Полог предубеждения (СИ)

Полу тоже не хватало цвета и тепла, потому что и его ничего не застилало, делая помещение необжитым. В этом Фаю обвинить уже было бы трудно, потому что если стены украсить ещё довольно просто, то притащить в общежитие ковёр было бы уже странно. Я понимала, что это непрактично для обслуживания комнат, ведь в коврах собирается много пыли и сора.
— Пока ни на кого. Разделение на специализации проходит уже на более старших курсах. А пока — все студенты изучают общие дисциплины, которые будут полезны любому магу Ювельского королевства, — поправила меня Фая, от чего у меня в очередной раз зародилась куча вопросов.
Так и выходит, что чем больше я спрашиваю, тем больше становится непонятной информации. Чувствую себя неразумным ребёнком, которого вдруг выкинули в реальный мир, не научив жить. И ведь так оно и было, даже хуже. Детей хотя бы опекают и учат жизни, а вот меня разве что вышвырнуть готовы, не успев принять.
— Я думала, что страна называется Кавиром, — почесала я затылок, путаясь в ворохе из новых слов, которые пока не желали складываться в единую картину мира.
— Это город. Академия названа так, потому что мы в его черте находимся. Но вообще адепты называют её академией Менсор. А Ювельское королевство — наша страна, — терпеливо пояснила соседка, без недовольства восполняя мои пробелы в знаниях.
Я лишь кивала, не успевая усваивать знания. Мне требовался отдых, в котором я нуждалась ещё до того, как магистр Делмор перенёс меня сюда. А теперь, не дольше, чем через час, казалось, что пронеслась целая жизнь.
У меня появилось чёткое ощущение нереальности происходящего, которое всё усиливалось от новых подробностей. Целый новый мир — это просто сказка какая-то! Но встретил он меня так недружелюбно и без моего желания, что бросаться его исследовать с распростёртыми объятиями и раскрытым разумом не хотелось. По всему выходило, что сказка злая и написана кем-то с очень мрачным взглядом на жизнь.
— Ты разберёшься, — попыталась меня успокоить Фая, видя, с каким озадаченным лицом я переваривала полученную информацию.
А у меня в голове просто перекати-поле пробегали в знак непонимания ситуации.
— Скажи хотя бы, почему Менсор, — не удержалась я от последнего вопроса, потому что это странное слово не сочеталось ни с каким из названий, что были мне известны.
— Потому что профиль общий: менталистика, созидание и разрушение. Такой вот акроним, — легко объяснила она.
Вновь ей кивнула, как будто что-то поняла. На самом деле, всё было ровно наоборот. Нет, принцип образования слова не удивил, а вот что означают эти слова, в него заложенные — очень даже. Решила не пытаться пока что влезть ещё и в это, наверняка потом станет понятнее.
Я разложила свой небольшой набор вещей по полочкам, а предметы для учёбы — на противоположный от аккуратной стопки Фаи. Стол был широким, позволял без проблем сидеть и работать сразу двум адептам, поэтому я сразу пододвинула к нему второй стул, который стоял с противоположной стороны кровати. Будет и у меня сразу рабочее место.
На столешнице не увидела ни то что ни одного пятнышка, но и даже пылинки — настолько девушка следила за порядком. Разве что несколько царапин и потёртостей по торцам, но наверняка эти повреждения были нанесены мебели ещё до заселения туда моей новой соседки.
Вновь подумала, что здесь пустовато, не хватало уюта. С этим я решила разобраться позже. Фая ведь не будет против каких-нибудь нескольких милых украшений, разбавляющих голые стены и пустые полки? Можно, например, засушенный букетик из местных сухоцветов, которые могут стоять без потери цвета не один год.
— Ужин уже закончился? — грустно спросила я, вторя требовательному урчанию голодного живота, который не получал своей порции пищи ещё с утреннего экзамена на Земле.
— Да, — подтвердила очевидное соседка.
Очевидное, потому что ещё когда меня магистр Делмор вёл к общежитию, солнце давно зашло, а адептов не было видно.
