Полог предубеждения (СИ)

— Ну дела-а-а, — только и смогла протянуть я, усаживаясь на свободную кровать, которая даже не покрылась пылью за время долгого простаивания.
— Не переживай, всё чистое. Я следила за порядком всей комнаты, — неловко призналась девушка, неуверенно сжимающая плечи, будто боялась, что я останусь недовольна её вмешательством в моё личное эмоциональное пространство.
— Большое тебе спасибо… Кстати, как тебя зовут? — спросила я из вежливости, хотя помнила, что нервные адептки из прошлой комнаты назвали мою соседку Фаей.
— Я Фая, — так тихо сказала та, что если бы я заранее не знала имя, не смогла бы разобрать сказанного.
— А я Аня. Приятно познакомиться, — бодро отрапортовала я стандартную вежливую фразу, подтверждающую то, что мы теперь официально знакомые.
— Ты не хотела сюда селиться? — неуверенно спросила она, поглядывая на дверь, которой недавно хлопнул комендант.
— Что ты! Меня сначала подселили к двум первокурсницам, которые яростными визгами открестились от совместного со мной проживания, — поведала я той, что слишком была в себе неуверенная, раз задавала такие вопросы.
— Так вот что это были за крики… — понятливо кивнула Фая, сминая и разминая вновь и вновь низ своей рубашки.
— Остальное ты знаешь. Такая соседка меня более чем устраивает, — выдала я девушке то, чего, как мне казалось, она хотела услышать.
— Спасибо, — смущённо ответила та.
Мне даже показалось, что на её щеках проступил румянец, но за прикрывающими с обеих сторон волосами лицо сложно было что-то разглядеть наверняка.
Я решила, что спрашивать о причинах её внешнего вида было бы некрасиво и нетактично. Хотя у меня складывалось противоречивое впечатление: такая убранная идеально комната и такая неряшливая её хозяйка. Комната первых двух адепток ухоженностью не отличалась. Там со всех сторон валялись вещи, системы в расположении которых не прослеживалось от слова совсем.
— Тебе, наверное, интересно, почему у меня так долго нет соседок, но ты боишься спросить, — протянула Фая, становясь чуть более расслабленной, но не переставая мять край рубашки.
— Если честно, то да. Не вижу причин обходить тебя стороной, — внимательно уставившись на собеседницу, призналась я, потому что не желала начинать наши взаимоотношения с мелкой лжи и недомолвок.
Мало того, что я оказалась непонятно где, так меня здесь ещё и не ждали. Выходит, что даже с дружбой я заранее в пролёте, потому что таких, как я, судя по всему, по умолчанию не любят. Зачем узнавать, какой человек на самом деле, что у него в душе и прочие необходимые элементы понимания личности и индивида, если человек — землянин? Не зря я ещё в парке на Земле предположила, что здесь присутствует дискриминация.
Неужели я и правда верю, что нахожусь не на Земле? Ведь это невозможно! Такого просто быть не может. Но это и не сон, а все вокруг играют слишком натурально для лжи. Вроде и на секту никакую не похоже. Я в них не была, но определённый образ того, как выглядят такие люди и какие у них царят порядки, имелся. Это место моим представлениям абсолютно не соответствовало.
— Это потому что ты с другого мира. У вас, как я успела понять по прошлому землянину, нет такого чёткого общественного разделения на достойных и недостойных, как в Ан Домхайн. По крайней мере, в академиях всегда так. Даже если ты никогда не делал ничего плохого, адепты всегда найдут, за что тебя гнобить, — слегка прояснила ситуацию Фая, по-прежнему не отвечая на вопрос, который сама же озвучила, но я зацепилась не за это.
— Подожди-ка. Ты поняла по прошлому землянину? Это на каком ты курсе? — с закравшимися в душу самыми тревожными предчувствиями уточнила я, подозревая самое худшее. Ведь если она была с ним знакома, то они наверняка были с одного курса или с соседних.
— На втором… — пискнула соседка, понимая, что сболтнула лишнего. Она явно не хотела пугать меня сразу, заставляя нырнуть в горечь ситуации с головой, но это случилось.
— Что с ним случилось? — ощущая проступившие холодной россыпью вдоль спины мурашки, выбросила я слова так, будто хотела напором разбить ужасную правду.
