О клинках и крыльях (ЛП)

Вскрикнув, я возвращаюсь в реальность, к Сокровищнице, где стою, зажав браслет в руке.
Что только что произошло? И что у этого старого куска металла общего с моей галереей?
Каин тоже каким-то образом связан с этой статуей. Инстинктивно я решаю, что шлем тоже его заинтересует, и это вызывает желание спрятать его. Не знаю, почему, но я уверена, что хочу изучить его и понять, что связывает его со статуей волка, и не смогу этого сделать, если Каин заберет шлем себе.
  
Я поворачиваюсь обратно к нему, пытаясь загородить собой ящик со шлемом.
— Смотри. Лунный камень, — говорю я.
Он не отвечает. Если что-то из произошедшего и вызвало у него подозрения, он это скрывает.
— Мы с сестрой собираем драгоценные камни, годами хотели найти лунный камень. Он такой красивый, — не знаю, помогает ли моя болтовня объяснить то, как я вскрикнула, но продолжаю: — Она будет в восторге.
— Если мы сможем войти в Сокровищницу, ты подаришь сестре все драгоценности всех миров, какие бы она не пожелала, — рычит он.
— Я же сказала, что подумаю, — говорю я, стараясь не выдать облегчения от того, что он повелся на мой восторг от браслета.
Шлем слишком большой, чтобы я могла достать его из коробки и унести с собой так, чтобы Каин не заметил, так что мне придется вернуться сюда снова, уже одной.
— Нам надо идти, — говорю я. — Пока они не заметили, что тебя нет в камере и не поймали нас здесь.
— После вас, принцесса, — он указывает рукой на коридор.
***
Пока мы молча выбираемся из катакомб, я внимательно запоминаю дорогу обратно. Когда мы оказываемся в доках, я надеюсь, что Каин пойдет своей дорогой, но нет, он идет вслед за мной в Великий Чертог Одина.
— Разве тебя не поймают, если войдешь? — тихо спрашиваю я.
— Я должен убедиться, что ты в безопасности в своей постели, — отвечает он.
В его голосе есть нотка недоверия, будто он знает, что я собираюсь улизнуть обратно к Сокровищнице.
— Думаешь, по дороге отсюда до спальни меня поджидает опасность?
Он не отвечает.
Мы доходим до середины зала, когда он вдруг резко и без предупреждения хватает меня за оба плеча. Я подавляю вскрик, а он быстрее, чем я вообще считаю возможным, переносит нас в темный проем между колоннами, и там падает на четвереньки, увлекая меня за собой. Моя кожа горит под его ладонями, хотя они и скрыты под толстыми перчатками. Я уже собираюсь спросить, какого долбаного хрена он творит, когда в зале слышатся голоса.
— Говорю вам, эрсир, он повсюду за ней следит, — это Нави.
— Каин — Страж Одина и ценный боец. Он не превзойден в глиме, — отвечает Эрик, и его слова кажутся отрепетированными и не вполне искренними.
— Он неуправляемый. Ударил новобранца без предупреждения и какого-либо повода.
Без повода? Оргид проник в мою голову, а из его жезла выползали тени!
— И он за это наказан. Ты беспокоишься за безопасность твоей соседки?
Повисает долгая пауза, и я понимаю, что перестала дышать, а кожу на лице покалывает от пылающего взгляда той самой «угрозы», которую они обсуждают.
Теплое дыхание Каина щекочет мою щеку, когда он медленно выдыхает. Все его тело излучает опасную, непредсказуемую свирепость, и в этот момент я переживаю совсем не за свою безопасность.
Скорее за свой рассудок.
Мне хочется верить, что я так взбудоражена, потому что проживаю что-то новое, но Каин — больше, чем «что-то новое». Он… опьяняет.
Мои мысли заполнены яркими образами, которые я не могу контролировать. Не хочу контролировать. Я представляю, как его грубый голос приказывает мне раздеться, как его горящий взгляд скользит по моей коже, как его огромное тело приближается ко мне, как его…
— Моя соседка и месяца не продержится, — усмехается Нави, возвращая меня в реальность. — И тогда этот фейри Двора Огня положит глаз на кого-то еще. Он для всех здесь опасен.
