Рута Нортвич, человек и некромант (СИ)

Избавившись от никчёмной девицы, Рута потребовал местных газет, бадью горячей воды, и чтобы принесла её служанка посмазливей да посговорчивей.
Через сутки, отчаявшись понять этот мир, где горячая вода текла из труб сама собой, а ванна и так была в каждом номере; где не читали газет, а смотрели новости с визиров, и где горничные грозились подать в суд за невинные шлепки по заднице, Рута спустился к молодчику в холле.
— Ведьму эту мне разыщи, — мрачно сунул он портье картонку. — Да поскорее.
— Хотите, чтобы я ей позвонил? — уточнил лощёный красавчик в белоснежной рубахе.
— А что, по ведьмам теперь в колокола звонят? — съязвил Рута. — Разыщи, говорю. Пусть явится, видеть её желаю. Цифры там какие-то. У городового, поди, на учёте, раз ей номер присвоили. Я у себя буду.
Молодчик пожал плечами, принял визитку и затарабанил пальцами по плитке из чёрного стекла.
— Слушаю, — вдруг отрывисто раздался в воздухе знакомый голос.
Рута застыл. И этот — колдун? Сам он бился над визиткой несколько часов, но так и не понял, как вызвать эту девку с помощью магии и что за цифры были начертаны на картонке.
— Добрый день, вас беспокоит отель «Грандис». Имею ли честь говорить с госпожой За…
— Эй! — рявкнул Рута, перебив молодчика и заозиравшись. — Зануда, явись! Ты откуда говоришь?
— Смартфоном, я так полагаю, вы ещё не обзавелись, — фыркнул невидимый голос. — Уже соскучились? Кстати, «Зануда» это даже потешно: мне нравятся шутки, построенные на семантике имён собственных — когда звучание схоже, но смысл имени меняется на совершенно противоположный. Довольно тонко, не ожидала от некроманта такого чувства юмора.
— Золотом плачу, — оборвал её Рута. — Явись немедленно, ведьма.
— Буду через пятнадцать минут, — деловито ответил голос. — Через двадцать. Трубу вам по дороге куплю. Это за отдельную плату, кстати.
И голос оборвался коротким пиканьем.
Так Зануда и стала его помощницей в этом ненормальном мире.
Уже прожив в нём несколько недель и немного поняв его обычаи, Рута признавал, что помощь её была неоценима. Зануда очень выгодно «толкнула» его арданы, сняв ему светлые хоромы в высоченном замке. Не задавая лишних вопросов, объясняла законы и традиции этой страны. Знакомила с местными артефактами, которые, по сути, оказались лишь хитромудрыми механизмами.
Рута привык, что полновесная монета и магия могут решить все проблемы. Магию тут отрицали. Монет не знали, а пользовались кусочками пластика. Зануда несколько раз пыталась объяснить ему местную денежную систему, но Рута лишь зверел, не понимая загадочных слов «дебетовая», «транзакция» и «эквайринг». А потом плюнул. В конце концов, слуга для того и нужен — пусть сама деньгами заведует, а господину не пристало считать презренный металл. Тем более что Зануда так подробно отчитывалась в ежедневных тратах, что Рута был уверен — сильно борзеть не станет. Все слуги подворовывают, так уж заведено, а господину положено до поры милостиво закрывать на это глаза.
Без документов в этом чистеньком и богатом городе не то, что жильё снять, даже связной артефакт нельзя было купить, и Рута ещё раз тайком порадовался, что Зануда взяла все вопросы по обустройству на себя. Благодарить её он, конечно, не стал — где это видано? Слуга должен быть счастлив только оттого, что сумел угодить своему повелителю. Зануда, правда, почтительностью не отличалась, и целовать носки его туфель или хотя бы перстень отказывалась наотрез, чем неимоверно раздражала.
Когда Зануда на второй день работы отказалась покупать ему лошадь и привела список причин на двух листах, включая выписки из законов и смету предстоящих расходов на необходимое транспортное средство, взбешённый такой строптивостью Рута вздумал её проучить, но…
— Электрошокер, — невозмутимо спрятала она боевой артефакт обратно в сумочку и терпеливо объяснила воющему Руте принцип его действия. — Босс, нам стоит ещё раз обсудить личные границы и мои должностные обязанности. И в плане вашего передвижения у меня есть предложение лучше. Бибика моя, но штрафы и бензин с вас.
 
