Роман с шерифом (ЛП)
Она выпрямляется и шаркающей походкой направляется к ближайшему дереву, ее темно-синие джинсы спущены до щиколоток. Я мгновенно понимаю, что она тянется к мохнатой лозе, покрывающей ствол.
В зимней стране чудес не так уж много потенциальных заменителей тканей. Но это неправильный выбор.
— Стоять!
Она мгновенно замирает, подняв руки вверх, как будто я поднял оружие. Затем ее плечи напрягаются, и я практически чувствую, как она пытается собраться с духом. Тем не менее, ее голос чуть-чуть дрожит, когда она говорит:
— Прекрати шпионить за мной, извращенец!
Затем, словно в замедленной съемке, она оглядывается через плечо.
Влечение пронзает меня насквозь. У нее глаза самого красивого оттенка зеленого, который я когда-либо видел. Они зеленые, как драгоценный камень, цвета идеального изумруда. Но в их расширенных зрачках смешались страх и гнев.
Я ненавижу себя за то, что напугал ее, пусть даже на секунду. Прочищая горло, я говорю:
— Что бы ты ни делала, больше не прикасайся к этой лозе. Это ядовитый плющ.
Она бормочет что-то о том, что зимой все выглядит по-другому, а я продолжаю стоять как идиот. Можно подумать, мне снова четырнадцать и я забыл, как разговаривать с девчонками.
— Салфетки. У меня есть салфетки.
Но она уже натягивает штаны и ее лицо приобретает глубокий красный оттенок. Она отвязывает свою собаку от ближайшего дерева короткими резкими движениями.
— Вы всегда тихонько бродите по лесу, как привидение, шериф?
Глава 2
БРОК
— Вы всегда тихонько бродите по лесу, как привидение, шериф? — спрашивает красивая рыжеволосая девушка передо мной.
Я узнал достаточно, чтобы понимать, что некоторые люди реагируют на страх смехом, а другие — гневом. Второй вариант заставляет их почувствовать себя сильными. Но я хочу успокоить ее.
— А вы всегда поете каверы семидесятых или это был особый случай?
— Это классика, — она вздергивает подбородок.
— Уверена, что вы совершили нарушение прав человека, — я указываю на тропинку между деревьями. Предполагается, что через пару дней у нас будет метель, и температура определенно отражает это.
Затем она смеется, и этот насыщенный низкий звук заставляет меня задуматься, как бы она звучала в моей постели.
— Никто никогда не обвинял меня в том, что у меня есть талант певицы.
— Откуда ты, милая? — я не знаю, почему у меня вырывается ласковое обращение. Я знаю только, что это почему-то кажется правильным.
— Чарльстон, — слово слетает с ее языка, мягкое и сладкое.
— Каролина? — спрашиваю я, думая, что акцент не подходит для Западной Вирджинии. В нем слишком много переливов. Она медленно произносит слова, как будто у нее есть все время в мире.
— Улыбающиеся лица, красивые места, — повторяет она, цитируя слоган, который я узнаю по наклейкам на автомобилях.
Я хочу спросить ее, что она делает в этом районе, но мы подходим к машинам. Поэтому вместо того, чтобы пытаться флиртовать с ней, я возвращаюсь в профессиональный режим:
— Могу я посмотреть ваши права?
Она сажает своего маленького чихуахуа в серую машину. Он уникально выглядит: трехцветный, с обрезанными ушами. У него только один глаз и голова, которая выглядит так, как будто постоянно наклонена. Она явно питает слабость к тому, кто не вписывается.
Когда она протягивает мне свои водительские права, наши кончики пальцев соприкасаются. Я чувствую, как по всему моему телу пробегает электрическая искра. Я никогда так не реагировал на женщину. Конечно, я встречался, но ни с кем не было ничего серьезного.
— Дай мне одну минуту.
Вернувшись в машину, я долго смотрю на ее права и запоминаю детали. Зои Харт. Черт, имя звучит слишком знакомо.
Когда я передаю его Пайпер, она втягивает воздух и издает взволнованный визг. Ей только что исполнилось двадцать два, и обычно она настоящий профессионал. Но сегодня что-то сильно ее взбудоражило.
— У нее рыжеватые вьющиеся волосы и зеленые глаза, не так ли?
