Тени прошлого (СИ)

— Да, вообще не понимаю, как профессор Дамблдор мог взять его на работу, — шёпотом дополнила Мэнди, сделав небольшой глоток тыквенного сока. — Хоть я и не верю, что… Тот-Кого-Нельзя-Называть вернулся, но Снейп же помогал ему… жуть. И я согласна со Стеф, он неприятный тип. Для него существуют только ученики его факультета, остальных он даже за людей не считает. И его взгляд… у меня мурашки идут по коже, когда он смотрит на меня. Мне кажется, он этим взглядом меня убивает…
— Ага, я тоже его боюсь, — поддакнула Падма, поджав губы.
От такой характеристики я звонко рассмеялась, поскольку про меня в качестве преподавателя когда-то давным-давно говорили примерно то же самое, порой даже используя нецензурные выражения. Так что профессор Снейп сразу показался мне крайне глубокой личностью и в какой-то мере родственной душой, но девочки абсолютно не понимали причин моего смеха и вопросительно посмотрели на меня.
— Простите, ничего такого, — стараясь успокоиться, сказала я спустя минуту. — Просто мне… он таким не показался. Сейчас не кажется. В конце концов, он всего лишь живой человек, хоть и немного строгий, так что вам абсолютно нечего бояться.
— Знаешь, Тина, странно слышать такие слова от тебя, он же поставил тебе «тролль» на прошлой неделе… — сказала Мэнди, отрезав ножом небольшой кусочек курицы. — Я думала, что ты после этого будешь его как минимум ненавидеть.
— Да ну, брось, я же не справилась с тем зельем, так что всё заслуженно, — отмахнулась я, съев немного овощного рагу. — Да и знаешь, оценки — это такая мелочь, мне Зелья вообще не нравятся, так что я даже заморачиваться с этим не буду. Хотя теперь у меня вроде как есть помощник, может, моя успеваемость и немного улучшится…
— Это вряд ли! — рассмеялась Лайза, а остальные широко улыбнулись. — Тина, Невилл — это далеко не тот человек, который поможет тебе улучшить успеваемость, поверь мне. И он сам, по-моему, боится профессора Снейпа больше кого бы то ни было.
— Ага, помните, как боггарт Невилла принял его облик на третьем курсе? — со смехом спросила Стефани, и я заинтересованно посмотрела на неё. — Ой, Тина, это такая интересная история, давай я тебе её вечером расскажу, ладно?
— Конечно, — миролюбиво улыбнулась я, искренне желая узнать немного о своём новом приятеле.
Но в этот момент девочки заметили, что какой-то шестикурсник с Гриффиндора смотрит на них и улыбается, так что они замолчали и кокетливо посмотрели в ответ, а потом снова рассмеялись и начали обсуждать мальчиков. Я время от времени иногда вставляла свои пять копеек в беседу, но больше из вежливости, потому как мои мысли в этот момент были заняты обдумыванием полученной информации. И чтобы ещё раз убедиться, что профессор Снейп — не такой уж и жуткий тип, каким он показался мне в самом начале сентября, я снова мельком посмотрела на него и сразу встретилась с невероятно колючим взглядом чёрных глаз, больше похожих на мрачную ночь в середине холодной зимы.
Стараясь не выдавать особенно своей заинтересованности, я смущённо опустила взгляд в тарелку, а сама подумала: «Странно, а вчера ночью его взгляд был совсем другим… теплее, что ли, дружелюбнее… или мне просто показалось?»
***
Прошло несколько ничем не примечательных дней. Не примечательных потому, что как бы я ни старалась, но влипнуть в неприятности мне так и не удалось. Что не могло не радовать. Однако мою душу всё ещё терзали вопросы относительно соседства со мной профессора Снейпа на верхней площадке Астрономической башни во время моих ночных вылазок. Хотя он ясно дал понять, что путь туда мне заказан, я всё-таки решила рискнуть. «Удача любит смелых!» — таков был мой девиз, когда спустя два дня я пробиралась по ночным коридорам.
Но удача мне изменила. Не успела я и пяти минут просидеть на холодном камне пола Астрономической башни, как увидела поднимавшуюся по винтовой лестнице фигуру в чёрном.
