Дело времени (СИ)
— Пап, чего вы тут спорите?
— Дашуль, вот скажи, если бы кто-то при тебе сказал такие слова… «девушка с большими глазами», ты бы что подумала? — осторожно спросил Скрипач. Даша в ответ насмешливо прищурилась.
— Я бы сказала, что мы на пляже сегодня этих больших глаз видели сто штук. Рыжий, я же не маленькая!
— Тебе пять лет, — напомнил Скрипач.
— Ага. Пять лет и четыре месяца. И чего? Ерунда какая.
— Так что же такое эти глаза? — Скрипач с интересом склонил голову к плечу.
— Рыжий, ты дурак! Это грудь!
— Ясно, молодец, — одобрил Скрипач. — Только давай в следующий раз мы не будем так её называть, хорошо?
— Это почему? — нахмурилась Даша. — Так все говорят. Даже мама.
— Ну, если мама, то можно, — успокоил Ит. — А где Вера и мама, Даш?
— Сейчас придут, они шербет купить хотят, а его не принесли еще. Пап, а вы про что спорите? Ну, папа…
— Понимаешь, зайчик, папа тут ваяет некую хрень типа книжки, только она взрослая, — сообщил Скрипач. Ит показал ему кулак. Скрипач в ответ скорчил рожу. — А я ему говорю, что так писать нельзя, как он пишет.
— А мне можно почитать? Ну пап, ну пожалуйста, пожалуйста! Ну мама же читала «Незнайку на Луне», там же тоже… всякое… и про воров, и про бандитов… Ну папочка, ну миленький!
— Даш, да подожди ты! — взмолился Ит. — Я же пока не написал! Там два крошечных кусочка, и всё.
— А долго ты будешь писать? — дочь нахмурилась, и Ит в который уж раз поразился, до чего она похожа на Берту. Такой же высокий упрямый лоб, такой же завиток волос…
— Не очень, — заверил Ит. — Но, Дашуль… это для правда взрослых.
— Да ну тебя! — дочь обиделась. — Я уже не маленькая.
— Ладно, — решился Ит. — Хорошо. Я тебе прочитаю. Только можно я сначала допишу?
— Так и быть, — милостиво разрешила Даша.
В прихожей номера щелкнул замок, и через секунду в комнату вбежала четырехлетняя Вера. В обеих руках у неё было по стаканчику со шербетом.
— Папа, смотри! Вишневый! — закричала она с порога.
— Круто! — закричал в ответ Скрипач. — Молодец, кисик! Тащи сюда.
— Чего вы так орете? — поинтересовалась Берта, тоже входя в комнату.
— От радости, — ответил Скрипач с достоинством. Вера кивнула, соглашаясь.
— Ох, наедитесь вы сейчас мороженого, потом ужинать не загонишь, — вздохнула она. — А что это вы такое обсуждали?
— Ит опять пишет, — сообщил Скрипач. — Всё то же самое.
— «Насмешников»? — с удивлением спросила Берта. — Господи… делать тебе больше нечего.
— Совершенно нечего, — согласился Ит.
— Почитаешь потом?
— Ладно, почитаю, — кажется, Ит сдался окончательно. — Ничего от вас не спрячешь.
— А чего там дальше было? — с интересом спросил Скрипач.
— Завтра узнаете…
3
Старый хранитель
В этот раз Ит блокнот прятать не стал, поэтому искал его Скрипач втрое дольше. Он обшарил все закоулки, но нашелся блокнот в письменном столе, в верхнем ящике. Сказав про себя всё, что он про Ита думает, Скрипач поудобнее сел в кресло и начал быстро читать. На этот раз глава оказалась длиннее, чем прошлая.
Вся семья была пока что на пляже, а он сумел выбраться в номер пораньше. Ит, кажется, догадался, в чем дело, но остальных вполне устроило объяснение, сводившееся к тому, что очень жарко, и очень хочется в душ.
Скрипача, конечно, интересовала не Бонни, а та самая загадочная хрень, с которой началось повествование, и в этот раз ожидания его не обманули. В главе речь шла именно про хрень.
И не только.
