Кофе, кот, мужчины и я (СИ)

— Ну это правильно, — одобрил Сергей… Валентинович. — Сейчас осмотрим.
Рукой в перчатке он прощупал ту самую сакральную область и кивнул:
— Да, это парень. Хозяйство уже на подходе, скоро опустится.
— Интересно, а я слышала, что трехцветными только кошки бывают.
— Коты тоже, но редко. Вообще пигментация на женскую хромосому подцеплена, так что действительно трехцветки в основном кошки. А коты — если у них лишняя женская хромосома. Но они обычно бесплодны, и со здоровьем проблемы всякие.
  
— И у него тоже будут? — испугалась я.
— Нет. Ну то есть могут быть, конечно, как и у любых других, но не такие. Он не трехцветка, а химера. Два кота в одном.
— Это как?
— Два эмбриона соединились в один плод. С двойным набором хромосом. Вот эта вот мордочка пополам — четкий признак. И глаза разные. Кстати, химеры как раз почему-то больше коты. Но размножаются нормально. Хотя домашних мы все-таки рекомендуем стерилизовать. Когда будет что отрезать, конечно. А пока давайте глянем.
Врач измерил ему температуру под хвостом, осмотрел живот, раздвигая шерсть, прощупал суставы, заглянул в уши и в пасть.
— Ну что? Клещик ушной в наличии — это я сейчас обработаю, а дома будете капельки капать, у нас в аптеке купите. А так все в порядке. От глистов средство дайте и через две недели после этого приходите на прививку. Это обязательно.
— А корм? — спохватилась я, уже посадив Пикса в корзину после всех процедур.
— Возьмите несколько маленьких упаковок для котят, посмотрите, что ему больше понравится. Сухой и влажный в одно кормление не смешивайте. Можно утром сушку, вечером мягкий. Ну все, до встречи. Всего доброго!
— И вам всего доброго! — ответила я, глупо улыбаясь, и пошла закупать кошачье добро.
  
