Дело времени (СИ)

Как только они вошли, им наперерез выдвинулась пожилая вахтерша, которая тут же начала уже очень хорошо знакомую обоим речь:
— Чего вы претесь, не видите, музей не работает, не экскурсионное время! Расписание на двери прочитайте, остолопы малохольные!..
— Добрый день, — вежливо ответил Аквист, вытаскивая из кармана удостоверение и справку. — Я помощник преподавателя Фадана Киго из университета Шенадора. Мы приехали к хранителю Вайши Орудо, с которым списывался наш руководитель. Будьте любезны, проводите нас к нему.
— Да? — вахтерша, кажется, не собиралась так легко сдавать позиции. — Сейчас проверим, кто тут с кем списывался. Вайша! — закричала она, да так громко, что дрогнули стёкла в старых окнах музейного холла. — Вайша, старый ацох! Иди сюда, тут к тебе какие-то двое явились!..
Голосом вахтершу Триединый явно не обделил, и вскоре Шини с Аквистом услышали торопливые шаги — кто-то спешил к ним через закрытый музейный зал.
— Оташенька, не кричи, милая, я слышу, слышу, — дверь зала отворилась, и в холл ступил пожилой гермо, видимо, тот самый Вайши Орудо. — Я уже пришел.
— Ты пока придешь, ночь настанет, — сварливо ответила вахтерша.
Тут надо пояснить один момент. Дело в том, что гермо расы рауф практически не меняются с возрастом внешне, и до глубокой старости чаще всего выглядят относительно молодо. Ну, конечно, старость не щадит и их тоже — возраст выдают седые волосы, морщинки, выцветшие глаза, но… по незнанию очень пожилого гермо вполне можно принять за молодого. Особенно если он следит за собой.
Впрочем, к Вайши Орудо это не относилось. За собой он если и следил, то это было совсем незаметно окружающим.
Во-первых, он был сед как лунь, во-вторых, одежда его явно знавала лучшие времена, в-третьих, он носил на глазах сильные увеличители, которые оказались еще и подвязанными веревочкой. Ходил он шаркающей походкой, сильно подволакивая левую ногу, и опирался на палочку, причем не ту, которую может выписать врач, а на самодельную. Видимо, подобрал подходящий сучок где-то в лесу.
— Доброго дня, — поздоровался Вайши. — Это вы от Фадана Киго? Да?
— Это мы, — церемонно поклонился Аквист, а следом за ним и Шини. — Доброго дня, уважаемый.
Вахтерша фыркнула. Тут же стало понятно, что Вайши в её понимании никакого уважения не заслуживает.
— Оташ, мы пойдем побеседуем, — снова залебезил гермо. — Мы не очень долго.
— Я тебя не знаю, не долго, — проворчала вахтерша. — Чтобы к обеду был. Учти, я греть не стану, будешь жрать холодное.
— Так Вукер подогреет мне…
— Он спать ляжет! У него давление! А тебе лишь бы лазить по твоим подвалам этим да чушь всякую выдумывать…
Ворча что-то себе под нос, вахтерша удалилась. Вскоре входная дверь хлопнула, и они остались в холле втроем.
— Вы её извините, — попросил Вайши. — Я сам виноват. Не оправдал, так сказать, надежд. И Вукер не оправдал. А ведь так хотелось, так хотелось… Оташенька была такая красивая в молодости!.. Красивая, романтичная… ах, молодость… всё тлен, всё тлен…
— Да нормально, — улыбнулся Шини. — У меня мама тоже орет. То на отцов, то на нас. Бывает.
— Да, син, бывает, — покивал Вайши. — Однако у нас действительно не очень много времени. Пойдемте, юноши.
* * *
— …то, что прислал ваш преподаватель. Это феноменально! Это было для меня как гром с ясного неба! Так вы говорите, диск? Идеально круглой формы?
— Ну да, — кивнул Шини.
— Как это похоже на древних, — покачал головой Вайши. — Мы-то и колесо ровно сделать не можем, всё косое и кривое. А это… мальчики, милые, скажите, диск ведь черный, да? Совершенно черный?
Аквист и Шини переглянулись.
— Черный, — согласился Аквист. — Каменный и черный.
— Это не камень, — снисходительно пояснил Вайши. — И дом, в котором мы сидим, на самом деле тоже не из камня.
— А из чего же? — удивился Шини.
