Тайна Дома трех вязов

Стучат клавиши пишущей машинки. Какой восхитительно пьянящий звук! Как я скучал по стуку лапок моего «Адлера»! Как я мог столько лет не писать? Настоящий писатель пишет всю жизнь.
Проснувшись сегодня утром, я принял важное решение: как только закончу новую версию этой книги, сразу составлю завещание. Хочу, чтобы когда-нибудь читатели узнали, кем я был на самом деле, и восхитились, как изобретательно я совершил преступление. Поэтому я позабочусь о том, чтобы после моей смерти все материалы из моего сейфа увидели свет. Там будет все: рукопись Фабьена, его прощальное послание и текст, который я набираю в эту минуту. Воображаю, какой переполох они вызовут, и не только в тесном литературном мирке…
Разве достанется преступнику и самозванцу слава, если его преступления так и останутся нераскрытыми? Но еще рано, это произойдет только посмертно. А пока я постараюсь жить, ища удовольствия в мелких, незначительных забавах, которые предложит мне судьба. Буду неустанно искать развлечения, чтобы не смотреть в бездонную пропасть, в которую превратилась моя душа.
Сделаю все, чтобы снова не стать жалким человечишкой.
Париж, январь – март 2023 года
  
Часть III
 
 
«Монд»
 
11 сентября 2023 года
 
Новый роман Фабриса Арто вызывает споры
 
После шестилетнего молчания в четверг, ко всеобщему удивлению, в книжных магазинах появилось новое произведение автора «Обещание рая». Книгу, по соображениям конфиденциальности, отпечатали в Германии тиражом 300 000 экземпляров и даже не сообщили о ее рассылке в магазины. С книготорговцами связались только неделю назад, чтобы организовать презентацию.
 
Что же стало причиной такой тайной операции, достойной шпионского романа? В книге «Дом трех вязов» Фабрис Арто подробно рассказывает о смерти Ива де Монталабера, погибшего в прошлом году во время знаменитой ролевой игры «Энигма». Автор не только стал свидетелем убийства, но и оказался в списке подозреваемых. Дело получило широкую огласку в СМИ, однако расследование, которое все еще продолжается, пока не привело ни к арестам, ни к обвинительным заключениям.
 
На обложке указан краткий подзаголовок: «История». Главные герои фигурируют в книге под своими именами, и реальность описана без привычных для художественной литературы прикрас. Такой отказ от иносказательности может навлечь на автора большие неприятности. «За упоминание в тексте конкретных людей или событий писателя могут обвинить в диффамации, – объяснил нам эксперт по правовым вопросам и член парижской коллегии адвокатов. – Судьям придется искать баланс между творческой свободой и защитой частной жизни, что не всегда легко». Как нам стало известно, юридический отдел издательства высказал серьезные сомнения, изучив рукопись, и решение о публикации принял лично генеральный директор компании.
 
На данный момент о поступивших жалобах не сообщается, однако стало известно, что некоторые личности, фигурирующие в книге, выражают возмущение. В опубликованном вчера лаконичном заявлении Катрин Лафарг сообщила, что консультируется с адвокатами, чтобы определить, не «повредит ли текст ее репутации». Тридцатишестилетняя предпринимательница, и без того лишенная привычного лоска в результате бесконечных проверок ее компании на предмет мошенничества, прекрасно обошлась бы без подобной огласки. Соратники Поля Гранже сообщают, что он отозвался о публикации с гневом и заявляет о предательстве. И лишь актер Адриан Моро, похоже, не держит зла на своего бывшего партнера по актерскому цеху. Со свойственной ему иронией Моро выразил надежду, что по роману вскоре снимут фильм и он сможет принять участие в экранизации. «Я был бы счастлив сыграть самого себя в фильме или сериале», – сказал он.
 
Издатель Фабриса Арто попытался подвести итог намерениям писателя в заявлении для агентства «Франс пресс»: «Хотя в основе книги лежит судебное дело, это прежде всего результат творчества, вовлекающий в сюжет реальное событие, но окрашивающий его в новые тона силой опыта и воображения романиста».
   
