Там чудеса (СИ)

— Любопытное предположение, — сказал я. — Вижу, что вы тоже очень интересуетесь этим парком. Так, Валериан Андреевич?
— Конечно, мне, как историку, это чрезвычайно интересно.
— Настолько интересно, что вы даже подослали ко мне шпиона? — не меняя тон, продолжил я.
На этот раз Чахлик замолчал секунды на три, не меньше.
— Какого шпиона? — после паузы спросил он. — О чем вы говорите, Александр Васильевич?
  
Историк прекрасно разыграл недоумение, но я отчетливо уловил в его голосе фальшивые нотки.
— Сегодня я встретился с джинном Воды, — объяснил я. — Это удивительное магическое создание обитает в лампе. Джин рассказал, что хозяин лампы послал его шпионить за мной. Я попросил джинна описать хозяина, и вы очень хорошо подходите под это описание. Вы ведь нашли лампу во время своей поездки на Урал, я не ошибаюсь?
— Я не знаю, о чем вы говорите, Александр Васильевич, — быстро ответил Чахлик. — Это какое-то недоразумение.
— Возможно, — согласился я. — Как я уже говорил, джинн не назвал имя своего хозяина. Но на всякий случай имейте в виду, мне очень не нравится, когда за мной шпионят.
— Я абсолютно уверен, что это какое-то недоразумение, — сказал Чахлик.
Я отметил, что он не стал разыгрывать возмущение или обиду.
— Но вы говорите, что встретили настоящего джина Воды? — продолжал историк. — Это безумно интересно. Где сейчас этот джинн?
— Не думаю, что вам нужно это знать, — усмехнулся я. — Вот что я хочу вам предложить, Валериан Андреевич — давайте встретимся и не спеша все обсудим.
Я не собирался выкладывать Чахлику все свои карты, не видя выражения его лица.
Снова повисла пауза.
— С удовольствием встречусь с вами, Александр Васильевич, — наконец сказал Чахлик. — Но только не сегодня. Сегодня у меня много неотложных дел.
— Тогда, может быть, завтра? — предложил я.
— Не знаю, — ответил историк. — Пока не могу сказать. Я пришлю вам зов. Простите, мне нужно бежать.
И голос Валериана Андреевича тут же исчез из моего сознания.
— Он порядком встревожился, — сказал я Лизе. — Но не признал, что является хозяином джинна. Посмотрим, что Валериан Андреевич будет делать дальше. Ясно одно — он очень интересуется парком Магической Академии.
— А еще Анной Владимировной, — напомнила Лиза. — Помнишь, как он болтал с ней во время нашей первой встречи?
— Точно, — кивнул я, — нужно ее предупредить.
Я, не откладывая, послал зов Анне Владимировне Гораздовой.
— Помните господина Чахлика? — спросил я. — Скажите, он не пытался с вами встретиться?
— Откуда вы знаете? — чуть смущенно спросила Гораздова. — Валериан Андреевич действительно присылал мне зов, хотел увидеться.
— Он объяснил, зачем это ему нужно? — поинтересовался я.
— Нет, просто предложил посидеть в кафе, поболтать. Мы ведь с ним будущие коллеги.
— Не думаю, что это хорошая идея, — сказал я.
Наши дружеские отношения с Анной Владимировной позволяли мне говорить откровенно.
— Да, я тоже так подумала, — ответила Гораздова. — Поэтому отказалась, сославшись на дела.
— Очень благоразумно, — одобрил я.
— Вы не знаете, когда полиция разрешит продолжать работы в парке? — спросила Анна Владимировна. — Начало учебного года все ближе, я боюсь не успеть.
— Придется подождать еще несколько дней, — ответил я. — Анна Владимировна, я очень прошу вас пока не ездить в парк и не встречаться с господином Чахликом.
— Вы думаете, он замешан в чем-то противозаконном? — насторожилась Гораздова.
— Ничего не могу утверждать, — сказал я. — Просто прошу вас быть осторожнее.
* * *
Пора было ехать в аэропорт, встречать Игната и Прасковью Ивановну. Поэтому мы с Лизой поспешили вернуться домой.
Уголёк встретил нас недовольным взглядом и утробным мяуканьем.
— Наверное, он проголодался, — догадалась Лиза. — Уголёк, кис-кис, идём, я тебя покормлю.
