О клинках и крыльях (ЛП)

В конце обнаруживается лестница, ведущая вниз, и поскольку помещения для рабов обычно находятся либо в самом верху, либо в самом низу здания, я спускаюсь по ней, пока не прихожу в еще один коридор. В нем тоже нет окон, зато есть несколько дверей. Каждая из них темная, без каких-либо признаков жизни или какой-то деятельности.
Почти сдавшись, я вдруг вижу свет. И слышу какие-то звуки. Я прохожу через зал, двигаясь к яркому свету и нахожу там открытую дверь. Она ведет в мастерскую, где работает человеческая девушка с каштановыми волосами. Она ударяет по чему-то так сильно, как ей позволяет хрупкое телосложение.
  
Не желая ее напугать, я аккуратно стучу в дверь, и девушка вскрикивает, подбрасывая в воздух то, что было у нее в руках и поворачивается ко мне. Ее взгляд затуманен, и проходит пару минут, прежде чем он проясняется.
Она хватается за сердце.
— Судьбы святые, я никого не ждала, — вскрикивает она, а потом понимает, что говорит с фейри и неловко кланяется мне. — Мне жаль, моя госпожа, — добавляет она.
Я качаю головой.
— Нет, нет, это мне жаль, я не хотела тебя напугать. Меня зовут Мадди. Я хотела спросить, не подскажешь ли ты мне, где найти чистую одежду.
Она разглядывает меня несколько мгновений, замечая мое платье и туфли. Потом смотрит на заостренные уши и жезл на бедре, словно ища подтверждение тому, что я действительно фейри.
— Чистую одежду? — неловко спрашивает она. — Но разве вы не одна из новобранцев?
— Все верно, но меня не предупредили, что придется отправиться сюда, так что у меня нет с собой никаких вещей, — киваю я.
Она снова опускает взгляд на мое платье.
— А это платье когда-то было довольно милым, — говорит она.
— Да. Так и было, — я оглядываю голубые, поблескивающие остатки своего наряда, а потом смотрю на одежду девушки. Под защитным кожаным фартуком она носит бежевую рубашку. У нее закатаны рукава, и на запястье я вижу отметину. Во мне закипает любопытство.
— Ты — Отмеченная Рунами, — выдыхаю я. Она кивает. Я разглядываю руну и наконец узнаю ее. — От фейри Двора Земли.
— Да, — отвечает она, все еще глядя на меня настороженно. Она молодая и симпатичная. У нее полные губы и большие карие глаза. Я вижу, что тоже вызываю у нее любопытство.
Я подхожу ближе.
— Мне всегда были интересны Отмеченные Рунами, — говорю я.
Она начинает говорить, но передумывает и поворачивается к тому, что до этого держала в руках. Теперь я могу разглядеть, что это зубило, а кусок дерева, с которым она работала, отлетел на другой конец комнаты. Она находит его взглядом и подходит, чтобы поднять.
— У фейри бы не было магии без Отмеченных Рунами.
И это правда. Фейри бы никогда не смогли использовать магию без жезлов, а наполнить магической силой сами жезлы могут только отмеченные рунами люди. Это защитный механизм, давно созданный богами, чтобы сбалансировать силы людей и фейри. Одни не будут могущественными без других. Возможно, в теории это должно было сработать, но на практике фейри просто поработили Отмеченных Рунами людей.
Она ничего не отвечает, только поднимает кусок дерева с пола и несет его обратно на верстак.
— А как вы наполняете жезлы магией? — спрашиваю я.
Она поворачивается и смотрит на меня.
— Простите, моя госпожа, не хотела бы проявить неуважение, но я слишком занята. Мне нужно закончить его до завтра.
— Пожалуйста, не называй меня своей госпожой, — говорю я. — Можно мне просто посидеть и посмотреть?
Ее брови взлетают вверх.
— Зачем?
Я пожимаю плечами.
— Моя соседка по комнате очень злая и любит тишину, а мне искренне интересно, что ты делаешь. Я не издам ни звука. Буду сидеть вон там, — я показываю на стол в другом конце комнаты, — и есть это, — я поднимаю сверток с едой. — Не знаю, что там завернул Эрик, но, если хочешь, поделюсь с тобой.