Нельзя сказать, что критики единогласно приняли роман – большинство осуждают новую работу Арто за вуайеризм и стремление подогреть споры, нагнетая тревогу. Однако эти нелицеприятные замечания вряд ли произведут большое впечатление на Фабриса Арто и его издателя, ибо они уже довольно потирают руки: за три дня продано почти 70 000 экземпляров романа. «Дом трех вязов» становится крупнейшим бестселлером осеннего сезона, оставляя конкурентов далеко позади.
 
  
Глава 1
 
Эмбрунс
 
Этот дом в Бретани, у мыса Гильбен, принадлежит мне уже около пятнадцати лет. Здесь я начал или закончил несколько романов. Здесь я обретаю и покой, и вдохновение. Обычно я приезжаю сюда дважды в год: летом, когда задыхаюсь в Париже, и на Рождество, потому что в праздники, как известно, одиноким бывает непросто, а я предпочитаю полное одиночество, а не его имитацию.
Впервые я увидел Эмбрунс, еще когда был женат. Мы с женой отдыхали в Кот-д’Арморе и, побывав в Пемполе, отправились по тропе Таможенников на мыс. Великолепные места – длинный палец, сложенный из каменистой почвы и вулканической породы, величественно выдается в бухту, – но я обратил внимание только на один дом, самый последний на обочине асфальтированной дороги, которая потом превращается в пешеходную тропинку; внушительный двухэтажный особняк с покатой крышей, украшенный высокими кирпичными дымоходами.
Впоследствии я часто думал об этом доме. Он возвращался ко мне во снах – как Мандерли в «Ребекке», – и я даже написал роман, события которого разворачивались в этом доме. Описывал я его по сохраненным фотографиям. В Бретань я вернулся только спустя четыре года после того, как опубликовал «Обещание рая». На мыс меня словно потянуло магнитом, и я не стал сопротивляться. Интересно, не слишком ли я приукрасил тот дом в воспоминаниях? Ничуть – дом стоял у дороги, все такой же таинственный и завораживающий, как при первой встрече. Когда я увидел на воротах табличку «Продается», у меня заколотилось сердце. Знак судьбы. В тот же день я переступил порог агентства по продаже недвижимости. Я даже не стал торговаться, чем привел агента в удивление и восторг.
В доме я только перекрыл крышу, которая нещадно протекала, и больше ничего менять не стал, боясь испортить его очарование. Клэр и Юэна, семейную пару лет пятидесяти, из Пемполя, которые уже много лет присматривали за Эмбрунсом по поручению предыдущих владельцев, я тоже попросил остаться. Мне ничего не хотелось менять в этом домашнем ритуале. Клэр занимается уборкой, а Юэн следит за садом и что-то чинит там и тут. Я плачу им нелегально. Они от природы сдержанны, не из тех, кто сплетничает на каждом перекрестке, и это меня вполне устраивает. Не знаю, что бы я без них делал. Гостей у меня почти не бывает.
Однажды летом приехала бывшая жена. Я пригласил ее просто так, ни на секунду не предполагая, что она воспримет приглашение всерьез. Она приехала – сияющая, очевидно совершенно довольная новой жизнью, стройная, загорелая, подтянутая – и с новым кавалером, пластическим хирургом, который переделывает женские тела. Наблюдая, как она выходит из роскошного «Астон Мартина» своего бойфренда, я ощутил укол ревности. «Если б я приложил чуть больше сил, – подумал я, – у нас все сложилось бы по-другому». Но стоило мне вспомнить, какие «любезности» она бросила мне в лицо, когда мы расставались, как эта мысль растаяла навсегда.
С мстительной гордостью парвеню я повел ее посмотреть особняк, и она вдруг сказала странным тоном, скорее проницательным, чем обидным:
– Я вовсе не удивлена, что ты купил этот мрачный дом. Должно быть, тебе здесь нравится.
Может, дом и мрачный, но мне здесь спокойно.
Две недели назад я приехал в Эмбрунс. Просто не выдержал давления прессы после выхода новой книги. Слишком много было просьб об интервью, телефонных звонков, шквал приглашений – надолго такой накал страстей не затянется. Я знал, что выход «Дома трех вязов» не пройдет незамеченным, но даже не предполагал, что полемика достигнет такой остроты. Через два дня после презентации книги я перестал читать газеты и социальные сети – критика, оскорбления, крики возмущения со стороны постоянно недовольных превратились в поток грязи, грозивший меня захлестнуть.