Ведьмочка для драконьего принца (СИ)

Да и очень странно, бывал я же на Бренте пару-тройку сотен лет назад, там в это время на троне сидел джинн и делал всех своих подданных счастливыми. Какая опасность? Может быть, шерстяной друг перегрелся на солнышке?
Планета Брент находилась далеко, поэтому переход выдался трудным. И я бы даже сказал, что оправдал себя. Но…
Увы, я не успел.
Местность, которая предстала передо мной прямо сейчас и то, что я видел в минувшие века, разительно различались: некогда светлая и яркая, отчего-то она была хмурой и тусклой. Будто бы враз кто-то забрал из окружающей среды все сочные краски.
На золотом троне, вместо обычного деревянного, как принято здесь,  восседал не джинн, а его младший сын, Родерик. Оказалось, что король Одрин умер пару месяцев назад. По всем правилам этой планеты коронация прошла спустя отмеренных шестьдесят дней, то есть вчера.
— Родерик, а где же твой старший брат, Арвагус? — эффектно появился я перед восседающим на троне юнцом.
На сколько знаю, джинном может становиться только старший наследник в семье. Остальные наследуют магию матерей. А вдовствующей королевой (мачехой Арвагуса) была ведьма со способностью понимания речи зверей.
По увядающей природе было понятно, что больше никто не поддерживал ее на том же уровне, что и раньше. Жизнь на Брент вдохнули именно обосновавшиеся здесь в стародавние времена джинны. По всему, что я наблюдал теперь, могу точно сказать, что больше не осталось таких ведьм и колдунов. Пройдет еще какое-то время, и этот мир вновь превратится в планету-пустыню.
После того, как мы с Марсом стали видимыми, новый король вздрогнул, корона с его головы упала и укатилась.
Хм, дурной знак. И это в первый день правления?
В мгновение ока на только что растерянное лицо короля-колдуна нашла скорбь.
— Ах, Странник, добро пожаловать в мое королевство. К сожалению, моего брата не стало вчера. Великое горе для всего моего королевства. Его утащила тварь из нижнего мира.
— Вчера? — вздыбил свою шерсть Марс и зашипел: — Аккурат в день его коронации?
— Разновидность монстра? — проигнорировав не характерный выпад от обычно флегматичного друга, уточнил я.
— Рабьера красноликая.*
Что? Мне резко похолодело. Дело в том, что рабьера питается желаниями. А если её натравить на генератор исполнения желаний, то есть джинна, то…
От такого колдуна не останется даже костей, а рабьера видоизменится. Станет чем-то намного хуже, сможет свободно перемещаться по всем мирам Тан-Дана и тлетворно влиять на моих подопечных.
— Где произошла трагедия? — зарычал мой кот и начал увеличиваться в размерах.
От грозного вида Марса у короля затряслись поджилки, а его лицо сплошь пошло белыми и красными пятнами.
Родерик потерял сознание.
***
Рабьера красноликая.* — иглобрюхий монстр из нижних миров. Питается светлыми искренними желаниями.
***
— А-а-а-а, обделался? Значит есть что скрывать! — загорланил кот и повел носом по воздуху, а потом выдал вердикт: — Подозреваю, что монстр утащил Арвагуса прямо из этого зала. Странно, но именно его запах здесь не ощущается. Тщательно затерли свои следы, ироды, не подкопаешься. Зато еле улавливается тонкий аромат нового джинна, родной крови этого щуплого королька и его исчезнувшего брата, — кот принюхался и продолжил: — И женщины. Как будто она стояла здесь, а потом ее след теряется, — Марс снова уменьшился до нормальных кошачьих размеров, открыл ведьмин круг и скомандовал: — За мной!
Мы очутились на вотчине Ехидны: небольшом островке посреди болотистой местности. Глядя на гиблые и непролазные топи, моя вера в то, что найду искомое с каждой секундой гасла.
Но неожиданно мой взгляд наткнулся на огромную кувшинку, в цветке которой мирно спал, на первый взгляд, человеческий детеныш. Девочка.
Как знал, что надо надевать высокие сапоги. Осторожно приблизившись к крохе, я взял ее на руки и вынес на сухую местность.
Вовремя.
