Там чудеса (СИ)

— Летела она, ваше сиятельство, — еще неохотнее сказал Игнат. — На метле.
— Ерунда какая-то, — озадаченно сказал я.
— Вот и я говорю, что ерунда, — подхватила Прасковья Ивановна. — А он уперся, видел, говорит, и все. Ну что он мог видеть? Он же голову расшиб, так что целителя пришлось вызывать. Не иначе сотрясение мозга у него, ваше сиятельство.
— Нет у меня никакого сотрясения, — буркнул Игнат. — Так, голова болит немного, и все.
  
— Значит, целитель в дирижабле тебя осмотрел и перевязал голову? — понял я. — А что он тебе сказал?
— Сказал, если будет тошнить или голова закружится, так обратиться в госпиталь.
— Ну и как? — уточнил я. — Кружится голова? Тошнит?
— Да всё со мной в порядке, — заверил Игнат.
— Не слушайте вы его, ваше сиятельство, — не сдавалась Прасковья Ивановна. — Пусть его целитель посмотрит, а лучше менталист.
— Вот ещё выдумала! — разозлился Игнат. — Менталист-то зачем? Чего у меня в мозгах копаться?
— Ну так ты же видишь то, чего не было, — возразила Прасковья Ивановна.
— Что видел, о том и говорю, — повысил голос Игнат.
В это время из дирижабля принялись выгружать багаж.
Пользуясь тем, что Игнат отвлекся, Прасковья Ивановна отвела меня в сторону.
— Боюсь я за него, ваше сиятельство, — сказала она. — Голые женщины ему мерещатся. А вдруг это бес?
— Какой бес? — не понял я.
— Который в ребре, — серьезно объяснила Прасковья Ивановна. — Не знаете, что ли? Он мужиков часто одолевает. Вот Игнат головой приложился, бес его и одолел. Покажите вы его целителю.
— Разберемся, — сдерживая смех, ответил я. — Если что — усмирим и беса.
И все-таки послал зов Ивану Горчакову.
— Привет, Ваня. Нужна помощь по твоей части. Я тут в аэропорту, встречаю Игната и Прасковью Ивановну. Их дирижабль тряхнуло на подлете к Столице. Игнат ударился головой и, видно, довольно сильно. Во всяком случае, целитель его перевязал. Вроде бы старик держится крепко, но что-то несуразное ему померещилось.
— А что именно? — поинтересовался Иван.
— Говорит, что в момент удара видел за иллюминатором голую женщину, которая летела на метле.
— Необычный случай, — удивился Горчаков. — Язык у него не заплетается?
— Вроде нет, — ответил я.
— Глаза не косят? Не тошнит?
— Нет.
— Ну, если это и сотрясение, то оно легкое, — успокоил меня Иван. — Но я все-таки заеду к тебе, осмотрю его.
— Спасибо, дружище, — поблагодарил я.
— Саша, ты не знаешь, когда Тайная служба вернет мне накопитель магии жизни? — вспомнил Горчаков. — Я дал его Севе Пожарскому, но с возвратом. Мы используем такие накопители в самых тяжелых случаях. Не хотелось бы его потерять.
— Я поговорю с Никитой Михайловичем, — пообещал я.
Было в случае с дирижаблем что-то необычное. Игнат не обманывал меня, когда рассказывал про летящую женщину. Да и зачем ему? Старик был уверен, что видел ее. К тому же и дирижабль тряхнуло. А с чего вдруг?
Мы подошли к мобилю.
Дрессированные чемоданы послушно следовали за нами. Несмотря на протесты Игната, я сам погрузил их в багажник.
— Ты точно хорошо себя чувствуешь? — спросил я старика. — Прилечь не хочешь?
— Не выдумывайте, ваше сиятельство, — отмахнулся Игнат. — Я как на земле оказался, так мне сразу хорошо стало.
— Тогда подождите меня здесь, — сказал я. — Мне нужно отойти ненадолго. Скоро вернусь.
С этими словами я направился обратно к дирижаблю, надеясь отыскать пилотов и расспросить их. Скорее всего, дирижабль тряхнуло из-за резкого маневра, и я хотел узнать, почему пилоты допустили такую небрежность.
Пассажиры уже покинули дирижабль, но трап еще не убрали.
— Я по важному делу, — строго сказал я работнику аэропорта, который приглядывал за трапом.
Не дав ему ответить, я бегом поднялся в кабину. Работник не стал меня окликать, наверное, решил, что раззява-пассажир забыл что-нибудь в салоне.
