Спасите меня, Кацураги-сан! Том 12 (СИ)

Вот только оплачивать на этот раз обучение я решил сам. Раньше, когда я проходил обучение по терапии и хирургии, я брал направление из своей организации. То есть «Ямамото-Фарм» оплачивала моё обучение, а я теперь обязуюсь отработать на них определённый срок.
Но тогда у меня было недостаточно денег. Я тянул кредит родителей, да и в целом ещё не разогнал свою зарплату до нынешнего уровня. Однако теперь у меня есть возможность самостоятельно оплатить обучение. Денег отложено много, хватит и на аренду помещения для частной клиники.
  
Другими словами, потрудиться придётся недурно. Но орден лекарей должен быть создан как можно скорее. В одиночку с грядущей суперинфекцией я могу не справиться. Проблема только в том, что вирус «Фебрис-12» — это не просто бомба замедленного действия. Это — бомба, которая может рвануть абсолютно в любой момент.
Хоть завтра, хоть через двадцать лет. В моём мире бактерия начала распространяться через полгода после падения метеорита. Как поведёт себя вирус здесь — вопрос. Всё зависит от того, куда попали его осколки, и как микроорганизм будет передаваться. В целом есть вероятность и благоприятного исхода. Его мутационная система может не справиться, и он исчезнет сам по себе.
Но рассчитывать на это точно не стоит.
Закончив оформление документов, я направился спать. Зная, как быстро и оперативно работает компания Хигашикаты, уже завтра я получу доступ к тестам и теоретической части. Нужно будет ускориться и пройти весь курс за пару недель.
Правда, организацию здравоохранения я никогда не любил. Потонуть в ней с такой же любовью, как в терапии или хирургии, у меня не выйдет. Слишком уж эта тема далека от прикладной медицины.
Следующее утро началось с жёсткого завала. Уже войдя в фойе, я узнал от заведующей регистратуры, что меня ожидает аж три срочных пациента!
А если на меня повесили трёх, значит, у остальных терапевтов не меньше.
Эта ситуация меня уже сильно напрягла, но дров в огонь подбросил Окабэ Акира своим звонком.
— Кацураги-сан! Я сейчас в стационаре. Скажите, у вас в поликлинике такой же завал? — протараторил он.
— Да, пациентов полно и все срочные. Терапевты ещё не успели даже переодеться, а уже суетятся по всей клиники, как муравьи, — сказал я.
— Я очень боюсь, что это уже началось, Кацураги-сан, — прошептал он. — Ко мне сейчас поступило пять человек с разной симптоматикой. У двух ОРВИ, у трёх гастроэнтерит.
Проклятье… Но торопиться с выводами не стоит. Нужно держаться себя в руках и мыслить холодно.
— Окабэ-сан, не спешим с выводами. Если мы будем у всех подозревать… — я огляделся и осознал, что вокруг меня куча лишних ушей. — Если будем подозревать сами знаете что, тогда поднимем панику. Для начала чёткий осмотр, дифференциальная диагностика, и лишь потом — окончательный диагноз. Как мы это и делали всегда. Но перестраховаться стоит. Поместите прибывших в бокс, а я пойду осматривать поступивших в поликлинику.
— Хорошо, Кацураги-сан, так и поступлю. Будем на связи. Если хотя бы у кого-то из нас появятся веские причины считать, что это «Фебрис-12», сразу же звоним в «ВОЗ».
Инфекционист положил трубку, я бегом рванул в свой кабинет, переоделся, взял все необходимые инструменты и спустился в кабинет неотложной помощи.
С первым пациентом обошлось. Там был мужчина с переломом таза, которого уже осмотрел травматолог, но понадобилась ещё и моя помощь, поскольку мужчина страдает сердечно-сосудистой патологией и без консультации терапевта его никуда госпитализировать не будут.
Что ж, очевидно, что вирус перелом вызвать не может. Похоже, мы зря забили тревогу. Это всего лишь обычный завальный день. Таких уже были десятки, если не сотни. Просто раньше мы не знали о потенциальной угрозе.
Во втором кабинете тоже обошлось. Там оказался пациент с подозрением на инсульт. Однако я быстро осмотрел его «анализом» и выяснил, что пока острое состояние ещё не наступило. Головной мозг в норме, а потеря сознания наступила из-за гипертонического криза. После расспроса родственников я выяснил, что мужчина перепутал свои таблетки с лекарствами супруги, которая страдает гипотонией. Другими словами, принял большую дозу кофеина.
После госпитализации гипертоника в терапевтическое отделение и пробежал к последнему экстренному пациенту — в третью смотровую. И там я уже с ходу понял, что на этот раз так просто не выкручусь.
— Кацураги-сан! — начал отчитываться фельдшер Нода Такео. — Мужчину подобрала скорая час назад. Сам шёл в клинику, но потерял сознание по дороге. Лихорадка.
Лихорадка… А вот теперь точно стоит быть крайне внимательным.
— Наденьте маску! — велел фельдшеру я, а сам заполнил ноздри антисептической магией, чтобы предотвратить попадание в свою дыхательную систему любого микроорганизма.
Пациента уже привели в сознание, но на контакт он шёл крайне вяло.
— Расскажите, с чего начались симптомы? — спросил я.
— Температура держится уже неделю, — простонала мужчина. — Но я в отпуске, больничный брать не захотел. А сегодня стало совсем плохо… Есть не хочется, жутко знобит. В животе страшный дискомфорт. То диарея, то запор — и так последние два дня.
Я перевёл взгляд на живот пациента и ужаснулся.
Весь покрыт розовой сыпью.
Лихорадка, помутнение сознания, сыпь и боли в животе. Очень разношёрстные симптомы. Вот теперь нужно проводить дифференциальный диагноз очень внимательно. Права на ошибку у меня нет.
С высокой вероятностью это может быть «Фебрис-12». И если это так… Страшно даже представить, что здесь начнётся уже через пару часов.
  