В первый раз залезать в ревущее железное чудовище было страшно. Но потом Рута прикинул, что повозка с кучером куда престижнее, чем мозоли на заднице, и милостиво согласился, чтобы Зануда также стала его личным водителем.
Новый мир был богат на знания, буквально хранившиеся в облаках, а народ скуп на веру. Волшебства в нём не водилось, а потому способностей Руты вроде как официально не существовало. Здесь вообще всё подвергалось жёсткому скепсису, и объявить себя некромантом было равносильно признанию в психической несостоятельности.
Благо Зануда в нём не сомневалась. И то пришлось поначалу потревожить местное кладбище, чтобы та уверилась окончательно. Ум у неё был пытливый и от природы недоверчивый.
— А говорить покойники могут? — облокотившись на оградку и подперев щёку, наблюдала она за полуистлевшим трупом, сгорбленно сидевшим на собственной могиле.
— Говори, тлен, — повелительно сказал Рута.
— Ёвуз хўжайин мени уйга қўйиб юбормади, у менга пул тўламади, — заныл труп. — Ўзбекистонда оилам бор, фарзанд тарбиялашим керак…
— А по-русски? — встрепенулась Зануда.
— Насяльнике совсем плохой, домой не отпускать, денег не платить… — покорно перешёл на понятный язык труп.
— Вся концепция зомби-культуры насмарку, — восхитилась Зануда. — Послушный и говорящий. А мозги? Он хочет жрать мозги?
— Ты больная совсем? — ласково осведомился Рута. При всех своих знаниях Зануда была поразительно невежественна в вопросах магии. — Это ж мёртвое тело. Ни жрать, ни срать ему не надобно.
— Да погодите вы, босс, я физику явления понять пытаюсь. Что им движет? Почему он говорит? Что передаёт нервные импульсы, если мозг мёртв? Кровообращения нет, но мышцы сокращаются… И прежняя память, опять же…
«Вот дура», — думал про себя Рута. А вслух снисходительно объяснил:
— Магия.
Но дура дурой, а Зануда оказалась очень полезной слугой. Правда, саму себя она величала наёмным работником и даже заставила подписать какой-то там трудовой договор. Может, и правда повезло, что в тот день какое-то убоище её уволило.
— Босс, вам пора начать зарабатывать, — безапелляционно заявила она спустя два месяца. — А то вам платить мне скоро станет нечем.
И с тех пор превратилась из Зануды в Занозу. Рута был не против честного заработка, но в этих реалиях не особо представлял, чем может быть полезен новому миру. И Заноза опять пришлась весьма кстати.
  
Глава 3
 
— Алло, — спросонья пробурчал Рута в трубку.
— Рассвело, — безжалостно раздалось в ответ. — У вас встреча в морге в восемь тридцать, босс. Заеду через шесть минут.
— Изыди, смертная; ночь — вот моё время, — проворчал Рута, но Заноза уже сбросила звонок.
Голос у неё был противный, как и сама она. Тощая, остроносая, даже взглянуть не на что — не то, что пощупать. Ещё Заноза была до омерзения деятельная. Руту вполне устраивало нынешнее положение вещей, но Заноза таскала его по разным учреждениям, в результате чего он обзавёлся статусом беженца, временным удостоверением личности и видом на жительство.
— Рута Нортвич⁈.. — взревел он, впервые увидев свою верительную грамоту. — Это что за обрубок? Я тебе что, подлый простолюдин, чтобы такое короткое имя носить? Я повелитель смерти и властитель душ, благородный Амарутанис Нортвичен…
— Теперь вы разорившийся фермер из братской Сербии, босс, — твёрдо заявила она. — У вас балканский типаж, тут без вариантов было. И акцент подходящий. Кстати, а как вы вообще понимаете русский, раз попали сюда из другого мира?
«Вот дура», — вновь вздохнул Рута.
— Ах да, м-магия, — хмыкнула Заноза, опередив его.
Всю эту неделю Заноза пыталась пристроить его к лекарскому делу. Рута предпочёл бы старые добрые битвы, но помощница категорически отказалась связываться с местными военными структурами. «Там вас, босс, из-за ваших способностей на атомы разберут, — говорила она. — А медики — люди циничные, они ко всякому привычны».