Гений медицины. Том 6 (СИ)

— Что за девушка? — хорошее настроение у Брусилова испарилось окончательно.
— Понятия не имею, — Владимир Александрович открыл дверь. — Я обязательно передам, чтобы он к вам зашёл.
Он ловко покинул кабинет, и едва ли не затанцевал в коридоре от радости. Вот теперь утро можно считать добрым!
* * *
На следующее утро мы с Клочком вновь отправились в клинику. Он жаждал мести над Кравцовым, и сегодня мы планировали её осуществить.
  
В ординаторской меня поджидал Зубов, который сообщил, что к себе вызывает главврач. Что ж, после вчерашнего письма от Кравцова это оказалось вполне предсказуемым. Решив не откладывать этот разговор, я сразу поспешил к нему.
— Доброе утро, Николай Андреевич, — вошёл я в кабинет главврача. — Вызывали?
— Да, заходите, — поспешно кивнул он. — Я хотел обсудить конференцию с нашими зарубежными коллегами, которую готовит наша клиника. Дело в том, что до них каким-то образом дошла информация о том, что вы не заканчивали ординатуру…
— И каким же образом она могла дойти? — сразу спросил я.
Сам-то я прекрасно знал, какой именно путь проделала эта информация.
— Были упоминания об анонимном письме, — признался главврач. — Честное слово, я понятия не имею, кто бы мог такое отправить.
— Какой-то недруг, который явно не желает, чтобы развивалась лекарская магия, — пожал плечами я. — И что в итоге?
Я жирно намекнул на Кравцова, но напрямую его фамилию не называл. Думаю, главврач и сам начнёт его подозревать. Но сам я отомщу эндокринологу по-другому.
— Германия и Франция отказались от участия в предстоящей конференции, — признался Николай Андреевич. — Но остальные страны всё равно выразили желание участвовать. Кто-то вообще счёл это сообщение спамом, кто-то поверил, но заявил, что это не имеет никакого значения. Так что, конференция и ваша лекция состоятся, пока точную дату правда назвать не смогу.
— Приятно слышать, — кивнул я. — Могу идти?
— Да… — главврач помялся пару мгновений. — А вы думаете, что кто-то в нашей клинике настолько против развития вашего учения о лекарской магии?
— Может найтись такой человек, — кивнул я. — Сторонник фармакологии, например.
Главврач задумчиво кивнул, и я покинул его кабинет.
* * *
Около десяти утра Кравцова к себе вызвал Николай Андреевич. Странно, что ему вдруг понадобилось? С отчётами и заявками на препараты на этот месяц всё было решено.
— Владислав Сергеевич, — главврач сразу перешёл к делу. — Скажите пожалуйста, не вы ли рассылали анонимные письма нашим зарубежным партнёрским клиникам по поводу Боткина?
Чёрт, как он узнал⁈ Спокойно, внешне надо выказать максимальное возмущение.
— Какие письма? — Кравцов даже руками всплеснул. — Вы о чём?
— Всем клиникам, которые входят с нами в одну программу, были присланы анонимные письма-предупреждения про нашего терапевта, Боткина Константина Алексеевича, — главврач прищурился. — Там было сказано как раз о том, что он не проходил ординатуру. Помнится, совсем недавно вы и лично поднимали этот вопрос…
Чёрт. А ведь этот момент Кравцов не продумал! Как можно было так глупо попасться!
Хотя… Это же можно наоборот, использовать в свою пользу.
— Я помню наш разговор, — кивнул эндокринолог. — И уверяю вас, никакие письма я не слал. Стал бы я так глупо подставляться, верно?
— Верно, — главврач явно задумался над его словами. — Что ж… Не смею больше задерживать. Но в любом случае, лекция Боткина всё-таки состоится.
— Приятно слышать, — эндокринолог спешно покинул кабинет.
Вроде бы пронесло. Он вернулся в свой кабинет. Надо бы удалить те письма из папки «отправленные». На всякий случай.
Подошёл к столу и буквально замер. На его клавиатуре красовалась бумажка с надписью «Око справедливости следит за тобой, усатый Влад».
Что это за приколы такие⁈
* * *