— Соблазнительная и миниатюрная? — спрашиваю я, задаваясь вопросом, откуда Пайпер ее знает. Возможно, они были старыми школьными друзьями. К тому времени, когда она поступила в старшую школу, я был уже далеко от дома. Я был полон решимости не становиться полицейским из маленького городка, каким был мой отец. Но теперь его нет, и я здесь шериф. Забавно, что жизнь совершает полный круг.
— Ты должен спросить ее, не автор ли она любовных романов! Я почти уверена, что это именно она.
Автор любовных романов. Я бы никогда не догадался об этом по застенчивой, неловкой женщине, которую только что встретил. И все же меня раздражает, что моя сестра знает о рыжеволосой красавице больше, чем я.
— Просто проверь для меня список судимостей, — ворчу я на нее.
— Перестань командовать, — настаивает она. — Я здесь намного дольше, чем ты.
Потому что, в отличие от меня, разочарования в семье, Пайпер на самом деле делала то, чего от нее ожидали. Она оставалась рядом с нашими родителями и помогала им, как должен был делать я. Горе и вина гложут меня. Грызущая боль уже стала привычным ощущением. Прошло три года, но я до сих пор не простил себя за то, что меня не было рядом, когда я был нужен отцу.
Ожидая звонка от Пайпер, я открываю свой личный телефон. Мне требуется всего лишь быстрый поиск, чтобы подтвердить, что женщина, чью идеальную задницу я только что увидел, на самом деле автор любовных романов, живущая в Чарльстоне со своей маленькой собачкой. Нет упоминания о парне или муже, хотя этот факт заставляет меня улыбаться.
Когда я возвращаюсь к ее машине, она разговаривает с кем-то по телефону.
— Все в порядке? — она одними губами спрашивает меня.
Разочарование пронзает меня насквозь, что у меня не будет возможности поговорить с ней дольше.
Мне удается кивнуть. Мне не нужно спрашивать ее, где она остановилась. Биг Беар Лодж находится чуть дальше по дороге. Я найду повод заглянуть завтра. Эта мысль — единственное, что позволяет мне позволить ей уехать.
* * *
Зои
— Ты в аэропорту? — спрашиваю я, как только звонок соединяется с Валентиной, моей лучшей подругой. Я все еще в своей машине, жду, когда горячий шериф подойдёт ко мне. Жаль, что такой горячий парень, как он, не может заинтересоваться такой соблазнительной женщиной, как я. Но я все понимаю. Я пишу сказки. Я не живу в них.
Вуфер лает со своего места на заднем сиденье. Я откидываюсь назад и чешу его голову. Я тайком пронесу его в свой домик в Биг Беар Лодж. Я почти уверена, что они не хотят, чтобы там находились домашние животные. Но полагаю, пока мы оба ведем себя тихо, никто ничего не узнает.
— Мой самолет прилетел почти на два часа раньше, поэтому я его еще не видела, — говорит она. Валентина раньше жила через дорогу от меня в Чарльстоне. Моя бабушка была лучшей подругой Стеллы, женщины, которая приютила Валентину. Может быть, это была судьба или что-то в этом роде, но мы с ней тоже стали лучшими подругами. Мы были рядом друг с другом сначала, когда умерла моя бабушка, а затем и Стелла.
— Ты в лодже? — спрашивает она, прерывая мои мысли. Я знаю, что она пытается отвлечься от своих волнений. Она сидит в аэропорту Эшвилла, ожидая встречи со своим будущим мужем. Несколько месяцев назад она подписалась на то, чтобы стать невестой по почте. Она выходит замуж за человека, которого никогда даже не встречала и не видела в лицо.
Пытаясь успокоить ее нервы, я думаю, что могу рассказать ей о последнем эпизоде моего дерьмового шоу. Но сначала я бросаю взгляд в зеркало заднего вида, чтобы убедиться, что он не обращает на меня никакого внимания. Конечно, это не так. Он занят, уставившись в свой телефон.
— Почти. Но сначала я остановилась, чтобы опозориться в итоге перед местным шерифом. Я так унижена! Он сексуален, Вэл, по-настоящему сексуален.
— По шкале Джекмана? — спрашивает она.
Хью Джекман — наш общий идеал, и мы оцениваем привлекательность каждого мужчины в соответствии с его ролями в фильмах.