* * *Из писем Фадан в результате выделил десяток. Этот десяток показался ему наиболее интересным. Девяти хранителям Фадан ответил лично, отправив Бонни практиковаться на кухню, а к десятому решил послать Аквиста и Шини. Ехать было нужно в другой город, совсем маленький, находившийся, к счастью, неподалеку от Шенадора. Город этот назывался Круглая Гора, и располагался примерно в пятидесяти километрах.
— Прокатитесь, это будет интересно, — Фадан вытащил карту и разложил её на столе. — Городишко старый, заодно и архитектуру посмотрите.
— Фадан, мы вообще-то уже отучились, — напомнил Шини. — Зачем нам сейчас архитектура?
— Затем, что ты олух, олухом и останешься, — Фадан рассердился. — Центр города, в котором нужный музей, имеет так называемую кольцевую застройку. Причем древнюю. Истинную.
— И что в этом такого? — удивился Аквист. — Да половина монастырей и старых городов такую застройку имеют. Еще спиральные бывают, правда, редко.
— Тоже олух, — констатировал Фадан. — Здания в Горе — истинные, ты не расслышал? Они древние, непонятно по какой технологии выстроены. И до сих пор исправно функционируют. Еще с тех времен.
— Ааа… — дошло до Аквиста. — Всё, я понял. Это которые лентой, под углами. Ясно. Серый камень неизвестного происхождения.
— Не совсем олух, — похвалил Фадан. — Да, это такие. Так что берите фото, что-нибудь поесть, и отправляйтесь.
— А фото зачем? — удивился Шини.
— Увидишь…
* * *Денек выдался солнечный, сухой, радостный — в самый раз для путешествия. Аквист и Шини добрались до автовокзала, сели в автобус, и час наслаждались дорогой. Именно наслаждались, потому что погода стояла дивная. Самое начало лета, и как будто праздник вокруг. Небо чистое, ни облачка, деревья стоят зеленые, свежие, не пропыленные, а дома и пригород словно бы принарядились и выглядели ярко и светло.
Обсуждали они по дороге всё подряд, исключая, конечно, то, ради чего ехали. И общежитие, и Бонни, и возможный переезд, и то, где там, в Горе, можно будет пообедать, чтобы не ходить весь день до вечера голодными.
Когда автобус остановился, наконец, на автовокзале, они подхватили свои рюкзаки и отправились на поиски музея.
— Нам, видимо, вверх, — справедливо заметил Аквист. — Шини, посмотри по карте, мы правильно идем?
— А зачем тебе карта для этого? — удивился Шини. — Женщина, простите, вы местная?
— Да, а чего? — толстушка, которую окликнул Шини, остановилась.
— Вы не подскажете, как пройти к музею?
— Ты бы еще про библиотеку спросил, — фыркнула толстушка. — Наверху он где-то. Я, мальчик, тут живу и работаю, некогда мне по музеям ходить.
— Ясно. Спасибо, — ответил Шини вслед толстушкиной спине. — Пошли.
Музей они нашли быстро, правда, пришлось немножко поплутать между домами, которые на самом деле никакими домами не были. А были они постройками (по одной из версий) каких-то очень древних рауф, которые неизвестно откуда привезли неимоверно плотный серый камень и вырезали из него довольно большие прямоугольные здания, расположив их на склоне пологого холма особым образом. Здания стояли не как положено, по прямой, а кольцами, причем слегка под углами друг к другу, и, несмотря на то, что они были разного размера, неведомый архитектор расположил их на склоне с математически выверенной точностью. Каждое здание отстояло от соседа на одинаковое расстояние, и было развернуто по отношению к этому соседу на одинаковый угол.
Сейчас, конечно, о том, что это постройки неведомых древних, не напоминало почти ничего. Часть зданий была облицована, часть перекрашена, на многих висели вывески (чего тут только не было! и сувенирные лавчонки, и столовые, и гостиницы — место-то туристическое, историческое), а те, которые остались жилыми домами, были украшены «под старину». И наличники на окнах, и деревянные аляпистые двери, и мощение перед домами — у каждого дома своё. Кое-где даже с узорами.
Здание музея, впрочем, отыскалось быстро. Оно было большое, и его, о чудо, никто не перекрашивал и не облицовывал. Да и двери были самые простецкие. Ну ясно, музей-то государственный, кто же будет тратиться на украшения?