Гений медицины. Том 6 (СИ)

— Прошу прощения, — сквозь зубы выдавил тот, и поспешил отойти.
Пришло время переходить к самой дегустации. Перед каждым из собравшихся людей поставили поднос, на котором лежали образцы сладостей для всех групп. И дегустация началась.
После тщательных проб каждый из этой группы записывал свой голос, и кидал его в коробку.
Вскоре начался подсчёт голосов.
— Два голоса за Пашина Валерия Петровича и тринадцать голосов за Боткина Константина Алексеевича, — громко заявил Анатолий Кириллович. — Поздравляю, Константин, ваши рецепты выиграли!
  
— Поздравляю! — кажется, барон Кантемиров обрадовался чуть ли не больше, чем я сам. — Константин, и отдельно я хотел бы извиниться, за весь этот цирк. Посчитал, что так будет правильнее. Не предвзятее, что ли. И вы лишний раз показали, что лучший кандидат для подобного дела.
— До поры до времени, — гордо добавил Валерий Петрович, и покинул кондитерскую.
Брат его кинул на меня гневный взгляд, но уйти не мог — ему ещё предстояло саму кондитерскую закрывать. Он же работал тут продавцом. Поэтому он только и ограничился, что этим гневным взглядом.
— Рад, что всё так разрешилось, — улыбнулся я.
— Прошу, я заранее подготовил первую часть обговоренной суммы, — барон Кантемиров лично протянул мне конверт с деньгами. — И ещё хотел бы пригласить вас завтра на ужин. Отметим вашу победу и начало нашего сотрудничества. Заодно обсудим, когда лучше провести фотосессию.
— Фотосессию? — переспросил я.
— Я же говорил идею, на этой линейке сладостей будет надпись «одобрено доктором Боткиным», — поспешно ответил барон. — И я подумал, что фотография тоже будет кстати. Если вы не против, конечно.
О таком он меня заранее не предупреждал. Но в принципе, против я не был. Покрасоваться на обёртках от разработанных сладостей даже чем-то необычно.
— Завтра обговорим, — кивнул я. — Во сколько приезжать?
— Давайте в девять вечера, — отозвался Кантемиров. — Можете взять и вашу девушку с собой.
Настя будет только рада. Мы ещё обговорили несколько деталей, а затем я пошёл по другим делам.
Если точнее — пошёл в банк «Императорская казна». Это была сеть самых крупных банков Российской империи. Во-первых, я планировал оттуда перевести часть денег отцу, чтобы он полностью закрыл вопрос с кредитом. А во-вторых, открыть уже собственный кредит.
Первую часть плана легко удалось решить через банкомат. Закончив, я пошёл в само отделение, к менеджеру Анатолию.
— Добрый вечер, — поздоровался с ним. — Я бы хотел взять в вашем банке кредит. Расскажете, что для этого нужно?
— Приходите завтра, — Анатолий был очень занят, копаясь в своём телефоне. — Банк уже скоро закрывается.
— До закрытия у вас ещё полтора часа, — заметил я. — Так что будьте любезны, ответьте мне на мой вопрос.
Анатолий раздражённо выдохнул, и убрал свой телефон.
— Цель кредита? — спросил он.
— Открытие собственного бизнеса, — заявил я. — Первоначальный взнос есть в размере десяти процентов. Кредитная история чиста. Официально трудоустроен, зарплата стабильная, белая. И лучше бы вам сделать лицо поприветливее, всё-таки я клиент.
Ну не смог я промолчать, наблюдая его лицо кирпичом.
— Прошу прощения. Как ваша фамилия? — он открыл какой-то файл на компьютере. И постарался натянуть на лицо дежурную улыбку. Ладно, сойдёт.
— Боткин Константин Алексеевич, — представился я.
Пара минут мучительного тыкания по клавишам. Своё же время теряет, у меня его — вагон.
— Вашего рода нет в списке, — наконец, заявил он. — Так что для вас первоначальный взнос должен составлять двадцать пять процентов.
— И что же это за список? — поинтересовался я.
— Список родов, которые… могут себе позволить взять кредит, — ответила Анатолий.
Гениально. Просто логика в стиле Шуклина, давненько я с таким не сталкивался.
— При чём здесь вообще мой род? — спросил я. — Кредит буду брать я. Отдавать тоже я. И я могу позволить себе его взять, уж поверьте.
