Почти полночь (ЛП)

— Десятилетий, — Ник неподвижно уставился в тёмное пространство под лестницей. — Понятно.
— Я мог бы сказать тебе, что ты заключил со мной контракт на всю жизнь, Наоко, — холодно предупредил Брик. — Я мог бы с таким же успехом оставить тебя навсегда, и ты бы ничего не узнал. Вместо этого я сообщил тебе, когда контракт между нами был выполнен. Я позволил тебе решить, когда уйти. И я не остановил тебя, когда ты настоял на своём желании. Я отпустил тебя добровольно. Был ли я в восторге, когда ты сообщил мне, что решил вернуться в мир людей?..
  
Его губы скривились в отвращении.
— Я не был в восторге, — отрезал он. — …И всё же я не вмешивался.
Хрустальные глаза Брика вспыхнули алым, когда он уставился на своё потомство.
— Честно говоря, теперь я иногда воспринимаю это как ошибку, — признался старший вампир. — Но тогда я не сделал ничего предосудительного. Я не встал у тебя на пути, когда ты решил покинуть наш защитный анклав. Я не мешал тебе стать Миднайтом. И я не пытался вмешиваться, когда ты переехал в Охраняемую Мексико-Калифорнийскую Зону, чтобы работать в полиции Лос-Анджелеса, — его губы снова скривились. — Я даже почти не трогал тебя с тех пор, как ты вернулся сюда, в Нью-Йорк. В конце концов, именно ты пришёл ко мне здесь, питомец. Как ты обычно и делаешь.
Ник почувствовал, как его челюсти напряглись от этого замечания, но он промолчал.
Брик прав.
Он сам отправился к своему отцу.
Ник не раз обращался к Брику за информацией и даже за помощью.
Брик, по крайней мере, внешне, оставил его в покое.
И всё же Ник не мог заставить себя почувствовать благодарность.
— И как мы очутились здесь? — Ник изучал лицо своего прародителя, скрестив руки на груди. — Не было никакой «миссии» в Южной Америке. Ведь так? Та история, которую ты мне рассказал, о пещере в Южной Америке, о том, как мы с тобой «случайно провалились» во время какой-то операции с Блэком и Мири? Всё это неправда. На самом деле всё было не так, не так ли?
Брик фыркнул.
Он снова суетливо поправил один из рукавов.
— Нет, — согласился он.
— Как это случилось, Брик? — спросил Ник слегка холоднее.
Брик поднял взгляд, его красные глаза стали пронизывающими.
— Я думал, это и было целью вашего с Ларой небольшого проекта? Выяснить это самостоятельно? Зачем тебе спрашивать меня, если ты уже недвусмысленно сказал, что тебе не нужна моя помощь? Когда ты так явно не веришь ни единому моему слову? Даже когда я пытаюсь защитить тебя?
Ник нахмурился.
И снова он не мог не согласиться ни с одним из слов Брика.
Зачем ему спрашивать своего прародителя?
Почему он не отнёсся к предупреждению Брика насчёт Лары более серьёзно?
Ник, конечно, тоже не доверял Ларе. Если бы ему пришлось выбирать между ними, он доверял бы ей ещё меньше, чем Брику, и это о чём-то да говорило.
Однако Брик был прав и в том, что Ник не хотел, чтобы его прародитель помогал ему восстановить воспоминания. Он не мог верить ни единому слову старшего вампира, как бы убедительно это ни звучало.
С Ларой, по крайней мере, у него была Тай.
И Малек.
И, возможно, как и у Брика, у Лары были свои причины желать, чтобы Ник вспомнил это.
— Я оставлю тебе кое-что из наших общих воспоминаний, отпрыск, — внезапно сказал Брик резким голосом. — Если ты позволишь мне поделиться?
Ник с трудом сдержался, чтобы не закатить глаза.
Бл*дский Брик.
Даже если бы его прародитель соизволил поделиться с ним каким-то скудным кусочком правды, Ник не смог бы сказать, что из этого на самом деле являлось правдой, не говоря уже о том, как это было искажено, чтобы соответствовать какому-то другому повествованию или эмоциональному импульсу.
Тем не менее, любопытство было адским наркотиком.
— Как скажешь, — раздражённо бросил Ник. — Конечно. Ладно. Расскажи мне.
Полные губы Брика растянулись в кривой, не внушающей доверия улыбке.
