Ведьмочка для драконьего принца (СИ)

Мир нашелся — я как нельзя кстати вспомнил про Этеру.
Прямых доказательств причастности Родерика к вызову рабьеры для Арвагуса и его семьи у меня не было. Поэтому я обошелся тем, что пустил о произошедшей трагедии молву, которая быстро прошлась по широким массам и получила огласку. Действующего короля прозвали Подлым. Не долго ему править, ох не долго.
В мире Этера, через вязкую структуру перехода** которого отправил дочь Арвагуса, малышка за пару месяцев, пролетевших на ее родной планете, должна подрасти до восемнадцати лет. И тогда я приду за ней. Если в дочери истинного короля Брента дар джинна все же проснется, моя Ена получит ноги.
Сказано — сделано. Но что, если и эта ведьма не сможет помочь любимой?!
***
/Хлоя/
Видение эмоционально вымотало меня. Мне стало очень жаль ту маленькую кроху на кувшинке, в одночасье лишившуюся и мамы, и папы. А ведь той девочкой была я.
— Вы что-то хотите взамен за мое спасение? — сразу же улавливаю суть дела я.
— Возможно, мне в скором времени понадобиться ваша помощь, как джинна, — подмигивает Ник и растворяется в пространстве перехода.
Теперь я знаю, что я — джинн, но легче от этого не становится.
Внезапно, совсем рядом раздается какая-то возня. Отчего-то слышится девичий визг и брань.
— Девы, вы совсем обезумели? — на высоких нотах откуда-то из кустов вопит Фельтирнельда. — У меня нет ни одной магической печати, вон у Хлои лучше поищите!
“Стрелочница-уклонистка отыскалась на мою голову!” — не успеваю подумать я, как меня окружает толпа из желающих заполучить свой приз конкуренток.
 Глава 14. Спасительница. Кот больше не кот 
Задержалась, называется, на свою голову. Насладилась окрестностями королевского сада. Погуляла.
С другой стороны, не жалею, что побродила немного по рощице и побывала возле пруда. Здесь красиво. Однако я не думала, что здесь настолько небезопасно. Вот, спрашивается, куда смотрит стража?
И до часа Икс, то есть обеда, остается совсем немного.
Но нет, прогулка подошла к концу. Выискались... И что, спрашивается, с ними делать? Как лучше всего обезвредить?
Пока задумываюсь, одна из девиц, самая рыжая, поучает своих подружек:
— И будьте порасторопнее! Полчаса в запасе как-никак, и надо возвращаться! А найденные печати поделим поровну.
— Но Хлоя же ведьма! — опасается блондиночка. И правильно делает.
Еще какая ведьма. Джиннистая.
— Сомневаешься в нас, эльфийка? Тогда уходи, никто тебя не держит, — шипит рыжая.
Понимаю, что меня в основном окружают драконицы.
— А вот и уйду! — намеревается уйти блондинка.
— Рапильда, стой! Или ты с нами, или против нас! В таком случае отдай свою печать!
— Да подавитесь! — кричит Рапильда и закидывает в один из раскидистых кустов свой пропуск на следующий этап отбора. — Больше в этом беспределе я участвовать не намерена!
Девушка тотчас скрывается.
Я даже начинаю уважать эту эльфийку. Уже не семь, а шесть озлобленных лиц смотрит на меня.
— А вам не кажется, что нечестно добытые магические печати вам никак не зачтутся? — пробую по-хорошему договориться с ними я.
— Можешь не сомневаться в этом! — хмыкает брюнетка.
— Девы, пожалуй, я пойду, — встает и начинает отряхиваться Фертирнельда. Эльфийка подмигивает мне на прощание и продолжает: — И не надейся, без обид, но подмогу не вызову.
Насмешила. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять очевидное. Со мной намереваются расправиться и умолчать об этом.
Я тоже молчу, когда вижу как откуда-то из складок платья у Ферти вываливается магическая печать. Та самая, за которой охотились окружившие меня “милые девушки”. И теперь она утеряна Фертирнельдой.
Девушки увлечены моей скромной персоной, поэтому не замечают сию утерянную деталь.
— Точно, подмога! — вмиг приходит в себя одна из окруживших меня соперниц. — С Рапильды еще станется вызвать её! Так, на вас Хлоя, а я мигом разберусь с эльфийкой. И вот еще что, раз я беру на себя Рапу, то ее печать — моя.
