Госпожа Медвежьего угла (СИ)

Судя по всему, новость о том, кем именно являлся Драгор, не осталась тайной надолго.
Пир выглядел как стихийное празднество. Аромат жареного мяса смешивался с запахом лепешек и непонятно откуда взявшихся цветов.
Уже очень скоро весь Клинрад был захвачен весельем.
Валентина, сидящая за столом рядом с Драгором, с каждым пройденным часом ощущала себя все более уставшей.
  
– Вернемся в покои? – внезапно предложил Драгор.
Валя повернулась к нему и кивнула, подарив мужу благодарную улыбку.
Драгор сразу встал.
Как только он это сделал, в зале стало тихо. Было очевидно, что, несмотря на веселье, люди краем глаза внимательно наблюдали за ним и Валентиной.
Валя тоже встала. В тот же момент Драгор поймал ее руку, поднял и поцеловал пальцы на глазах у всех, словно все еще боялся, что кто-то не до конца понял, что она стала его женой.
– Благодарю вас за сегодняшний вечер, – произнес Драгор, окидывая зал взглядом. – Мне и моей жене пора. Усталость берет свое, а завтра – новые заботы. Но вы продолжайте пиршество без нас.
Договорив, Драгор помог Валентине выйти из-за стола и повел ее по коридорам замка. Спустя некоторое время они дошли до покоев.
Как только дверь закрылась, Драгор повернулся к Вале и обнял ее, а затем и вовсе поцеловал. Он был нежен и осторожен.
– Весь вечер хотел это сделать, – признался он, когда они разорвали поцелуй.
Дыхание Драгора было тяжелым. Даже в полумраке Валя видела, что его глаза блестят хищным ожиданием.
Валентина ощутила, как у нее пересохло в горле. Неосознанно она подалась вперед, едва сдерживая рвущиеся наружу чувства.
Несмотря на ее явный призыв, Драгор остался стоять неподвижно.
Валя непонимающе моргнула. Она потянула мужа к себе, намекая, что готова перейти к основной части.
– Это не навредит? – спросил он беспокойным тоном.
Его рука сдвинулась, оказавшись на ее животе.
Валентина фыркнула.
– Нет, – заверила она его. – Но будь осторожен.
Драгор кивнул с серьезным видом, а затем снова поцеловал ее.
Это была самая безопасная близость из всех, что когда-либо была у Вали. Драгор был настолько нежен, что она почти плакала от отчаяния, желая поторопить его, но тот едва ли слушал, отдавая всего себя ее удовольствию.
На утро, проснувшись, Валентина долго лежала, глядя на спящего рядом мужа. Она все еще не до конца верила, что тот смог вернуться к ней живым и здоровым. Как оказалось, месяцы ожидания оставили в ее душе более глубокий след, чем ей казалось.
В какой-то момент Драгор проснулся. Некоторое время он смотрел на нее в ответ, затем потянулся, поцеловал ее и встал.
– Пойду прикажу, чтобы принесли поесть, – пояснил он, поднимаясь.
Перед Валентиной предстал крайне занятный вид, на который она долго могла любоваться.
– Накинь на себя что-нибудь, – напомнила она ему и зарылась в одеяло глубже.
Жизнь хороша.
В Клинраде они не задержались. Драгора ждала столица. Он был королем и не мог бросать надолго свои новые обязанности. Особенно сейчас, когда власть в его руках все еще была так хрупка и ненадежна.
Прежде чем уехать, они переговорили с Эшфордом. Валентина еще раз подтвердила все договоренности, заверив его, что тот может обращаться к Гвендолине. Теперь она будет курировать все проекты.
Эшфорд соглашался со всем. Он только и делал, что кивал, но, судя по всему, у него были иные соображения.
– Что-то не так? – в конце концов спросила его Валентина, когда поняла, что внимание партнера утеряно.
Эшфорд какое-то время молчал, а затем прищурился и сказал:
– Я поеду с вами в столицу, ваше величество.
Валя удивилась, но запрещать торговцу, конечно же, не стала.
Когда все дела были решены, из Клинрада выдвинулся караван. Им предстояло несколько недель утомительного пути по плохой дороге.
Валентина, воодушевленная в самом начале, очень скоро поняла – этому королевству кое-чего не хватало. А именно – хороших дорог!
