Огненный князь 5 (СИ)
Наконец, она открывает глаза. Очнулась. Я осторожно опускаю ее на кровать — потому что я все-таки устал и затем еще, чтобы без труда добраться до ее попки и овладеть ей еще глубже.
Теперь я наверняка знал, что одного раза для нее недостаточно, а сам я задержался немного на подъеме к вершине и был не прочь затопить ее буквально распирающей меня спермой.
Сейчас самое время посмотреть в ее наполненные страстью глаза — в них я увидел жажду продолжения. Вера — прекрасная и замечательная, безумно похотливая, изнемогала от желания, и жар ее тела испепелял меня и заставлял задыхаться, словно от нестерпимого зноя. Кажется, что кружится голова, я не могу больше стоять сверху и припадаю губами к ее чудесной груди, небольшой, но такой вкусной. Я играю языком с ее соском, целую смуглую кожу вокруг и спешу ласкать второй. Мокрые, они блестят и встают еще больше. Она стонет и улыбается мне в ответ.
— Видишь, моя попка ждет — прошу тебя! — стонет Вера, когда пальцы мои спускаются по ее животу, проскальзывают вниз, минуя девственно гладкий лобок, немного погружаются в истекающую соком пещерку, затем сначала нежно, а потом все настойчивей — один, второй, третий — проникают в узкую дырочку попки. Конечно, она уже не девственница в этом смысле, и анус уже не раз доставлял ей удовольствие, пропуская в себя немаленький мой член, но такая попка достойна самого нежного отношения. Нежно смазываю пальцы в ее смазке. Теперь опять внутрь — как легко! — и дырочка раскрывается еще больше, словно понимая, что боли так и не будет.
Вера, конечно же, не выдерживает, одна ее рука оказывается вдруг рядом с моей, и подождав, когда я на секунду вышел из нее, сама запускает туда пару пальчиков. Ее движения глубже и быстрее, темная воронка ануса пульсирует все интенсивней, то сокращаясь вслед выходящей руке, то покорно раздвигаясь, принимая пальчики обратно.
Широко распахнутыми глазами я смотрю на ее игру, потом в глаза. Нет, — конечно, без слов, мой взгляд говорит ей — я не могу смотреть, как ты мастурбируешь, я сейчас взорвусь. Просто взорвусь…
Все происходит в одно мгновение — очень-очень быстро… Я хватаю ее за ноги. Повыше их. Ее руки помогают мне. Еще. Теперь бедра ее раздвинуты, Вера схватила себя под коленками и притянула их к себе, отчего ее зад немного приподнялся, а попка оказалась как раз напротив члена. Беру его рукой, подаюсь вперед — она кусает губы — касаюсь ее ТАМ, все сильнее, теперь немного надавить. Вера охает, а я вижу, как мой член медленно исчезает в ее попке. Меня встречает жаркое тело девушки, жаркое еще более оттого, что так тесно, и ее попка сжимает меня со всех сторон.
Так много влаги — наверное, я переборщил со смазкой, а может быть, это пролился источник из ее верхней дырочки… Я вижу ее тело сквозь оранжевую дымку, торопливое дыхание мое кружит голову, сердце бешено стучит. Наверное, проходит минут десять, но для меня они становятся одной секундой, а тела наши сливаются в одно. Словно в полусне, я замечаю, как она яростно подмахивает мне, приподнимая попку вверх… Бессознательно моя рука ложится между ее ног, и пальцы раскрывают ярко-алые губы… Я ласкаю клитор, зачерпывая текущую смазку, потом Вера помогает мне, а я проникаю во влагалище, чувствую там невероятный ритм моего члена в анусе. Она рычит, вскрикивает, и обратного пути уже нет. Для нее и для меня.
Внезапно все вокруг пропадает, сердце, видимо, останавливается, я закрываю глаза — и все равно вижу только яркую пульсирующую темноту. Обжигающие волны пронзают тело, оно трепещет в них, чувства исчезают и совсем не страшно лететь… Потом сильные толчки внизу, бурные потоки вырываются из моих глубин и струятся в нее…
Внезапно я почувствовал боль — самую настоящую, открыл глаза и увидел свежие царапины на моих бедрах, быстро алеющие; и еще ее, всю влажную, блестящую от тонкого слоя пряного пота, вздрагивающую и почти напуганную…
Устало мы ложимся на постель. В голове каша. Источник пульсирует в такт сердцу.