— Эх. Придётся спать на голодный желудок, — устало пробубнила я, залезая под тонкое белёсое одеяло одинокой кровати, что наконец обрела хозяйку. — Спокойной ночи.
 
Даже постельное бельё своей бесцветностью мозолило глаза, мешая ощутить себя дома. Я привыкла к красивым пёстрым расцветкам, радующим душу. Белый же цвет чётко ассоциировался с больницей.
— А? Да, спасибо, — не поняла моего пожелания Фая. Видимо, здесь либо вообще не говорят ничего друг другу на ночь, либо говорят нечто совсем другое.
Я решила не объяснять свою фразу и просто попытаться заснуть, что мне уже давно требовалось. А соседка хлопнула в ладоши, деактивируя магический свет, что мгновенно погрузило маленькую комнату во мрак, разбавляемый лишь изредка пробивающимися полосками света уличных фонариков. Так вот как это работает…
Глава 3
У кого-то утро начинается с кофе, как у меня раньше, когда собиралась в школу. Теперь же меня разбудил странный громкий звон, раздающийся словно отовсюду. Да это ж какая-то армия, а не академия!
Я придавила голову подушкой, пытаясь спастись от раздражающего звука и совершенно не желая просыпаться. Ещё ведь так рано, а учебный год даже не начался.
— Семь утра. Мы встаём в это время каждый день, даже на каникулах, — недоумённо наблюдая за моими странными телодвижениями, пояснила Фая.
— Что? — пробубнила недовольно я, только сейчас соизволившая оторвать от себя подушку, с которой никак не хотела расставаться, хотя противный звон давно закончился.
Солнце, пробивающееся через штору, раздражало, отдохнувший вид соседки раздражал, чего уж говорить о том, что я до последнего надеялась, что весь этот Ан Домхайн — затянувшийся длинный сон, который однажды закончится. Но нет, сейчас я проснулась, а кошмар никуда не делся, оставшись явью.
— Вставать надо, — рассмеялась Фая, выглядевшая куда бодрее меня.
Несмотря на её торчащие во все стороны волосы, голос у девушки был выспавшийся и вполне боевой. Или она просто слегка свыклась с мыслью, что я не собираюсь её отвергать, что теперь мы надолго соседки. Я-то уж за неё плотно ухвачусь, если хотя бы половина учениц в этом месте похожи на тех девушек, у которых одно моё появление вызвало желание повизжать на всё общежитие.
После всех банных процедур в ванной, которая оказалась общей и по утрам представляла из себя поле для женских боёв, мы сразу отправились на завтрак. Если бы не Фая, не знаю, как бы нашла, куда вообще нужно идти. У столовой был отдельный маленький корпус, а я бы стала искать такое место в главном.
Моё внимание привлёк внешний вид зданий, которые теперь при утреннем свете были видны гораздо отчётливее, чем поздним вечером. Свет магических фонарей позволял без проблем ходить по дорожкам, не ломая ног и не встречаясь носом с камнями, но всё пространство вне дорожек окутывал сумрак.
Наше общежитие, ровно, как и аналогичное соседнее, являющееся мужским, одновременно казались очень просто спроектированным, но и не без украшений. Внешняя сторона подоконника каждого окна была создана в форме ограды, создавая небольшой ложный балкончик. Настоящие балконы тоже были, но им выделили место только по обоим торцам зданий, по паре на каждый этаж. А крыша обрамлялась карнизами, переходящими из кровли, дополняя без них недостаточно интересный бежевый фасад.
Столовая выделялась среди прочих зданий, будучи явно построенной в совершенно другое время из-за разницы в оформлении и состоянии. Либо столовую построили раньше учебных и жилых корпусов, либо при реконструкции оставили только её. Она была другого цвета и выполнена в ином стиле, что не сочетался со всеми остальными постройками.
По пути, мы слились с кучей потоков адептов, объединяющихся в какой-то момент в одну большую толпу, мешающую друг другу пройти в столовую. На меня никто не обращал внимания, каждый сосредоточенный на своих заботах и переживаниях. Такое объяснение мне хотелось дать их безразличию, но я понимала, что скорее всего оно связано с тем, что они ещё не знают, кто я.