— Спасибо, я уже ела, — медленно говорит она. — Но, конечно, если хочешь посмотреть, пожалуйста, — она все еще выглядит смущенной, когда возвращается к работе, а я иду к стулу.
В свертке оказывают хлеб и сыр, и я с удовольствием жую их, пока девушка обтачивает дерево и придает ему форму. Часть меня хочет записать происходящее, сохранить этот момент, но кажется, это было бы нарушением доверия.
С ужасом я осознаю, что впервые за всю свою жизнь могу сама принять подобное решение. Обычно меня принуждали сохранять информацию, часто без согласия человека, который ею поделился.
Примерно через час девушка поворачивается ко мне, и я вижу, как туман покидает ее взгляд, так же, как когда я только вошла.
Я достаю последний кусок сыра.
— Хочешь?
Она видимо хотела сказать «нет», но остановилась. Я встаю и протягиваю ей кусочек, и когда она берет его, ее взгляд смягчается.
— Я люблю сыр. Его редко можно найти при Дворе Земли, — задумчиво говорит она.
— Правда? А что вы тогда едите?
— Фрукты, — говорит она, сморщив нос. — Долбанные кучи фруктов.
Я смеюсь.
— А у нас фрукты редкость, они плохо растут при Дворе Льда. Надо развивать торговлю.
— Если бы фейри меньше пытались поубивать друг друга, может… — она умолкает и выглядит напуганной.
— Все нормально, — говорю я. — Я знаю, что фейри бывают жадными и одержимыми властью.
Страх исчезает с ее лица.
— Особенно королевские семьи, — говорит она.
И не то, чтобы она не права.
— Аристократы Двора Земли — какие они?
— Не знаю. Я не работала во дворце и никогда их не встречала, но они пытаются помогать людям, так что не могут быть совсем уж плохими, — грусть захватывает ее лицо, и она опускает руку, в которой держит сыр.
— Помогать людям… — я вспоминаю, что при Дворе Земли людей поражает болезнь.
— Фейри от болезни не страдают, но среди людей болеют очень многие, — говорит она. — Моя семья считает благословением то, что я уехала сюда до того, как заразилась, но… — она вздыхает. — Прошло всего пять дней, а я уже по ним скучаю.
— Мне очень жаль. Надеюсь, твоя семья не заразилась.
Ее взгляд теплеет, и она качает головой.
— Нет. Пока что они здоровы.
— Я за них рада. Ты можешь как-то с ними общаться?
Она снова качает головой.
— Нет. Фезерблейд — удивительное место, но полностью закрытое для посторонних, — говорит она.
Я улыбаюсь так тепло, как только могу.
— Как только все здесь обретут своих валь-тивар, думаю, ты сможешь вернуться домой, раз никому не будут нужны жезлы?
— Нет. Валькирии хотят, чтобы Отмеченные Рунами изучили новые тексты и поняли, смогут ли помочь с валь-тивар.
— А с чем именно им нужна помощь?
— Надеюсь выяснить, пока я здесь, — острый ум виден во взгляде девушки.
— Наверное, делать то, чем ты занимаешься, невероятно интересно. Это похоже на транс?
— Вроде того, да. Моими руками управляет какая-то магия. Но я человек. Я не могу пользоваться магией сама и слишком ценна для фейри, чтобы жить своей жизнью. Я и не думала, что когда-то покину Двор Земли.
— Я понимаю, о чем ты, — шепчу я.
— Правда? Знаешь, ты совсем не похожа на остальных фейри, кого я встречала, — она доедает сыр, пока я смотрю на нее.
— Ага. И это платье не то, чтобы помогает мне вписываться в общество.
Прежде чем заговорить, она снова смотрит на меня долгим, оценивающим взглядом.
— Мне нужно доделать этот жезл до завтра. Но как только закончу, я помогу тебе разыскать одежду.
Я улыбаюсь ей.
— Огромное спасибо! Как тебя зовут?
— Сарра.
— А я…
— Мадди, — заканчивает она вместо меня. — Да, я помню.
Она возвращается к работе, а я наблюдаю так долго, как только могу. Но это монотонный процесс, а в мастерской тепло. В конце концов мои веки тяжелеют, и я позволяю им сомкнуться.
  
ГЛАВА 18
МАДДИ
— Мадди.
Звук моего имени будит меня, и я испуганно скажусь.