Измена. Давай останемся никем (СИ)

— Так и что ты сделала? Что дало тебе этот повод?
— Он всегда был против того, чтобы я работала, и я решила об этом поговорить. Сказать, что нашла работу и хочу пойти общаться с людьми, зарабатывать сама хочу. И, естественно, это его взбесило не на шутку. Он пришел злым и пьяным.
— Ты полезла злить пьяного мужика? — Я ее сам сейчас убить готов.
Она пожимает плечами.
— Он бы не причинил мне больше боли, чем уже сделал. Да и в свое оправдание скажу, что у меня в кармане лежал перцовый баллончик, если бы он перешел грань, черту, то я бы хорошенько приправила перцем его глаза. Просто я немного не рассчитала исход всего. Думала, он свалит из дома, а он решил меня поиметь. Типа я жена и он хочет получить то, что его по закону.
  
Я закипаю. Ярость растет с неимоверной силой, и я просто отворачиваюсь, чтобы не наорать на нее. Что за глупость? Просто дура какая-то.
— Я не думала, что он злой будет, а план был уже готов.
— Он злой был, потому как ему поток бабок перекрыли. Плюс мой отец отказался от работы над вашим разводом.
— Что? — ошарашенно переспрашивает и обходит меня, в глаза смотрит, словно не верит. — Правда? Но почему?
— Он у меня из тех людей, кто за правду и справедливость, но, увы, с подачи Екатерины мой отец, как и ее, знал лишь одну сторону, а я помог ему узнать вторую, ту которая на самом деле реальна. Так вот, мой отец поехал и поговорил с ее батей, вместе они решили не браться за это. Уверен, он и с дочерью своей поговорит и не позволит ей выйти за него замуж. Богатые люди, Лисёнок, свои деньги умножать любят, а с твоим Мироном это в трубу. Он тянуть будет из них. Как делал это с тебя.
— Ого, так это, получается, у него теперь нет поддержки?
— Да, он найдет кого-то другого, но тут все проигрышно, потому как теперь официально за твое дело могу взяться именно я. А еще есть у меня одна догадка, что теперь он, наоборот, не захочет тебя отпускать. Как минимум до того момента, пока не найдет себе новую дуру. Ту, которая сможет вливать в его бизнес.
Она задумчиво кивает.
— А Катя?
— А вот ей отец сказал, что если она с Мироном, то в добрый путь, но полностью без его поддержки, а Мирон как раз на это и рассчитывал. Ведь женись он на ней, Екатерина бы получила много денег. Бизнес и еще кучу недвижимости. Теперь же если она будет с ним, то под лозунгом «С милым рай и в шалаше». Мы сейчас еще заберем у него твои деньги с продажи жилья, они разделу не подлежат. И еще половину от его бизнеса, так как он набрал оборот в браке с тобой. И еще по мелочи кое-что отожмем у этого козла.
Она садится в кресло и смотрит на меня, а потом снова плакать начинает.
— Да что ж такое?
— Я поверить не могу, что у нас есть шанс наказать его.
Лиса снимает верхнюю одежду и шарфик с шеи, и тут я вижу это.
Подхожу и за локоть ее тяну, на ноги ставлю и голову ее поворачиваю в сторону.
— Ты добивалась от него какого-то подтверждения рукоприкладства? — рычу, кипя.
— Я подумала, что нужно еще хоть что-то тебе в помощь, еще разговор на диктофон записала, но он ничего такого не сказал. Испугалась, конечно, растерлась в какой-то момент, когда все пошло не так, как я думала. Но все получилось в итоге.
— Твою ж мать, Лиса… — Сгребаю ее и прижимаю к себе, запах ее волос втягиваю и глаза прикрываю от кайфа.
Стоим так какое-то время.
— Нам нужно поехать и снять побои, пока не поздно. Нужно это зафиксировать, Лиса, хорошо? — Она кивает. — Знакомого наберу, нас быстро примут. Час времени, и мы дома. Будешь пока у меня жить, и не думай орать, что не удобно или неправильно. Все. — Отхожу от нее. — Стой тут, я переодеваться и позвоню заодно.
Она улыбается и садится за стол, конфету берет и в рот закидывает, а я застываю. Так правильно она тут смотрится, словно всегда тут была.
Ухожу в спальню и набираю Орловского.
Хана тебе, Мирон. Теперь так точно я тебя в открытую в порошок сотру.
  