«Это было ожидаемо, — вынесло вердикт подсознание. — Прав был Генри, только одному смелому и невероятно упрямому человеку удача действительно помогала, и я была явно не им».
 
Когда фигура наконец поднялась и вышла на площадку, я успела заметить, что мантия у неё была довольно сильно уплотнена. Профессор Снейп повернулся ко мне и вместо приветствия ехидно произнёс:
— Мисс Велль, мне казалось, я ясно дал понять, что не желаю видеть вас в этом помещении?
— И вам приятного вечера, сэр, — дружелюбно поприветствовала его я. — Смею заметить, что, если мне не изменяет память, вы сказали, что не желаете видеть меня в этом помещении в моём прежнем виде. Но сегодня у меня вид другой. Или он вам тоже не нравится?
Зельевар оценивающе взглянул на меня, сидевшую на холодном камне в тёплом голубом кашемировом свитере и плотных джинсах, а потом закатил глаза, и мне даже на секунду показалось, что уголки его рта поднялись на целых два миллиметра.
— Мисс Велль, что вы здесь делаете? — прямо спросил он, не желая тянуть кота за хвост, как делал это в прошлый раз.
— Дышу свежим воздухом, — улыбнувшись, миролюбиво ответила я. — Не по Запретному же лесу мне гулять, в самом деле?!
— А вам не приходило в голову, что для того, чтобы подышать свежим воздухом, можно просто открыть окно?
— Но здесь свежего воздуха гораздо больше, сэр, — с этим фактом было трудно поспорить, и в доказательство этого уголки рта Снейпа приподнялись ещё чуть-чуть. — Тем более что девочки не очень любят, когда в спальне сквозняк. Но вы же не удивлены моим нахождением здесь, не так ли?
— Почему вы так решили, мисс Велль?
— Потому что, судя по утеплённой мантии, вы сразу планировали направиться сюда. А единственная вещь, которая могла вас заставить прийти в это чудесное помещение, где полно свежего воздуха, — это застать меня за нарушением правил, сэр.
Надо отдать должное, лицо его сохраняло невозмутимость. Снейп не выказывал никаких признаков агрессии или раздражённости, так что я смело использовала свой сарказм по максимуму.
— А вы не подумали, что я, быть может, тоже захотел подышать свежим воздухом? И тем более меня весьма удивляет тот факт, что обладая настолько гибким умом и делая столь точные умозаключения, вы не смогли справиться с простейшим заданием на занятии, мисс Велль, — зельевар явно был в ударе, но я абсолютно точно не собиралась сдаваться.
— Знаете, со всем моим уважением к вашей персоне, но предмет, преподаваемый вами и, несомненно, вами любимый, вызывает у меня лишь недоумение и скуку. Так что нет ничего удивительного в том, что я не смогла справиться с тем зельем: я и не ставила перед собой такую задачу.
— Вот как! — это был довольно болезненный удар, но ответ не заставил себя долго ждать. — Но судя по отзывам других преподавателей, вы нигде не смогли блеснуть своими талантами, мисс Велль. Довольно досадное обстоятельство, не правда ли?
— Есть другие области, в которых мой талант развит в полной мере, профессор Снейп, — я постаралась вложить в свой ответ как можно больше надменности.
— Какие же? — полюбопытствовал он, прислонившись к ограждению и скрестив руки на груди.
— Я думаю, вам станет скучно жить на свете, если я вот так сразу буду открывать вам свои маленькие секреты, сэр.
— Вы можете не беспокоиться насчёт моих душевных переживаний, мисс Велль.
— О, разумеется! Но я всё-таки не хотела бы пока приоткрывать эту завесу тайны, — уклончиво произнесла я, а потом попыталась сменить тему: — Между прочим, было крайне некрасиво унижать бедного мальчика, который так старался добиться результата и даже почти добился его. Неужели у вас в душе нет ни капли сочувствия?
— Мистер Долгопупс никогда не отличался особым старанием во время моих занятий, мисс Велль.
— Но всё-таки это не повод так унижать его, профессор, — это был потолок моей наглости отчитывать зельевара за его поведение в тот злосчастный день, и я даже ожидала, что он может взбеситься, но вид его оставался невозмутимым.
— Мисс Велль, вы учитесь уже достаточно времени, чтобы узнать от окружающих о моём весьма скверном характере.