— Это что вообще было? — едва придя в себя, спрашиваю я.
— Обмен энергиями, милый, -довольная девушка переворачивается и нависает надо мной. — Аватары суть стихии и силы бога. И при слиянии они могут отдавать свои и принимать чужую. Что сейчас и произошло. Теперь ты стал еще сильней.
— То есть, прости за грубость, трахая вас, я становлюсь сильней? Как-то не вовремя ушли эти трое.
— Тебе меня мало? — рассмеялась она. — Не переживай, они свое еще возьмут. Постараюсь сильно не заездить тебя до их возвращения.
— Еще кто кого заездит, — буркнул я, прикидывая перспективы. Блин, знал бы, что все так просто, уже давно бы их трахнул! Совместить полезное с приятным, что может быть лучше?
— Ладно, хорошего понемножку. Предлагаю теперь выдвинуться в город и посмотреть место, куда повесим Ловец снов. Нам бегать по городам не надо, потому как именно тут центр силы Ужаса. Просто повесим и ждем сигнала от девчонок. А заодно надо еще вина прикупить. А то от этой кислятины уже воротит…
Я сидел в номере и злился. Нет, не так я был в бешенстве. Этот город меня бесил до такой степени, что хотелось плюнуть и залить тут все огнем. Три чертовых дня мы тут, а я уже хочу убивать. Представьте себе самый сильный грех, самое мерзкое извращение и будьте уверены, что вы его тут встретите — и не один раз. Сильный унижал слабого, слабые, объединяясь, унижали тех, кто до этого унижал их. Все по кругу.
В первый же день нашей прогулки я был им сыт по самые уши. Сколько раз Вера удерживала меня от убийства, и не сосчитать. Наши мантии, показывающие наш статус, были стеной, через которую жители этого города пробиться не могли. Нас обходили стороной, угодливо улыбались. Но все это была ложь, потому как губы, растянутые в улыбке, шептали проклятья.
Последней каплей, поставившей крест на наших совместных прогулках, стало насилие. Нет, никаких извращений на этот раз. Просто три здоровенных жлоба затащили в переулок девушку и трахали ее, периодически нанося удары по лицу, чтобы не сильно кричала. На ней не было рабского ошейника, да и одета она была прилично…
Что-то в этот момент у меня в душе перевернулось. Парой быстрых ударов я вырубил горе-насильников, а потом, борясь с брезгливостью, просто оторвал им яйца. Именно оторвал, схватившись рукой. Их пронзительные крики боли, постепенно переходящие в посмертные стоны, были бальзамом для моей души.
А после я полечил находящуюся в почти в бессознательном состоянии девушку. Множественные порезы на коже, выбитые зубы — чтобы не посмела откусить их вонючее достоинство, повреждение кишечника, из которого вытекала кровь. Я бесился, но молча делал свою работу.
Потом, не слушая возражений Веры, я отвел пришедшую в себя девушку к ней домой. Как оказалось, была она дочерью лавочника и выскочила из дома буквально на минуту, забыв о сопровождении. За что и поплатилась. Что ж, тело я вылечил, а вот душу… Надеюсь, с ней все будет нормально.
После этого я из номера не выходил, а Вера и не настаивала. Признаться, я думал, что учитель выбил из меня всю эту благородную чушь о помощи слабым, но как оказалось, я ошибался. Осталось во мне еще что-то человеческое, и это радовало сильней, чем оторванные яйца насильников.
Поэтому я сидел, гонял эфир, периодически бухал и трахал Веру. Мы ждали сигнала от девчонок, что все готово, но они задерживались. Видимо, все было не так просто, как они говорили…
— Что, вот так просто? Надо лишь заснуть? — мой голос сочился сарказмом, который Вера уже научилась не замечать. Как и мое настроение, которое постоянно находилось в минусовой зоне. Привыкший быть постоянно в движении, я изнывал от скуки.
— Не просто заснуть, а погрузиться в Мир Грез. Мы свяжем себя общим сном, но добраться до места сбора каждый должен будет самостоятельно. И не рассчитывай на легкую прогулку. Демон Ужаса уже знает о нас и будет действовать.
— Я понимаю, зачем это вам, но нахрена мне в это лезть?
— Это будет еще один твой урок. Именно там ты научишься защищать свой разум. Дойдешь до конца, и никто на тебя воздействовать не сможет. Как и найти по эфирному следу, если ты сам этого не захочешь.