— Вот что. Давайте я вам кое-что покажу, — предложил Вайши. — Но, юноши, большая просьба. Никаких научных статей и изысканий на эту тему.
— Почему? — с интересом спросил Аквист.
 
— А я не хочу, чтобы меня признали сумасшедшим, и до конца моих дней кормили каким-нибудь «спокойствием» или «безмятежностью». Оташенька очень расстроится. Поэтому то, что я вам покажу, вы покажете только своему преподавателю. Но не дальше. Договорились?
— Хорошо, — Аквист задумался. — Если честно, мы и не собирались. У нас частный заказ, и заказчик, я думаю, не ученый. Он-то точно ничего писать не будет.
— Не ученый? — удивился Вайши. — А кто же?
Аквист задумался.
— Мы не знаем, но не ученый точно, — осторожно ответил он. — Мне кажется, ему это надо для себя.
— Для себя, для себя… — забормотал Вайши. — Для себя? Интересно и необычно. Мальчики, у меня будет просьба к вам. Если вы продвинетесь, то напишите мне письмо, хорошо? Я буду вам благодарен.
— Хорошо, напишем, — согласился Аквист. — Так что вы хотели показать?
— Показать?.. Ах, да. Показать. Идемте.
Подвал у музея против ожидания оказался очень и очень глубоким. До этого ни Аквист, ни Шини таких глубоких подвалов не видели — хотя бы потому, что в истинных строениях древних они никогда не бывали. Кроме Круглой Горы существовало на планете, кажется, еще три города, в которых стояли подобные здания, но они были в худшей сохранности, и располагались очень далеко от Шенадора. Да и не увлекались никогда Шини с Аквистом археологией и архитектурой. По большей части их интересовали истории древних родов, правящих и побочных династий, войны, победы… архитектуру они знали, конечно, но гораздо более позднюю.
Спустившись следом за Вайши на четыре этажа вниз, они очутились в длинном коридоре со сводчатым высоким потолком. Никаких стыков между камнями заметно не было — это удивило Аквиста.
— Стыки? — переспросил Вайши в ответ на его вопрос. — А их никогда не существовало.
— Но наверху…
— Наверху — процарапано, — пояснил хранитель. — Это здание на самом деле монолитно. Как и все другие такие же. Вы не знали?
— Монолитно? — переспросил Шини. — То есть вы хотите сказать, что это здание…
— Вы не знаете, что значит слово «монолитно»? — хмыкнул Вайши.
— То есть оно целиком… но сколько же оно весит?!
— Весит? — не понял Вайши.
— Но, получается, эти дома сюда кто-то привез и высек, так? Привез огромные камни, и сделал из них дома? — Аквист лихорадочно заозирался. — Но в таком случае должны быть обломки какие-то! И потом, что за техника может поднять такой камень?! Да еще и целиком, и без трещин?
— Никаких обломков нет и быть не может, сейчас поймете, почему. Так, почти пришли, — Вайши остановился перед неприметной узкой дверью и стал возиться с замком. — Сейчас, сейчас… юноши, помогите-ка мне. Надо перетащить вон те сундуки в коридор. Иначе мы ничего не увидим.
— Зачем в коридор? — не понял Аквист.
— Затем, что я сундуками задвинул то, ради чего вас сюда привел. Нашей науке категорически противопоказаны прорывы и рывки, — наставительно заметил Вайши. — Надеюсь, слово «ортодоксальный» вам объяснять не надо? Догадаетесь, что значит? Вооот. Ага, вон тот сундук еще. А теперь смотрите.
Сначала Аквист подумал, что хранитель чокнулся — тот присел на корточки на пол в углу и принялся что-то поднимать… с совершенно пустого пола. Через секунду участок пола вдруг пошел вверх, как крышка люка, и слегка отъехал в сторону. Участок этот имел правильную овальную форму, и оказался тонким, сантиметра два, не больше.
— Здорово, да? — гордо улыбнулся Вайши. — Посмотрите, что там.
Шини и Аквист покорно заглянули в отверстие в полу и оторопели.
— Простите, но это… это кости? Такие огромные?! — с ужасом спросил Шини. — Триединый меня возьми…
— Это не кости, — снисходительно ответил хранитель. — Это то, что поддерживает дом, в котором мы находимся. На самом деле эти штуки больше похожи на прожилки в древесном листе, просто они много больше, и давно, как бы правильно сказать, мертвы. Они пронизывают весь дом…