Глава 4
 
Самое главное, что я прекрасно понимаю — если постоянно думать об этом вирусе, то даже лекарь со всеми возможными видами «анализа» запросто пропустит другое заболевание. Мозг очень просто обмануть, когда на него воздействует сильный стрессовый фактор.
Поэтому я взял себя в руки и принялся осматривать всё тело своего пациента. От органа к органу сначала «органным анализом», затем «гистологическим» и уже напоследок прошёлся «клеточным».
Но смотреть нужно было не только вглубь. Как оказалось, на руках и ногах пациента тоже была такая же розовая сыпь, как и на животе. В некоторых местах мельчайшие точки уже исчезли, оставив после себя лишь изменённую пигментацию на коже.
А ведь это не просто сыпь! Не бугорки и папулы. Это — розеолы. Миниатюрные двухмиллиметровые пятнышки. Ох, всегда недолюбливал инфекционные болезни и дерматовенерологию за эти бесконечные сыпи. Их там сотни видов, и нужно уметь отличать каждую от другой, чтобы правильно выставить диагноз.
К счастью, я в этом вопросе разбирался и уже понял, что передо мной может быть совершенно другая инфекция. Бактериальная. Однако не стоит забывать, что «Фебрис-12» способен «притворяться» другой болезнью.
Но сыпь и лихорадка — это лишь полбеды. Настоящий хаос творился в кишечнике пациента. А именно — в тонком. Дело в том, что в его стенке находятся групповые лимфатические фолликулы — это элементы иммунной системы, которые обеспечивают защиту пищеварительного тракта от других вредоносных микроорганизмов.
Но, чёрт подери, кажется, последний оказался хитрее иммунной системы. И забрался прямо в эти фолликулы. Они сильно разбухли, и местами наблюдалась тенденция к некрозу.
Нет… Не просто тенденция! В некоторых местах некротические массы уже отошли и там образовались язвы.
Параллельно с осмотром брюшной полости я получал данные от «клеточного анализа». Он уже подготовил мне общий анализ крови. И как оказалось, там всё гораздо хуже, чем может показаться на первый взгляд.
Все показатели рухнули! Лейкоциты всех разновидностей, эритроциты, тромбоциты — всё упало. Такое впечатление, что инфекция воздействует на костный мозг и подавляет его активность. И если это та самая бактерия, о которой я думаю, то всё сходится.
Не укладывается в общую картину только одно.
— Повторите, пожалуйста, вы сказали, что вас беспокоят боли в животе, верно? — уточнил я. — Как давно?