 
Раздался стук в дверь, прерывая моё чересчур активное выяснение истины от Фаи, которая не была виновата в дискриминации землян никак. Я явно её напугала таким резким наступлением, от чего стало стыдно. Но разве меня тоже нельзя понять? Я оказалась в такой ситуации, какую не пожелаешь и врагу.
— Необходимый базовый набор вещей, — пробубнил тучный комендант, быстро забегая в комнату и скидывая с рук стопку на краешек моей кровати.
Также быстро, как ворвался, он скрылся назад, в этот раз не так громко хлопая дверью, как когда уходил после моего заселения. Не я ведь виновата, что получилось только со второго раза. Зато мне эта девушка куда симпатичнее тех двух. Люди, скованные в своём восприятии мира чужими мнениями и штампами, не самая лучшая и приятная компания, даже не будь я «дефектной» для этого места. Пускай друг другу кости перемывают лучше.
— Это форменная накидка, мантия. Необходимо надевать на все официальные мероприятия. Остальное — полотенца, предметы гигиены и письменные принадлежности с тетрадями. Расписание и учебники тебе, наверное, выдадут позже, — радуясь передышке от разговоров о трагическом прошлом, затараторила Фая.
— А одежды никакой, кроме балахона, не полагается? — тоскливо вопросила я, разглядывая чёрное нечто, под которым наверняка не всегда можно было понять хотя бы пол человека, не то, что разглядеть его фигуру или лицо.
Капюшон словно специально сделали таким, чтобы под ним можно было прятаться. Вроде и полезно, но наверняка такой наряд будет привлекать излишнее внимание. Очень сомневаюсь, что адепты охотно носят такие мешки, скрывая под ними всё, что по молодости хочется демонстрировать. Да и заниматься физкультурой, которая наверняка здесь тоже есть, в этом не представляется возможным. Только начнёшь бежать, как на старте споткнёшься о собственный подол.
— Нет, к сожалению. С первой стипендией сможешь что-нибудь купить, — сочувственно отреагировала соседка, поглядывая на мой наряд.
А одета я была в розовый сарафан с белой футболкой. Очень практично и мило для моего мира, но здесь наверняка не подходило под местную моду. Я вспомнила то, как был одет Делмор, и поняла, что здешняя жизнь визуально походила на период после средневековья на Земле в Европе. Как минимум — наряды. А в том, в чём сейчас была я, в средневековье и не пахло.
Но не ходить же мне летом в чёрном мешке, от которого немудрено и тепловой удар получить? А здесь именно лето и было, о чём красноречиво намекала трава и ярко-зелёная густая листа на многочисленных деревьях между корпусами академии. Если это и впрямь другой мир, идея чего по-прежнему не казалась мне реальной, то здесь время года совпадало с земным.
— Ладно, придумаю что-нибудь, — сказала я хоть что-то, чтобы разрядить обстановку, хотя сама в озвученное не верила. — На кого ты учишься?
Я болтала с девушкой, пока пыталась привыкнуть к обстановке. Это отвлекало от тревожных мыслей. Но была и обратная сторона. Глядя на неё, я от нервов и сама к подолу своего сарафана пристала, как к игрушке-антистрессу.
Здесь было как-то неуютно. В своей комнате на Земле у меня всегда было то, что принято называть творческим беспорядком, когда ты всегда знаешь, в каком месте находится нужная вещь, но для всех остальных это кажется хаосом. Много приятных сердцу вещей, расположенных так, чтобы постоянно попадаться под глаза, яркого постельного белья, одежды на спинке стула, разноцветных книжек, сложенных стопкой или горшочков с цветами на солнечных местах. Проще говоря, не хватало уюта, как я с самого начала и подумала.
Посмотрела на стену, что казалась неприлично голой. Туда бы плакат какой-нибудь или картину, а уж если бы гирлянда с тёплым желтоватым светом… Сомневалась я, что здесь есть электричество, как и плакаты в земном понимании. Дешёвых простеньких картин или некачественной репродукции здесь возможно тоже нет, поэтому я бы обрадовалась даже тому, чего смогла б нарисовать сама. Лишь бы красок добавить. Хотя с рисованием у меня никогда не задавалось, я больше по спорту или традиционной учёбе, которая с правилами, формулами, исключениями и теоремами.