Нервный срыв

– Что, в одиннадцать вечера? – удивляюсь я. – Не думаю, что она бы это сделала.
– Да, вы правы – возможно, она сказала это только для острастки. И Рэйчел испугалась. Она намекнула Джейн, что та, прежде чем все вам рассказывать, должна кое-что о вас узнать. Упомянула вашу неустойчивую психику – мол, нельзя на вас все так резко вываливать. И предложила встретиться на той дороге. Попросила, чтобы Джейн сначала ее выслушала, а уж потом, если она не изменит своего мнения и все равно захочет открыть вам глаза, они могли бы сделать это вместе. Джейн согласилась; Рэйчел оставила машину у тропы, ведущей к Блэкуотер-Лейн, и дальше шла пешком. Ну а чем все закончилось, мы уже знаем. Джейн не поверила в красочный рассказ о ваших проблемах с психикой, и они начали спорить. Рэйчел утверждает, что не хотела убивать Джейн, а нож взяла, только чтобы припугнуть ее.
  
Постепенно вырисовывается полная картина. Когда я припарковалась перед Джейн той ночью, ей не нужна была помощь: она ждала Рэйчел. Она не знала, что в машине я, иначе бы выскочила и ринулась ко мне сквозь дождь, забралась бы внутрь и воскликнула, какое это странное совпадение – она как раз собиралась заехать ко мне. А дальше, сидя рядом со мной, рассказала бы, что у Мэттью роман с Рэйчел. И что было бы дальше? Я бы помчалась домой выяснять отношения с Мэттью, а по дороге проехала мимо машины Рэйчел? Или сидела бы, пытаясь оправиться от потрясения, а Рэйчел бы пришла и убила нас обеих? Этого мне никогда не узнать.
– И все-таки я не могу в это поверить, – выговариваю я непослушными губами. – Не могу поверить, что Рэйчел такое сделала. Пусть даже Джейн бы мне все рассказала, что с того? Их связь открылась бы, и Рэйчел бы получила что хотела, то есть Мэттью.
Констебль качает головой:
– Вы ведь читали переписку – дело не только в Мэттью, но и в деньгах. Ваших деньгах. Она была твердо уверена, что ваш отец упомянет ее в завещании. Все время повторяла, что ваши родители называли ее своей второй дочерью. Поэтому, когда все досталось вам, она почувствовала себя преданной.
– Я не знала о деньгах. Пока не умерла мама.
– Да, Рэйчел сказала нам. И пока вы не встретили Мэттью, она полагала, что ей удастся организовать что-то вроде дележа. Но когда вы вышли замуж и стало ясно, что она для вас больше не на первом месте, Рэйчел почувствовала жгучую обиду и пришла к мысли, что единственный способ завладеть тем, что она считала своим, – использовать Мэттью. Похоже, она намеренно его соблазнила, а когда он в нее влюбился, они состряпали свой план – объявить вас психически неуравновешенной, чтобы Мэттью получил контроль над вашими деньгами. В тот день, когда Джейн предъявила ей ультиматум, они как раз собирались развернуть свою кампанию против вас. И для них это было совсем некстати – если бы Джейн рассказала вам об их романе, то все планы Рэйчел, которые она так долго вынашивала, пошли бы прахом.
У меня по щекам льются слезы.
– А ведь я купила ей дом во Франции! Она в него влюбилась, и я купила. Это был сюрприз, я собиралась преподнести его на ее сорокалетие. Мэттью не знает – я боялась, что он будет против. Он Рэйчел недолюбливал. По крайней мере, так я тогда думала. Если бы она только подождала немного! У нее день рождения в конце месяца…
Я чувствую себя ужасно. Я должна была понять, как обидно было Рэйчел, оттого что ее не упомянули в завещании. Как я могла быть такой черствой? Да, я купила ей коттедж – но лишь потому, что видела, как она к нему прикипела. Пришло бы мне в голову выделить ей часть наследства, если бы она не увидела коттедж? Может быть. Надеюсь, что пришло бы. Но почему же я не подарила его сразу, как купила? Тянула до ее юбилея, предвкушая, как торжественно вручу подарок? Полтора года! И все это время дом пустовал. Если бы я подарила его, Рэйчел была бы так счастлива! И Мэттью, возможно, все еще был бы со мной. И Джейн осталась бы жива. Я могла бы, по крайней мере, рассказать о коттедже Мэттью. Если бы я это сделала, а они с Рэйчел к тому времени уже сошлись бы, он бы обязательно с ней поделился. Она бы спокойно дождалась дня рождения, получила бы свой коттедж, после чего Мэттью развелся бы со мной – постаравшись, скорее всего, отсудить у меня какие-то деньги. Да, я бы потеряла Мэттью, но Джейн осталась бы жива!
Не знаю, как вышло, что я невольно угадала правду об убийстве Джейн. Подарок от подсознания? Быть может, то удивление, с которым Джейн смотрела на Мэттью в окно ресторана, мой мозг интерпретировал как узнавание? Или тот факт, что она пригласила меня к себе на кофе, отпечатался в мозгу как нечто большее, чем просто договоренность о новой встрече? Возможно, где-то в глубине души я чувствовала, что Мэттью встречается с Рэйчел, и догадывалась, о чем собирается рассказать мне Джейн. А может, мне просто повезло. Или это Джейн направила меня на верный путь, когда я сидела вчера в машине на той дороге и ощущала ее присутствие.
* * *
Проходит еще почти целый час. Констебль Лоусон встает, собираясь уходить.
– Мэттью знает? – спрашиваю я, провожая ее к выходу. – Про Рэйчел?
– Пока нет. Но ему скоро скажут, – отвечает констебль и на пороге оборачивается: – Как вы? Справитесь?
– Да, все хорошо, спасибо.
Я закрываю за ней дверь. Я знаю, что все совсем не хорошо и в ближайшее время вряд ли будет лучше. Но однажды я с этим справлюсь. У меня, в отличие от Джейн, вся жизнь впереди.
Б. Э. Пэрис родилась и выросла в Англии, большую часть жизни провела во Франции, недавно вернулась на родину. Работала в сфере финансов, затем получила педагогическое образование и стала учителем. У Пэрис пять дочерей. «За закрытой дверью», ее первая книга, издана на тридцати пяти языках.