Я сразу же пошел к кабине пилотов, и тут мне повезло. Пилоты еще были на месте. Я слышал за переборкой их голоса.
— Ты с ума сошел, — спросил один пилот другого, — нас же мигом на землю спишут, если мы о таком расскажем.
— А что сказать? — возразил другой, — пассажир-то ушибся. А если он жалобу подаст?
— Скажем, что руль забыли закрепить, — возразил первый пилот. — За это влетит, конечно, но хоть от полетов не отстранят. А если ты брякнешь, что мы ведьму видели, считай конец. Отправят к менталисту, и будешь до пенсии взлетное поле подметать.
Этот разговор заинтересовал меня настолько, что я не стал стучать в дверь. Просто толкнул ее и вошел в кабину.
— Что вам здесь нужно? — опешив от неожиданности, грубо спросил один из пилотов. — Вы кто?
— Граф Александр Васильевич Воронцов, — представился я. — Тайновидец, сотрудничаю с Тайной службой.
При этих словах оба пилота мгновенно побледнели.
— Рассказывайте, что видели во время полета? Почему дирижабль тряхнуло?
Пилоты переглянулись.
— Пассажир уже нажаловался, — выдавил один из них.
— Это неважно, — прищурился я. — Отвечайте на вопрос и не вздумайте мне врать, иначе мигом угодите к менталисту.
— Ведьму мы видели, ваше сиятельство, — через силу сказал пилот. — Неизвестно, откуда она и взялась. Прямо на нас летела. Я и сообразить ничего не успел, только руль в сторону дёрнул, чтобы её не сбить, а она отвернула и пропала.
— Говорите, ведьма летела прямо на дирижабль? — уточнил я.
— Так точно, ваше сиятельство, — кивнул пилот.
После признания ему стало легче.
— На чём она летела? — спросил я.
— Я не успел заметить, — развел руками пилот. — Она же прямо на нас летела.
— Но саму-то ведьму разглядели? Как она выглядела?
— Голая она была, — покраснел пилот. — Глазищи черные, страшные.
— Глазищи? — с сомнением переспросил я. — Ну, ладно. В какую сторону она отвернула?
— Влево, ваше сиятельство. Вот туда.
Пилот показал рукой на левый борт дирижабля.
— Ясно, — кивнул я, — об этом случае никому не рассказывайте. Ведьма вам не привиделась, но имейте в виду, что этим делом будет заниматься Тайная служба. Если потребуется, вас вызовут в качестве свидетелей.
— А что мы начальству скажем о ваше сиятельство? — спросил меня пилот.
— Скажите, что забыли закрепить руль, — усмехнулся я. — Вы ведь, кажется, так договаривались перед моим приходом?
Пилоты снова переглянулись и промолчали.
А я покинул дирижабль, вернулся к мобилю и сел за руль.
— Не привиделась тебе ведьма, Игнат, — сказал я, — пилоты ее тоже видели.
— Так и я говорил, Александр Васильевич!
Старик энергично тряхнул головой и тут же поморщился.
— Была она.
Прасковья Ивановна недоверчиво посмотрела на нас, но тут же оттаяла.
— Значит, не бес это, — поняла она. — А я-то перепугалась. Прости, Игнат, что ругала тебя.
— Ужином накормишь, так и прощу, — смилостивился Игнат.
— Будет ужин, — пообещала Прасковья Ивановна. — Как же без ужина? Мы ведь домой вернулись.
— Вот это правильное настроение, — рассмеялся я, трогая мобиль с места.
Чудеса продолжали происходить.
Как ни странно, это не тревожило меня, а наоборот успокаивало. Если чудеса происходят, значит, рано или поздно всё обязательно прояснится.
  
Глава 12
 
Я только-только повернул с набережной на Шепчущий мост, и тут мне прислал зов Никита Михайлович Зотов.
— Александр Васильевич, мне требуется ваша помощь, — без предисловий сказал начальник Тайной службы.
От неожиданности я притормозил, опасаясь, что мобиль влетит колесом в яму на мостовой.
  
— Слушаю вас, Никита Михайлович.
— Знаю, что я сам отстранил вас от дела об ограблении ювелирной лавки, — сказал Зотов. — Надеюсь, вы на меня не в обиде?
— Да, я понимаю, что вы не хотели привлекать ко мне излишнее внимание Имперского казначейства, — вежливо ответил я.