Идея с запиской принадлежала Клочку. Очень уж он хотел как-нибудь побольнее ужалить Владислава Сергеевича. Поэтому и придумал это проникновение в его закрытый кабинет, и оставление записки.
Больше для собственного развлечения, конечно же. Но я не возражал. Пусть крыс отрывается по полной.
Сам же я задумал несколько иное наказание. Надо было немного спустить эндокринолога с небес на землю. Поэтому я вызвал его якобы на консультацию. Заранее обговорил с пациентом небольшой розыгрыш, и ещё позвал «случайных» зрителей — неразлучную парочку Зубов и Терентьев.
Пациент с радостью согласился мне помочь. Ему было скучно лежать, и подобные развлечения были только в радость.
— Добрый день, — поздоровался я с эндокринологом, когда он ввалился в палату. — У меня тут довольно сложный случай. Поэтому я вызвал вас для консультации.
— Неужели знаменитый на всю клинику Боткин испытывает в чём-то затруднения? — Кравцов был так горд этим фактом, что ни на секунду не заподозрил подвоха.
— Именно так, — печально кивнул я.
Тут Владислав Сергеевич заметил зрителей, и это всё-таки немного его смутило.
— А вы что тут делаете? — спросил он.
— А мы поспорили на бывшего птенца Зубова, — нашёлся Терентьев. — И кажется, Мишутка уже проиграл мне деньги. Не обращайте на нас внимания.
Зубов что-то зашипел Терентьеву, но гинеколог остался невозмутимым.
И Кравцова данный ответ более чем удовлетворил. Он спокойно повернулся к пациентке.
— В чём у вас вопрос? — спросил он.
— Я принимаю Глюкоринол от сахарного диабета, — проговорила женщина. — Но доктор сказал, что у меня всё равно держится повышенный сахар. Нужно либо менять дозировку, либо менять препарат.
Название она выговорила правильно. Вся фишка заключалась в том, что никакого Глюкоринола не существовало. Это был выдуманный препарат.
— Так, как ещё раз? — переспросил Кравцов.
— Глюкоринол, — уверенно ответила она.
Дальше должен был вступить я по сценарию.
— Это хороший препарат, довольно дорогой, — я сделал небольшую, но значимую паузу. — Вот думаю, может увеличить дозировку? Владислав Сергеевич, наша клиника делает заказы на этот препарат?
— Кхм, конечно, — тот попытался придать голосу уверенности. — А в какой дозировке вы его сейчас пьёте?
Поверил. Честно говоря, до конца не был уверен, что он купится на этот вымышленный препарат. Сомневался в этом и Зубов, которому я рассказал свою идею. Наставник был в курсе наших с эндокринологом стычек.
Но нет, Кравцов и правда купился на этот обман.
— Я не помню дозировку, доктор, — чётко по сценарию ответила женщина. — Я пью его по одной таблетке два раза в день, за тридцать минут до еды.
— Насколько я помню, это и правда отличный препарат, — теперь Владислав Сергеевич начал выдумывать на ходу, и нам оставалось только внимательно слушать, как он теряется в паутине лжи. — Поэтому я советую всё-таки оставить в лечении его. Просто увеличить дозировку до двух таблеток два раза в сутки.
— А у него не будет побочных эффектов, если я так увеличу дозу? — пациентка упоминала мне, что в школе ходила в театральный кружок. И сейчас это пригодилось, играла она ну очень убедительно.
— Нет, это абсолютно безопасный препарат, — Кравцов окончательно расслабился. Он решил, что всё под его контролем.
А теперь — финальный удар.
— Владислав Сергеевич, прошу прощения, — вступил в разговор Зубов. — Но такого препарата не существует.
— И вы только что расписывали схемы приёма несуществующих таблеток, — кивнул я.
Кравцов в ужасе на нас уставился.
— Но как же… — он указал рукой на пациентку.
— У меня вообще нет сахарного диабета, — улыбнулась она. — Я лежу здесь с давлением.
  
Теперь Владислав Сергеевич покраснел от злости.
— Как это понимать⁈ — обратился он ко мне.
— Решил проверить ваши знания по фармакологии, — усмехнулся я. — И два заведующих свидетели тому, что знания эти очень хромают. Подтяните их к следующей лекции, а то вас страшно к пациентам допускать будет.