Ultima Ratio (СИ)
«Втравил меня Пален, в историю» раздраженно подумал Небогатов, но сдержался, что бы выдать своим эмоции кислым выражением лица.
****
Остаток дня, помимо звонка в Ташкент и переговоров с генералом Хайдаровым, Женя потратил на изучение копий личных дел и выписывание интересующих его персонажей. Начал с ассистентов, Куролесова которых было двое — некто Аникин Вадим и Тимошенко Вячеслав и оба уволились с кафедры в течении прошедшего полугода. Странно конечно, но спишем на научную одержимость Куролесова. Тут Женю отвлек от размышлений звонок радиотелефона.
— Евгений Вадимович? Как движется расследование по этому микробиологу? Елейный голос полковника Васильчикова сразу насторожил Небогатова.
— Запросы сделал. С коллегами побеседовал. Отчет полиции — придет завтра. Еще надо…
— Да вы себя не утруждайте. Неожиданно резко перебил его Васильчиков. Не утруждайте…Мне уже генерал Рокотов звонил. Первый заместитель шефа…Высказал за ваше самоуправство. Завтра к восьми жду от вас подробных объяснений в письменном виде…И полковник отключился.
«Молев-сука! Настучал таки, моль бесцветная» Да и я хорош, полез в болото, послушав Палена, который в каждой юбке путается.
По прибытию домой, меня ждала записка от владельца ближайшей чайной — Ивана Баранова. Человеку в свое время я здорово помог и его телефон использовал для тех звонков, если не хотел «светить» контакт. Пришлось снова одеться и выйти на мороз, хотя идти было всего шагов триста.
Баранов встретил меня молча и протянул номер телефона.
— Звонили с Ташкента. Просили срочно перезвонить вот по этому номеру. Некто Левченко.
Ротмистр Виктор Левченко- порученец при генерал-майоре Хайдарове. Быстро работают и двух часов не прошло как чего то нарыли.
— Я воспользуюсь твоим телефоном. Утвердительно спросил Небогатов протягивая руку.
— Да уж сделайте милость, господин хороший. Ехидно сказал Баранов, выходя из своего кабинета.
Набрав телефон Левченко, Небогатов напряженно слушал гудки, чертыхаясь про себя. В нем вспыхнул охотничий азарт, ведь раз звонят от Хайдарова значит что то есть…что то интересное.
На шестом гудке, трубку взяли. Представившись, Женя спросил, что удалось выяснить.
— Этот тип, Куролесов, в гостинице «Семирамида» не появлялся. Фото из его дела и фото зарегистрированного в гостинице не похожа.
— Откуда у вас фото из гостинцы?
— У нас здесь Туркестан. Всех кто регистрируется- копируют паспорта. Так вот, копия паспорта с данными Куролесова совпадает. А вот фото — не его. Похоже переклеена.
— Уверены?
— Мы же здесь не щи лаптем хлебаем! Обиделся Левченко. Даю двести процентов- фото с копии паспорта, не его. Запросите Домодедово. У них тоже должна хранится копия в архиве, когда билет покупают. Сравните.
— Можете выслать мне по факсу эту копию?
— Пять минут. По известному мне номеру?
— Да. И еще, номер заказывал какой то Рашидов? Вам что то про него удалось выяснить?
— А как же. Личность интересная. Числится приказчиком на фабрике акционерного общества «Травник» из Ташкента. Вам известно, куда входит «Травник»?
— В «Биопрепарат»?
— Так точно. Как догадались?
— Тоже не хлебаем щи лаптем.
Левченко усмехнулся.
— Этот Рашидов Исмаил— редкий пройдоха. Дважды судим по молодости, за кражу и мошенничество. Но дело знал хорошо, отзывы сослуживцев — самые положительные. Всегда встречал командировочных, организовывал их работу. Транспорт, гостиницы — все короче.
— Часто заказывал нумера в «Семирамиде»?
— Не первый раз, точно. Но для Куролесова — первый. Раньше он там не останавливался.
— Вы с ним переговорили?
— Увы, нет. Он отсутствует. Уехал в провинцию. Там у них полевые работы под Чиназом. Специалисты из Вятки работают, он поехал к ним. Думаю- завтра свяжемся.
— Спасибо, коллега. Вы меня очень выручили. Генералу вашему — благодарность. Жду факс. И еще раз — спасибо..
— Одно дело делаем, господин ротмистр. Мы вам поможем — вы, нам. Удачи в расследовании.