— Насколько я помню, кошкам не всегда идет на пользу человеческая еда, — сказал я, — а магическим котам тем более. Пожалуй, будет правильно предоставить Угольку выбор меню.
Рассудив так, я послал зов хозяину ближайшего трактира и попросил отправить с посыльным несколько баночек мясного и рыбного паштета.
— Я завел кота, — объяснил я трактирщику, — не хочу, чтобы он изводил меня голодным мяуканьем.
— Понял, ваше сиятельство, — ответил хозяин трактира, — сейчас пришлю вам что-нибудь подходящее.
Трактирщик не подвел. Через несколько минут возле нашей калитки появился мальчишка посыльный.
— Подожди здесь, — сказал я, протягивая ему серебряную монету.
Посыльный принес сразу шесть видов паштета, и я предложил их все Угольку. Кот с интересом обнюхал миски и озадаченно посмотрел на меня.
— Выбери, какой паштет тебе нравится больше, — предложил я.
Всем своим видом Уголек продемонстрировал, что ему нравятся сразу все паштеты, но такое количество в него не влезет.
— Значит, у тебя будет новое меню на каждый день недели, кроме воскресенья, — рассмеялся я, — а в воскресенье что-нибудь придумаем.
Я дал посыльному еще одну монету и попросил его каждый день ровно в полдень, приносить паштет для кота.
— Будет исполнено ваше сиятельство, — солидно кивнул мальчишка, довольный неожиданным приработком.
Он подхватил свою корзину и в припрыжку удалился.
А я выгнал из гаража мобиль.
Перемещаться через магические пространства невероятно удобно и быстро, но я не был уверен, что смогу обучить этому умению Игната и Прасковью Ивановну.
— Поехали, прокатимся, — с улыбкой сказал я Лизе.
* * *
Мы вовремя добрались до аэропорта. Дирижабль как раз заходил на посадку.
Огромная туша, похожая на серебристого кита, вынырнула из-за горизонта, неторопливо приблизилась к летному полю, зависла над нами и начала медленно опускаться.
Когда брюхо дирижабля почти коснулось травы, с него сбросили толстые канаты, и работники аэропорта закрепили их на специальных тумбах.
Затем подкатили трап, двери салона открылись и оттуда повалили пассажиры.
Я не сразу увидел в толпе Игната и Прасковью Ивановну, а когда разглядел их, то недоуменно нахмурился.
Голова Игната была перевязана свежим бинтом.
— Что с тобой случилось? — спросил я, обнимая старика.
— Ничего особенного, ваше сиятельство, — неохотно ответил Игнат. — Тряхнуло эту посудину в воздухе, вот и все. А я не успел вовремя за ручку ухватиться.
Полеты на дирижаблях всегда считались безопасными. Благодаря своим размерам и магии дирижабль двигался очень плавно. Никакие порывы ветра не могли его качнуть.
И разумеется, пилотам на пассажирских линиях были строго-настрого запрещены опасные маневры.
— Тряхнуло, говоришь? — удивился я. — А с чего бы это?
— Да кто его знает? — отводя взгляд в сторону, ответил Игнат, и я тут же заподозрил, что он мне что-то недоговаривает.
Да и Прасковья Ивановна сердито смотрела на старика, а я успел перехватить ее взгляд.
— Рассказывайте, как было дело, — потребовал я.
— Рассказывай, что уж там, — сурово кивнула Прасковья Ивановна, — или я сама расскажу.
— Да что ты расскажешь-то? — буркнул Игнат. — Ты не видела ничего.
— Вот то-то и оно, что не видела, — сузив глаза, сказала Прасковья Ивановна, — если бы видела, так поверила бы тебе.
— Прекратите препираться и рассказывайте, — напомнил я. — Что случилось?
— Я голую женщину видел, ваше сиятельство, — неохотно сказал Игнат.
— В дирижабле? — изумился я.
А Лиза весело хихикнула.
Конечно, в рейсах попадались самые разные пассажиры, но я никогда не слышал, чтобы люди раздевались догола.
  
— Да нет, ваше сиятельство, не в дирижабле, — сказал Игнат. — За окошком. Аккурат, как громадину эту тряхнуло, меня головой прямо в стекло бросило. Вот там я ее и заметил.
— За иллюминатором? — еще больше удивился я. — Подожди, ты хочешь сказать, что женщина без одежды выпала из дирижабля?