Глава 4
 
У меня никогда раньше не было кота. И хотя я, разумеется, представляла, что это такое, но лишь в теории.
Еще в такси подозрительный запах из кошачьей корзины подсказал, что там приключилось какое-то мокрое дело. А может, не только мокрое, но и грязное. Так и оказалось. И сам кот тоже оказался мокрым и грязным, хоть снова мой.
Сильно намывать не стала, сполоснула слегка, обтерла и занялась установкой в туалете лотка. Следуя интернет-советам, бросила туда мокрую тряпку из корзины. Пикс наблюдал с интересом. Подошел, забрался, порылся, понюхал тряпку — и сделал свои делишки. Обхвалив до неба и обратно, я повела его на кухню дегустировать куриный паштет.
В той же статье было написано, что обольщаться при успехе не следует, потому что приучаться к лотку котик будет не одну неделю. А еще советовали понаблюдать, в каком месте ему понравится, и там устроить лежанку. Но это уж они загнули, потому что Пиксу явно понравилось на диване рядом со мной. Запрыгнуть туда он еще не мог, но издавал какой-то настырный то ли писк, то ли стон, пока я не помогла.
Мы устроились уютно, однако гармонию нарушил телефон, известивший, что пришло сообщение.
«Соня, ты не права», — писал Кирилл.
Начинается!
За всей этой котовасией я как-то подзабыла о нашей ссоре. То есть она ушла куда-то на задний план. Но Кир не мог не сообщить о том, что я глубоко заблуждаюсь. Мы ссорились редко, но если это случалось, шло четко по одному сценарию. Он уходил, бахнув дверью, а потом писал сообщение, суть которого сводилась к моей вопиющей неправости. Проще было махнуть рукой и согласиться, чем что-то доказывать. 
Но сейчас соглашаться не хотелось.
«Я не буду продавать квартиру».
Написав это, я чуть помедлила — и отправила.
«Да? — тут же прилетело в ответ. — Будешь в ней жить? Или все-таки сдашь?»
«Нет. Жить не буду. И не сдам».
«И?»
Кто знает, решилась бы я, не будь этих настырных вопросов. А сейчас ответила — как в ледяную воду прыгнула с обрыва.
«Кафе открою. То есть антикафе».
Кир молчал долго. Наконец ответил:
«Сонь, ты с ума сошла?»
«Возможно», — написала я и закрыла воцап. И вообще отложила телефон.
Это надо было переварить.
На самом-то деле мне всегда хотелось. Ну как хотелось? Все это проходило по разряду “вот было бы у меня много денег…”
Я любила тишину, тепло. Уют… Вот как сейчас, когда сидела на диване, поджав ноги, с Пиксом под боком. За окном нудный осенний дождь, а в комнате так хорошо и спокойно. Мягкий флисовый костюм, теплые монгольские носки, пушистый плед. Мурчанье кота. Я и не думала, что котята умеют так громко мурчать. Не хватало только чашечки кофе, обязательно свежайшего помола. Сваренного в турке. Вот приедет Игорь Ильич за ключами, тогда и сварю. Его угощу и сама выпью.
Из бабушкиной квартиры можно сделать такое уютное местечко, куда люди будут приходить не есть-пить, а приятно провести время. Поговорить, почитать, поиграть в настолки. Просто посидеть, глядя на огонь в камине. А может, и кофе выпить. Кофе — это не еда-питье, это ритуал.
Я хоть и была дизайнером, но не по интерьерам. Делала на фрилансе всякую графику на заказ, от календарей и открыток до рекламных постеров. И все же примерно представляла, чего хотела бы, и могла нарисовать эскиз. А настоящий проект сделала бы моя подруга Лида, которая профессионально занималась интерьерами.
А может, я и правда сошла с ума?
Но, в конце концов, что я теряю?
Каких-то полтора месяца назад я ничего не знала ни об отце, ни о бабушке. И вдруг все круто изменилось. Во-первых, у меня появилась… наверно, все-таки не семья, но родные люди, пусть даже их уже и не было на свете. Во-вторых, я получила возможность осуществить свою мечту. Помещение и деньги, которые можно было потратить на то, чтобы привести его в порядок и сделать таким, каким хотелось бы. Пусть даже это предприятие не принесет мне особого дохода — что я теряю? Ничего. Если пойму, что не вышло, просто сдам в аренду.
Не попробуешь — не узнаешь. Зато не будет сожалений, что не рискнула.
Надо только выяснить, как перевести помещение из жилого фонда в нежилой. Вот как раз Игоря Ильича и спрошу. Если сам не поможет, подскажет, к кому обратиться.
— Ну что, Пикс? — я погладила кота по пятнистой спине. — Попробуем? Ты же счастливый, должен мне помочь.
Он мурлыкнул и потерся головой о мою руку.
В этот момент позвонили в домофон. Когда Игорь Ильич поднялся, я отдала ему ключи от бабушкиной квартиры и предложила выпить кофе.
— С удовольствием, — согласился он.
Тут в прихожую вышел Пикс и начал самозабвенно шерстить его брюки.
— Ух ты какой! — Игорь Ильич наклонился и погладил его.
Он и до этого был мне симпатичен, а его мгновенный возникший контакт с Пиксом эту симпатию только увеличил. Игорю Ильичу было уже за семьдесят, но выглядел он моложе. Эдакий английский джентльмен: твидовый пиджак, галстук, щеточка седых усов, аккуратно подстриженные белоснежные волосы.
Я сварила в турке свой фирменный кофе с пряностями и апельсиновой цедрой, достала коробку конфет.
— Великолепный кофе! — похвалил Игорь Ильич.
Едва не замурлыкав от удовольствия, как Пикс, я кратко рассказала о своей задумке и спросила, что он думает об этом.
— Перевод в нежилое помещение — сложно, долго, затратно. Но обычно окупается. Если сдать в аренду под магазин, общепит или офис. Если использовать самостоятельно… Трудно сказать. Антикафе? Необычно. Но любопытно. У вас есть время все обдумать, Сонечка. Если решите твердо, я вам помогу. Машенька была бы рада.
Интересно, подумала я, были ли они просто друзьями? Или что-то большее? И ведь не спросишь же.
  
Глава 5
 
Игорь Ильич сказал все верно: процесс перевода квартиры в нежилой фонд был делом непростым. Для этого требовалось согласие не только соседей, но и «собрания собственников» — то есть практически всех жильцов дома. Но соваться к ним с бумажкой на подпись не имело смысла, пока я сама не стала собственницей. А это должно было случиться через полгода. Однако за это время я могла попытаться познакомиться с ними и произвести хорошее впечатление.