Глава 8
Перспектива. Местечко Клекотов. Галиция. 4 июня 2001 года.
— Господа офицеры! Вы готовы записывать?
Старший лейтенант, командир огневого взвода, отдельного зенитно-артиллерийского дивизиона 60 Замосцкого пехотного полка Сергей Дельвиг, хотя уже Филиппов, синхронно кивнул головой. Почти полсотни офицеров, от зеленых лейтенантов — вольноопределяющихся, до седых подполковников-комбатов, сидящих на складных стульях в обширной полковой палатке склонились над раскрытыми планшетными сумками.
«Как в школе. Церковно- приходской» с раздражение подумал Сергей, мусоля огрызок карандаша. Черт его дернул в армию сбежать. Лучше бы в ските, где ни будь в нижегородской или пермской губернии прятаться, чем в этом бедламе находится.
Все началось еще в феврале. Его заказчик, Фрол Анисимович Хлынов отправил его с простым заданием в Одессу. Найти украденные в порту запчасти к ткацким станкам. Похитители ясное дело, знали, что украсть. Работали явно по наводке. Без этих запчастей, так называемых блоков числового — программного управления, станки «Вендмюллер и Хирш» были просто кусками дорогостоящего металлолома. Воры нашли в себе наглость, позвонить в контору Хлынова и глумливо предложили выкупить у них запчасти. По божеской цене, всего лишь в полтора раза выше чем официальная. Через час после звонка, Дельвиг и двое его подручных — Бычков и Салахов, вылетели частным самолетом Хлынова в Одессу.
Перед вылетом, Дельвиг набрал Жене Небогатову и попросил ему помочь советом, к кому можно обратится по прибытию в Одессу. Прилетев в красивый приморский город, жемчужину русского берега Черного моря, Дельвиг расположился в гостинице «Ришелье» на Садовой улице с видом на Преображенский собор. Туда ему и позвонил Небогатов, поделившись интересной информацией. Запчасти, могли упереть босяки из шайки «маза» Рафаэля Азбеля по кличке Раф Угодник. Портовые кражи — это его профиль. Да вообще весь одесский порт. бордели и магазины, скупка контрабанды это зона интересов — короля преступного мира Одессы, Бори Живоглота, он же Борух Липскер, сын известного адвоката и внук не менее известного налетчика Мони Липскера, повешенного по приговору военного суда аж в 1930 году. Оба его сына и племянники занимались абсолютно легальным бизнесом, связанным с синематографом и радиовещанием. А вот сам Живоглот, был официально коронованным «иваном», признанным как в Екатеринославе — столице еврейской преступности, так и московскими и питерскими «иванами».
Небогатов, через свои, специальные связи, дал наколку на некоего Тофика Рустамова, «маза» банды закавказских татар — наркоторговцев, осевших в Одессе. Евреи, предпочитающие аферы со страхованием, мошенничество или кражи, редко прибегали к открытому насилию и бандитским налетам, почему то игнорировали наркотики. В отличии от второй по силе банды Одессы — молдавских цыган во главе с Василем Аржантом, которые поставляли все виды наркотиков, от гашиша до синтетической дряни из Нидерландов и Японии. Вот из-за гашиша, точнее из-за «демпинга» азербайджанцев на гашиш — и вспыхнула в Одессе кровавая бандитская война. Местная полиция, что сыскная, что охранная имели плотные связи именно с бандой Живоглота, исправно зачищая и сажая его конкурентов в обмен на хорошие показания по раскрываемости уличной преступности и локализации деятельности леваков и нелегальных профсоюзов. А вот Тофик Рустамов, еще с давних времен, был на связи с Отдельным корпусом жандармов. После нескольких удачных операций ОКЖ в Баку и Нахичевани, местные террористы вынесли Тофику приговор и тот с помощью кураторов, собрав деньги и полсотни родственников-боевиков, перебрался в Одессу. Открыл несколько табачных лавок, торговавших как легальным так и контрабандным табаком и еще приторговывал гашишем и опием. Обороты росли, открывались подпольные опиумокурильни в порту и на Привозе, долю Живоглоту, Тофик приносил исправно, пока не пересекся Тофик с Аржантом или как его кликали Васей Клыкачом. Тофик тогда, с трудом отвертелся от пули, похоронив с полтора десятка родичей и земляков, а Клыкач едва отвертелся от пожизненной каторги за эту бойню. После чего в одесские босяки заключили шаткое перемирие. И тут появился Дельвиг…со связями в центральном аппарате жандармерии.