— Хорошо, Нельда. Как скажешь.
 
Криминальчиком попахивает.
"Хочу, чтобы Нельда не сделала ничего дурного Рапильде", — загадываю я, прослеживая взглядом за исчезающей в кустах Нельдой.
Девушки ошарашенно смотрят на вспыхнувшие надо мной золотистые всполохи.
— Ты что это, колдуешь против нас? — вопрошает рыжая.
— Не очень-то у нее получается, Барельда! — самодовольно ухмыляется ее подруга.
Круг сужается, соперницы приближаются ко мне с более, чем очевидными намерениями. Конкурентки прямо здесь и сейчас провоцируют меня применить магию. Вижу, что конфликта не избежать никак…
Может быть, всех этих девушек тоже следует превратить в ящериц, как Маргиту? Ну нет, нужно что-то по оригинальнее.
Замечаю, что платья этих “истинных леди” изорваны и изрядно испачканы. Значит ли это, что я не первая, и не последняя на пути объединившихся соперниц против одиночек отбора? Да они же, в прямом смысле слова, дрались за внимание принца.
Ради приличия, начинаю пятиться, пока не наталкиваюсь спиной на ствол.
— Значит, не договоримся, — понимаю я, вздыхая, глядя на перекошенные от злости лица девушек.
— Я не намерена уходить из отбора несолоно хлебавши! А тебе, итак, уже подфартило с золотом и самоцветами. Пора и честь знать! — говорит рыженькая Барельда, и хватает меня за руку.
— А ну-ка, немедленно прекратите весь этот балаган! — раздается знакомый мужской голос.
Несказанно радуюсь его появлению. Чувствую как меня охватывает порывом, как в груди поднимается теплая волна радости.
Он очнулся. Прямо как бальзам на душу!
Снова ставшая золотой шерсть кота вздыблена, в его голубых глазах плещется настоящая ярость: отчаянная, безудержная, неукротимая.
К сожалению, жест непростого животного девушки недооценили. Принялись хохотать.
Вот сами леди, а смеются как кони.
И тут я вспоминаю, что речь Рафа отчего-то слышу только я. То есть, девушки услышали лишь его внятное мяуканье. Отсюда и их смех.
— И что ты нам сделаешь, мурчащая шерсть? — прекратив смеяться, пренебрежительным тоном улюлюкает одна из враждебно настроенных конкуренток — рыжая Барельда. Девушка присаживается рядом с котом и демонстрирует ему свои всего за мгновение отросшие когти.
Настоящая неадукватная драконица: любящая перед более слабыми показывать свою силу. Высокомерная. Чисто физически, куда мне с ней тягаться? Вот, с магической точки зрения, всегда пожалуйста. Наконец, понимаю, какое желание следует загадать, чтобы помочь принцу.
Как же не вовремя он вмешался. Неподготовленным. В образе кота.
Барельда уже замахнулась для удара…
Однако что-либо предпринять я не успеваю.
Рафик, то есть Рафаэль поднимается на задних лапах и дышит огнем на Барельду. Опаляет ее багровым пламенем. Жахает настолько искусно, что девушка вмиг лишается своей роскошной шевелюры, ресниц и бровей.
Ее кожа остается в первозданном виде. Значит, принц не переходит границ. Он просто припугнул девушку. Пусть и не сразу, но волосы ее отрастут. Когда-нибудь.
Я бы обязательно посмеялась, если бы не стало за эту недальновидную девушку настолько грустно.
Голова объединившихся конкуренток в буквальном смысле слова обезврежена. Сидит растерянная, светит лысиной.
— Но как это возможно? Коты не дышат королевским огнем драконов? — непонимающе вопит, хватаясь за свою плешивую макушку Барельда.
Подружки ей не помогают. Вместо этого все четверо спасаются бегством. Через некоторое время к ним присоединяется и лысая.
— Ваше высочество, вы очнулись, — улыбаюсь я и склоняюсь в учтивом реверансе.
— Хлоя, запомни: для тебя я всегда — Раф, Рафик… и, возможно позже, назовешь меня по полному имени. Пока не стоит, — напоминает кот. — И, на всякий случай напоминаю, мы на “ты”. У нас мало времени. Скажи, сколько печатей тебе удалось собрать?
Вместо ответа я прохожу на поляну с примятой травой после валяния на ней Фертинельды, и наклоняюсь за еще одной магической печатью — тринадцатой.