Зеленоватая жижа забурлила, появилась огромная красная голова рабьеры и проглотила растение, на котором недавно мирным сном спала девочка с некрасивой отметиной на лице от ядовитой иглы утащившей ее твари. В том, что передо мной была новорожденная дочь Арвагуса, сомнений не оставалось. Похоже, что она единственная, кто выжил.
 
В свете плохих новостей просматривалась и одна хорошая: монстр еще не успел видоизмениться.
— Похоже, что родители новорожденной погибли, — прошептал кот и вырос в размерах. — Пора разобраться с этим дрянным земноводным.
Пока Марс охотился, я растерянно стоял и смотрел на девочку-джинна, и не знал, что с ней делать дальше. Перейдя на магическое зрение, я, как мог, очистил ее каналы от яда твари. Уверенность в том, что из нее вырастет ведьма-джинн таяла. Слишком много яда попало в крохотное тельце. Вот если бы она росла, как говорится, не по дням, а по часам, тогда бы появился хоть какой-то шанс.
И я задумался что можно сделать в такой ситуации.
Кот довольно быстро расправился с гнездом красноликих рабьер, избавляя все миры от их напасти. При других обстоятельствах, найти место обитания этих тварей было бы не так просто.
Больше некому будет красть искренние добрые желания жителей Тан-Данарии, лишая их надежды, а также истязать джиннов, точнее одну маленькую девочку, на щеке которой красовалась метка монстра. Убрать ее прямо сейчас, к сожалению, не получится, а для рабьер этот знак — своего рода маятник. Если бы эти земноводные выжили, то смогли бы отыскать девочку где угодно.
Аккуратно придерживая по-прежнему спящую малышку, я снял с себя плащ и как мог, спеленал ребенка, чтобы не мерзла.
И снова вовремя.
Уставший Марс выполз на поляну, и как следует отряхнулся, обрызгав все вокруг, в том числе и меня, болотной водицей. Хорошо, что я успел укутать девочку в свой плащ из зачарованного непромокаемого материала.
— Эй, Ник, вообще-то это один из моих миров! — раздался мелодичный голос и на поляне появилась  Ена.
— Привет, конкурентка, — обрадовался я, и со свертком на руках приблизился к ней. — Можешь меня наказать за то, что нарушил границы.
Великий Тан-Дан, да мы смотримся со стороны настоящей семьей. Я, моя Ена, ребенок и, конечно же, кот.
— Пожалуйста, милуйтесь без меня, — отвернулся Марс и принялся вылизывать  испачканную шкуру своим шершавым розовым языком.
Любимая улыбнулась, на ее щеках заалел румянец. Ена скромно потупила взгляд. Ее длинные ресницы затрепетали, а губы сложились в смущенную улыбку.
Моя. Так хочется ее прижать к себе и не отпускать. Я с наслаждением вдохнул аромат ее волос и почти коснулся губами ее губ, но именно в этот момент новорожденная в моих руках дала о себе знать своим тонким пронзительным криком.
Отлично. Значит, мое лечение все же помогло ей проснуться.
И так большие глаза Ены стали еще более выразительными, румянец на щеках сменился бледностью.
— Ты, ты... Обзавелся ребенком?
— Ена, это не то, о чем ты подумала, — теперь наступила и моя очередь удивляться. Даже оправдываться начал. Дожил. — Постой.
— Я вижу, что на топях вы уже отлично справились и без меня, — хмыкнула красавица, и воспользовавшись моей заминкой, попросту исчезла.
Провела, артистка.
Как обычно, дезертировала, сбежала. Улизнула, вильнув на прощание своим змеиным хвостом. А я опять позволил себя провести.
 Ну ничего, посмотрим, как отреагирует моя красота когда я все же найду способ раздобыть ей длинные стройные ножки.
Кроха снова дала о себе знать.
— Голодная она, — констатировал кот. Его шерсть снова была белоснежной и блестящей.
— Надо бы ее отвести к родне, — добавил Марс.
— Чтобы от нее сразу же избавились? — возмутился я, вспоминая обморочного Родерика.
— К родне со стороны матери, — посмотрел на меня как на ополоумевшего Марс и снова принюхался. — У нее на Бренте осталась бабушка.
Отлично. Кому позаботиться о новорожденной нашли. Осталось только из всех миров Тан-Данарии определить куда стоит поселить девочку, чтобы родной дядя до нее не дотянулся. И чтобы монстры, если, не дай Творец, кто-то из них выжил, не напали на ее след по метке.