— Такова политика банка, — Анатолий вновь уткнулся в телефон. — Ничем не могу помочь.
Ох, всё, доигрался он. Я выхватил телефон у него из рук, и положил его на стол. Менеджер уставился на меня в недоумении.
— О такой политике не было указано ни на одном сайте, что я изучил, — заявил я. — Везде указана именно такая ставка на кредит, и такой первоначальный взнос. А ещё у меня нет времени выслушивать ваши рассказы про «особый список родов и особую политику». Поэтому вы дадите мне список документов, и рассмотрите мою заявку на кредит. Или банк как минимум получит жалобу за неуважительное обращение к клиентам. Вам всё понятно?
Эта речь возымела нужный эффект. Анатолий явно занервничал. Понял, что я могу и до его начальства дойти.
— Но политика банка… — уже менее уверенно сказал он.
— Это меня не интересует, — отрезал я. — Список документов для заявки, я жду.
Откинулся на спинку стула, всем видом показывая, что без бумаг уходить не намерен. И сотрудник сдался.
Он выдал мне небольшой список, что требовалось собрать для подобного кредита. Документов там оказалось даже больше, чем я ожидал.
Отдам этот список Раскольникову, он теперь занимается в нашей команде всеми документами.
— Благодарю, — я протянул телефон обратно сотруднику.
После банка я заскочил к Насте. Давненько нам не удавалось проводить время вдвоём дома. Всё бесконечные вылазки куда-то.
Заодно пригласил её на завтрашний ужин к Кантемирову.
После чего отправился домой, отдыхать после очередного насыщенного дня.
* * *
Квасов поджидал Брусилова уже с утра. Всё складывалось, как нельзя лучше. Вчера, прогуливаясь вечером по Невскому проспекту, он случайно увидел, как Боткин зачем-то заходил в банк. За чем конкретно, разумеется, узнать было невозможно.
Но этот факт снова заставил подумать о варианте Вероники. Обвинить Боткина и Чехова в растрате бюджета… Финансирование на их проекты выделяется не ахти какое, разумеется, но гораздо лучше, чем на проекты Квасова. И это может сработать…
Разумеется, первоначальный план это не отменяло. И он снова отправил свою сестру окучивать Чехова. Пора было уже поссорить его с Дарьей. А он, Владимир Александрович, утешит девушку в своих объятиях.
Так размечтался, что чуть приход Брусилова не проморгал! А тот уже прошёл в свой кабинет.
— Андрей Михайлович, к вам можно? — заглянул он к нему.
— Можно, — сегодня Брусилов явно был в отлично настроении. Ну, это ненадолго. — Что вы хотели, Владимир Александрович.
— Я тут просто думал…– издалека начал тот. — Боткину и Чехову ведь выделяется солидное финансирование. Они вовремя предоставляют все отчёты о тратах?
Брусилов тяжело вздохнул.
— Да, хоть это вас и не касается, — ответил он. — Все их отчёты в полном порядке.
— Хорошо, хорошо, — Квасов почесал подбородок. — Ну… А это не могут быть поддельные отчёты?
Тут надо действовать осторожно. Не обвинять напрямую, а посеять у Андрея Михайловича зерно сомнения.
— Что вы такое говорите, — возмутился тот. — Все отчёты в порядке, я уверен. Вы вообще к чему ведёте?
— Просто вчера я видел, как господин Боткин ходил в центрально отделение банка, — отозвался Квасов. — Подумал, что ему наверняка нужны деньги. А это такой соблазн, умыкнуть их из бюджета учёного совета…
— Ерунда, — нахмурился Брусилов. — Я в них уверен, они такими делами не занимаются. Если у вас всё — то у меня куча дел.
Тут главное не передавить. Для первого раза достаточно.
— Да, прошу прощения, — Квасов направился к двери.
— Кхм, но пригласите ко мне Чехова на разговор, пожалуйста, — кашлянул Брусилов.
  
Попалась рыбка на крючок! Всё-таки зерно сомнения посеяно очень даже неплохое. А можно ещё и дополнительную атаку сделать!
— Конечно, только если найду его, — беспечно отозвался Квасов. — В последнее время он много времени проводит с неизвестной мне молодой девушкой. Кажется, она где-то здесь практикуется, но я не уверен.