Мои щеки так и горят в темноте. Спасибо диким кошкам Фреи за то, что фейри Двора Огня не умеют читать мысли.
— Твои опасения приняты к сведению, — говорит Эрик и его голос кажется усталым.
Слышны шаги, и я уверена, что они разошлись в противоположных направлениях. Еще через секунду Каин выпрямляется. Моя кожа побаливает, когда он отпускает мои плечи.
— Твоя подружка — стерва, — тихо говорит Каин, осматривая снова пустой зал.
— Она мне не подружка, — бормочу я, потирая плечи.
Каин окидывает меня долгим взглядом
— Тебе надо начать бить людей, — говорит он, разворачивается и уходит через зал.
***
Когда я прихожу в спальню, Нави сидит на кровати, скрестив ноги, а на ее ночном столике горит свеча.
— Я думала, ты уже спишь, — лгу я, проходя внутрь.
Я не собираюсь показывать, что знаю, что она только что разговаривала с Эриком внизу. Но и сделать свой тон теплее тоже не могу.
— Почему этот фейри Двора Огня так тебя защищал? — говорит она, открывая глаза, но все еще держа ноги скрещенными, а руки расслабленными в позе для медитации. Я смотрю на нее, и она смотрит в ответ, не моргая.
— Почему я должна тебе что-то рассказывать? — спрашиваю я. — Я пыталась быть с тобой милой с самого момента знакомства, но ты не отвечала ничем кроме безразличия и злости.
— Я не хочу становиться друзьями с кем-то, кто скоро умрет, — отвечает она.
Я скалю зубы.
— Тебе не кажется, что мне обидно, когда ты говоришь, что я скоро умру? Что у меня нет никакой силы?
Ее взгляд скользит к жезлу у меня на бедре.
Я вздыхаю. Я не собираюсь с ней спорить. Она не стоит моего времени.
— Я не знаю, почему Каин меня защищает, — лгу я. — Но я не жалею, что он ударил Оргида. Он — скользкий кусок дерьма, и это была нечестная драка.
Она еще секунду выдерживает мой взгляд, а потом выпрямляет ноги.
— Драка с тобой вообще не может быть честной.
— Нахер это, — шепчу я и обратно распахиваю дверь.
В любом случае, я не хочу быть в спальне. Я хочу вернуться в сокровищницу и забрать шлем.
— Куда ты собралась?
— Не твое собачье дело, — выходя, я очень хочу хлопнуть дверью, но не хочу привлекать внимание к своему уходу. Думаю, что Каин может все еще быть неподалеку, выслеживая меня. Так что я осторожно закрываю ее и быстро спускаюсь в холл. Я не хочу идти прямым путем, а прохожу по верхнему этажу и добираюсь до катакомб длинным путем.
Я переживаю, что не смогу отыскать коридор, ведущий к Сокровищнице, но никаких проблем не возникает. Я остаюсь внимательной и настороже всю дорогу, но никого не вижу и не чувствую присутствия фейри Двора Огня.
Только оказавшись в кладовке, я бегу к нужному ящику, и меня переполняет предвкушение. Может, если я буду держать шлем в руках достаточно долго, вся статуя волка растает. И я наконец узнаю, какое воспоминание в ней хранится.
Но шлем пропал.
Я пинаю шкаф и скалю зубы от злости.
Я его не обманула, и он понял, что я что-то нашла и вернулся за ним.
— Сраный проклятый фейри Двора Огня, — ругаюсь я.
Я зла на себя так же сильно, как и на него. У меня не больше прав брать отсюда что-то, но мне не хватило смелости сразу заявить, что это мое.
Осев на пол возле полок, я пытаюсь собраться. Может, я переместилась к статуе волка не из-за шлема. Может, это было просто совпадение, и все случилось из-за того, что я долго была рядом с Каином. Я уверена, что он как-то связан со статуей.
Мой взгляд скользит по ящикам, я встаю и начинаю перебирать их содержимое точно так же, как мозг — мысли.
  
Каин опасен. Я чувствую это каждой клеточкой своего тела. Он знает, что во мне есть нечто большее, чем все думают, а это делает его еще опаснее для меня. И это еще усугубится, если он поймет, что доступ к секрету, который он хочет получить от моей семьи, стоит прямо перед ним.