Во время пути Валя прокляла свое решение отправиться в столицу во время беременности.
Драгор, расстроенный из-за того, что его жене плохо, пытался сделать все, чтобы облегчить ее состояние. Карета, в которой ехала Валя, превратилась в склад из одеял и подушек. Но ничего не спасало. Наоборот, казалось, чем мягче становилось ее ложе, тем сильнее ее мутило.
В один из дней Валя не выдержала и попросила Драгора взять ее на коня. Она надеялась проветриться, так как сил терпеть больше не было.
– Это может быть опасно, – забеспокоился тот.
Валентина, уставшая и раздраженная плохой дорогой, хотела сказать что-то резко, но сдержалась. Вместо этого она выдохнула и натянуто улыбнулась.
– Ты ведь будешь держать меня, не так ли?
Драгор еще какое-то время смотрел на нее встревоженно, но потом все-таки согласился.
Забравшись на коня, Валентина посмотрела на видневшуюся внизу землю и подумала, что ее идея была крайне плохой. Скорее всего, ее начнет мутить еще сильней.
– Нормально? – спросил Драгор с беспокойством в голосе, крепко обнимая ее.
– Да, – кивнула Валентина и посмотрела вперед, решив, что не станет смотреть вниз.
Драгор немного сомневался, но все-таки перехватил поводья и дал отмашку, что они могут двигаться.
К удивлению Валентины, тошнота, которая буквально терзала ее в карете, исчезла и не вернулась. Когда Валя поняла это, то не выдержала и рассмеялась.
– Давай быстрей, – попросила она мужа, который явно сдерживал коня.
Драгор позволил скакуну двигаться более свободно. Вскоре они вырвались вперед колонны и двинулись дальше с большей скоростью.
Воины, оставшиеся позади, переглянулись и выдохнули. В последние дни их жизнь была весьма сложной. Они очень надеялись, что самочувствие королевы и дальше будет хорошим.
Как оказалось, настроение королевы равно настроению короля. А злой король – бедствие для народа.
– Слава королеве, – прошептал один из воинов.
Кто-то его услышал и тут же повторил, но так, чтобы королевская чета их не услышала.
– Слава королеве.
– Слава. Слава. Слава.
Глава 151
Через две недели они достигли Острограна. Можно было ехать быстрее, но Драгор опасался навредить жене быстрой ездой.
– Здесь мы останемся на пару дней, – решил он, а затем обратился к одному из воинов. – Вардан, сходи в лазарет, проверь, как там Торвин.
– Слушаюсь, ваше величество! – моментально откликнулся рослый мужчина и почти бегом умчался из таверны, в которой они остановились.
– Торвин? – спросила Валентина, сидя за столом и уплетая жареную курицу.
– Гонец, которого я послал к тебе после того, как забрал трон, – пояснил Драгор, затем снял плащ, бросил его на стул рядом и сел напротив Валентины. Ему нравилось смотреть, как его жена ест. Было в этом что-то умиротворяющее.
Валя остановилась.
– Этот тот, которого ранили?
Драгор кивнул и пояснил:
– Когда мы прибыли, он был без сознания. Лиходеи ограбили его и бросили с пробитой головой. Трактирщик нашел его утром и отправил в лазарет.
– Дай угадать: ему спустили всю кровь, пытаясь привести в себя?
Драгор после того, как они встретились, рассказывал о гонце, но в тот момент было столько новостей и эмоциональных потрясений, что Валя не спросила подробности.
– Ему прописали кровопускание, да. Почему ты так сильно против такого лечения? – заинтересовался он. – Наши предки веками лечились именно так.
Валентина мельком взглянула на него и вернула свое внимание жареному куску мяса перед собой.
– В некоторых случаях такое лечение может быть полезно, но не всегда. Если подумать логически, то чаще всего лишение крови скорее опасно для больного, чем полезно.
  
– Что за глупость вы говорите? – внезапно вмешался сидящий за соседним столом мужчина. Он не слышал весь разговор, лишь последнюю его часть, которая его разозлила.
Валентина моргнула, не ожидав, что в их с мужем разговор кто-то вмешается. Испытывая любопытство, она повернулась и встретилась взглядом с человеком, который был смутно ей знаком.