйца. Складка клоаки приоткрылась, из нее закапала розоватая слизь, живот омеги судорожно сокращался, его скрючивало, на лице появилась гримаса страдания:
— Блядь! Ай! Это больно! Бляяяя… я убью папу… он говорил — терпимо… о! О!!!
Олби треснул кулаком по подстилке, переживая особенно сильное сокращение, и из отверстия медленно вылез… змееныш. Он был в прозрачной пленочке, из которой, впрочем, достаточно быстро выполз. Иори оторопело смотрел на тонюсенького, еще пока безрукого, всего покрытого слизью, змеенка.
— Ты ж сказал, что яйцекладущий! — удивленно произнес альфа, Олби с не меньшим изумлением смотрел на новорожденного.
— Эм… папа всегда говорил, что мы — яйцекладущие! Врал? Но к чему ему врать? И остальные же — яйца откладывали! Я чего — приемный, что ли?
Впрочем, скоро стало не до рассуждений, потому что полез следующий змеенок. Всего их оказалось трое. Иори ото всей души возблагодарил дурацкие курсы, а особенно ту их часть, которая рассказывала, про «внезапные роды». Ведь он еще досадовал, что рассказывают про живорождение «яйцевикам»! Первым делом он обтер деток и определил их в сумку на молнии, похожую на переноску для животных. Альфа покупал ее для яиц в специальном магазине, она имела вставки из сеточки, чтобы внутрь поступал воздух и особое ребристое дно. Ненужное теперь дно легко вынулось. Змеята в сумку идти не хотели, но опыт победил пыл юности и мелкие люды обиженно зашипели, тыкаясь в сетку.
Обезопасив детей, которые уже сразу после рождения ловко ползали и могли потеряться в траве, если бы покинули палатку, Иори кинулся за водой и тряпочками. Обессиленно лежащий Олби был вытерт, потом Ри напоил омегу теплым супом из термоса. Раз в несколько дней Иори мотался в город и покупал продукты. Иногда заходил в столовые и приобретал готовую еду, поместив ее в термос, чтобы не остыла, просто чудо, что еще немного осталось.
  
Омега был совершенно вымотан, он в прострации разглядывал копошащихся в сумке змеек:
— Не понимаю… — пробормотал он.
— Да ладно. Вышло и вышло.
— Как «ладно»? — встрепенулся Олби. — У нас же ничего нет! Ни одежды, ни питания! Я не знаю, как за ними ухаживать!