ГЛАВА 19
 
Алиса
Мы сидим в офисе Кирилла. Он перебирает бумаги и на меня не обращает внимания никакого, работает.
Я же пользуюсь моментом и рассматриваю его детально. Красивым стал, статным и таким важным.
Его секретарша со странным именем Стефания проходит в кабинет и ставит чашку кофе перед Кириллом, а потом подносит вторую мне.
— Что-то еще, Кирилл Аркадьевич? — спрашивает и смотрит на него как кот на сметанку.
Меня передергивает от отвращения и… ревности? Ну нет, с чего мне его ревновать вообще?
— Нет, Стеф, спасибо, пока все. Когда господин Берггольцев будет на месте, пропусти его в кабинет. Мы его тут уже больше десяти минут ждем.
Девушка кивает и мажет по мне презрительным взглядом, а потом, виляя задницей, покидает кабинет.
— Ого, да твоя секретарша меня ненавидит. — Отпиваю кофе и ставлю кружку на стол, на него смотрю, улыбаясь.
— Что? Не думаю, что это так, но твоя ревность мне приятна.
Кир смотрит на меня и, подмигнув, снова принимается изучать бумаги.
Он что, заигрывает или просто старается отвлечь меня от переживаний?
— Ты что со мной… — Договорить не успеваю.
— Кирилл Аркадьевич, Берггольцев приехал, — говорит Стефания и пропускает в кабинет моего пока еще мужа. Судя по виду, злого и недовольного мужа.
— Добрый день, Мирон, — достаточно любезно здоровается с ним Кирилл и указывает на кресло, — присаживайтесь, пожалуйста.
— Давайте без формальностей и быстрее. У меня нет времени на эту ерунду. Я здесь, чтобы решить вопрос с разводом. И скажу сразу, я не собираюсь делиться ни копейкой, — грубо чеканит Мирон и меня сверлит взглядом.
— Напоминаю, что я представляю интересы вашей жены. Мы будем обсуждать все в рамках закона.
Кирилл снова указывает на кресло, все же Мирон занимает место напротив, смотрит на меня с презрением.
— У нее нет прав ни на что. Все заработал я, а она только тратила деньги.
— Я тоже работала, заботилась о доме и о Лизе. Это тоже вклад, — стараюсь говорить спокойно, а у самой руки трясутся.
— Вклад? — насмешливо спрашивает. — Ты называешь сидение дома вкладом? Ты даже не представляешь, сколько я работал, чтобы у нас все было. И твоя благодарность такова? Чего тебе не хватало, что ты вдруг решила отжать у меня половину того, что принадлежит мне?
— Согласно закону, господин Берггольцев, все имущество, нажитое в браке, является совместно нажитым и подлежит разделу. Это касается и вашего случая.
— Мне плевать на ваши законы! — резко отвечает Мирон. — Она ничего не получит. Ни копейки, слышишь?
— Я не прошу больше, чем положено по закону. Я просто хочу справедливости.
Мирон на меня смотрит с издевкой.
— Справедливости? Ты шутишь? Справедливо будет, если ты уйдешь ни с чем.
— Ваши чувства, господин Берггольцев, мне понятны, но хочу напомнить, что суд учитывает вклад каждого супруга в общее благосостояние. Это не только финансовый вклад, но и ведение хозяйства, воспитание детей. Также вклад, который ваша супруга сделала в начале вашего пути, а именно: продажу своего жилья, которое получила в наследство от родителей. Он не подлежит разделу.
— Я буду бороться, — сквозь зубы отвечает муж. — Она ничего не получит. Я готов идти до конца.
— Это ваше право. Однако, стоит учитывать, что судебные разбирательства могут быть долгими и затратными для обеих сторон.
— Мирон, я готова к обсуждению условий, которые будут справедливы для нас обоих. Я не хочу конфликта и не претендую на большее, чем мне положено по закону.
— Конфликт? — отвечает грубо, а меня подкидывает от страха, я его таким не видела еще никогда. — Это ты его начала! Теперь готовься к худшему. Я не уступлю ни в чем.
  
— Если вы не намерены идти на компромисс, — спокойно говорит Кирилл, а Мирон на него смотрит с ненавистью, — мы вынуждены будем обратиться в суд. Суд будет рассматривать все аспекты вашего брака и вынесет решение согласно закону.