— Мы пришли не все одновременно.
Ник моргнул и нахмурился.
— Что?
Брик нетерпеливо выдохнул.
— Мы. Пришли. Не. Все. Одновременно, — проговорил он.
Ник нахмурился, вглядываясь в тёмное пространство под лестницей.
Когда он снова сфокусировал взгляд, тот участок тени, где стоял его прародитель, уже был пуст. Брик исчез.
Не хватало только дымовой шашки, которую использовали старые фокусники — той, что издавала короткий свист и выпускала столб разноцветного дыма.
«Любитель драмы», — раздражённо подумал Ник.
И всё же он продолжал прокручивать в голове слова Брика.
Глава 12. Машина
— Я думала, у тебя новая работа, — Лара подняла глаза, сидя на высоком табурете. Она машинально помешивала серебряной палочкой горячий чай в стеклянной кружке. — Мне сказали, что тебя прямо с бойцовской арены забрали на работу в Верхнем Вест-Сайде. Это неправда?
Она с трудом скрывала своё раздражение, обнаружив Ника у себя на кухне.
Она с трудом скрывала своё раздражение, обнаружив Ника вообще в своей квартире.
Нику на самом деле было наплевать.
Он уже проверил внизу, и, как и ожидалось, поскольку было почти семь утра, прежде чем он нашёл безопасное для вампиров такси, которое доставило бы его сюда, он обнаружил, что там никого нет. Уинтер уже ушла на работу.
Тай, должно быть, ушла с ней.
Чёрт, они, скорее всего, уехали больше часа назад.
Ник оглядел первоклассную, но в то же время неизменно стерильную и на удивление непривлекательную кухню и попытался решить, насколько сильно ему прямо сейчас хочется связываться с генеральным директором «Архангела». Особенно учитывая, во-первых, насколько маловероятно, что она ему что-нибудь расскажет, во-вторых, его новообретённую зависимость от неё и, в-третьих, то, что Брик уже исчерпал его терпение до предела.
Он был не в том настроении, чтобы вступать в ещё один спарринг с социопатом-манипулятором, особенно после того, как сцепился со своим прародителем.
Кроме того, он задавался вопросом, насколько сильно эти двое работают вместе, даже сейчас.
Очевидно, Брик хотел, чтобы Ник знал, что он всё ещё пользуется доверием Сен-Мартен, учитывая его оброненные замечания о попытке Ника вернуть свои утраченные воспоминания.
Тем не менее, он также сказал Нику не доверять Сен-Мартен, что она может стоять за какой-то антивампирской ерундой, происходящей за кулисами.
Зная Брика и Сен-Мартен, оба заявления могли быть частью ещё одного давнего дерьмового газлайтинга, который они оба затеяли. Так или иначе, Брик просто хотел запустить свои когти в него раньше, чем это сделает Лара, и вернуть уверенность Ника в нём самом и Белой Смерти.
Какой бы ни была правда, Ник не мог отделаться от ощущения, что они объединились против него.
Он также не мог отделаться от ощущения, что их скоординированная кампания уже принесла, по крайней мере, один из желаемых результатов, а именно — измотала его до такой степени, что ему больше не хотелось спорить ни с кем из них. Он определённо не собирался тратить свою ментальную энергию на то, чтобы решить, кто из них двоих лжёт больше.
Во всяком случае, не сегодня.
Он знал, что в этом есть элемент смирения, и это его раздражало.
Бл*дь. Ему нужно было выдернуть себя из этого состояния.
Что бы это ни было, в какой бы неразберихе он ни оказался после закрытия портала, ему нужно было найти способ преодолеть это. Ему нужно было двигаться дальше.
Он не мог позволить себе просто погрузиться в гнев и депрессию.
Более того, он понимал, что отчасти его беспокойство из-за этой мысли было вызвано тем, что Брик рассказал ему о войне. Его беспокоили собственная апатия и безразличие.
  
Действительно ли он просто напивался, в то время как вся планета горела?
Был ли этот мрачный адский пейзаж хотя бы отчасти его виной?
Ник попытался отогнать эту мысль, но она не покидала его.