Там чудеса (СИ)

— Тайная служба!
Лицо сторожа перекосилось от испуга, он выпустил дверную ручку, и дверь громко хрястнула о каменную стену.
— Для вас всё найдётся, Ваша милость, — растерянно забормотал он. — Сейчас самого лучшего принесу, двойной очистки, и денег не возьму. Подождите секунду.
— Плевать я хотел на ваш самогон, — откровенно сказал я. — Вы видели здесь Анну Владимировну Гораздову? С этого учебного года она будет преподавать в Академии.
  
— Это природницу, что ли? — не понял сторож.
— Да, её, — нетерпеливо кивнул я. — Вместе с ней была ещё одна девушка. Видели?
— Как не видеть, — закивал сторож. — Видел.
— И где они?
Он развёл руками и беспомощно заглянул через мое плечо, будто надеялся, что Анна Владимировна стоит у меня за спиной…
— Дык это, где-то здесь, наверное. А может, уже уехали.
— Вы заметили, в какую сторону они пошли? — нахмурился я.
— Кажись, в парк, — обрадовал меня сторож. — Или не в парк? Не видел я, Ваша милость. Извините, у меня тут свои дела.
Это прозвучало жалобно.
— Я вижу, какие у вас дела, — грозно ответил я. — Ректор о них знает?
— А что мне ректор? — с отчаяния разозлился сторож. — Он мне третью неделю сменщика прислать не может. Так и живу в этой будке. Чем мне ещё тут заниматься?
— Ладно, ваши дела меня не касаются, — поморщился я. — Выключайте свой аппарат и сидите у окна. Если заметите девушек, сразу же пришлите мне зов.
— Так я не умею, Ваша милость, — растерялся сторож.
— Вот, чёрт, — выругался я. — Тогда просто скажите им, что я пошёл в парк их разыскивать. Пусть свяжутся со мной.
— Понял, всё понял, — закивал сторож, но особого доверия он этим мне не внушил.
Сухо кивнув ему, я спустился с крыльца. Дверь за моей спиной сразу же захлопнулась, а я оглядел парк. Он был больше похож на запущенный лес. Деревья и кусты росли густо. Похоже, рука садовника в последний раз касалась их ещё до Смуты. Слева я заметил большую кучу подсохшей свежей земли.
Взобравшись на неё, чтобы лучше видеть, я послал зов Лизе. По счастью, девушка сразу же откликнулась.
— Я уже здесь, — сообщил я. — Вы не забрели куда-нибудь ещё?
— Нет. Мы стоим на месте, как ты сказал, — ответила Лиза и снова хихикнула.
Похоже, девушкам очень нравилось их неожиданное приключение.
— Вокруг вас есть какие-нибудь ориентиры? — поинтересовался я.
— Слева между деревьями, кажется, блестит вода, — ответила Лиза. — Может быть, это пруд?
— А в парке Академии есть пруды? — уточнил я.
— Не знаю, — ответила Лиза. — Сейчас спрошу у Анны Владимировны.
Её голос на мгновение исчез из моего сознания и тут же вернулся.
— Анна Владимировна говорит, что пруд есть.
— А она сама может послать мне зов? — спросил я.
— Она пробовала, но у неё не получилось, — ответила Лиза.
— Вот как, — удивился я.
Но раздумывать над этой новостью не было времени. Солнце уже висело над самыми макушками деревьев.
— Попробуйте подойти к пруду, — сказал я, — только вместе. Не теряйте друг друга из виду.
— Хорошо, — послушно ответила Лиза.
Я терпеливо ждал, оглядывая парк. Через минуту Лиза прислала мне зов.
— Да, это пруд. Мы стоим на берегу. Что нам делать дальше?
— Никуда не ходите, ждите меня там, — ответил я. — Скоро я вас разыщу.
От сердца немного отлегло. Пруд — довольно надёжный ориентир. Куда лучше, чем старая рябина, которая к тому же растёт в гуще парка.
Прямо от земляной кучи, на которой я стоял, веером расходились в разные стороны несколько дорожек.
— Вспомните, по какой дорожке вы вошли в парк, — спросил я.
— Такая узкая дорожка, выложенная красноватой гранитной плиткой, — немедленно ответила Лиза. — Она начинается почти от самых ворот и идёт в глубину парка.
— Ага, вижу её, — успокоил я девушку.
Нужная дорожка уходила прямо в заросли. Я ещё раз взглянул на солнце и прикинул направление. Солнце опускалось за деревья справа от меня. Значит, для того чтобы выйти обратно к зданию Академии, Солнце должно быть слева и чуть впереди. Отлично!
Я уже шагнул на дорожку, как вдруг за моей спиной послышался рокот мотора.
Оглянувшись, я увидел тёмно-синий мобиль, который выехал во двор Магической Академии. Мобиль остановился рядом со мной. Из него вылез высокий худой человек в бежевом дорожном костюме.
— Вы не подскажете, где я могу найти ректора Академии? — спросил он.
Не дожидаясь ответа, человек подошёл ко мне и протянул руку.
— Валерьян Андреевич Чахлик, — представился он. — Новый преподаватель магической истории. Будем знакомы.
— Граф Александр Васильевич Воронцов, — кивнул я, пожимая протянутую руку.
На вид Чахлику было около пятидесяти. Об этом говорила седина на висках и мелкие морщинки вокруг внимательных глаз. Но выглядел он гораздо моложе своих лет — стройный, подтянутый, без всяких признаков грузности или сутулости. Но вот только ладонь Чахлика оказалась неожиданно холодной.
— Будем знакомы, — кивнул он с доброжелательной улыбкой, глядя мне в лицо.
— К сожалению, я спешу, — ответил я, поворачиваясь, чтобы уйти.
— У вас что-то случилось? — спросил Чахлик. — Я могу вам помочь?
— Две мои знакомые заблудились в этом парке, — ответил я. — А дело к вечеру, и скоро начнёт темнеть. Мне нужно их найти.
— Это серьёзное дело, — кивнул Чахлик.
Я внимательно посмотрел на него и не увидел никаких признаков насмешки.
— Я помогу вам их найти, — добавил он. — Вы знаете, в какую сторону идти?
— Благодарю вас, — с некоторым удивлением ответил я.
Нечасто в незнакомом человеке встретишь такую готовность помочь.
— Девушки вошли в парк по этой дорожке.
— Тогда идём за ними, — кивнул Чахлик.
Дорожка была завалена прошлогодней листвой. Полуистлевшие листья тихо шуршали под ногами. С обеих сторон низко нависали кусты, солнце просвечивало сквозь кроны деревьев, но парк постепенно погружался в густую тень.
— Надеюсь, девушки не слишком напуганы, — сказал Чахлик. — Вы смогли с ними связаться?
— Да, — кивнул я. — Они прислали мне зов. Где-то в этом парке должен быть пруд. Они ждут на его берегу.
— Какая-то из дорожек непременно приведёт нас к пруду, — обнадежил меня Чахлик. — В парках по-другому не бывает. Хотя этот парк больше похож на дикий лес. Знаете, Александр Васильевич, мне доводилось бывать в тайге. Вот где настоящая чащоба! От одной деревни до другой бывает несколько дней пути. И не то, что дороги, даже тропинки нет.
— Вы часто уезжаете из Столицы? — спросил я, чтобы поддержать разговор.
— Я почти всё время в разъездах, — усмехнулся Чахлик. — Знаете ли, я не кабинетный историк, а скорее практик. Два дня назад я вернулся из поездки на Урал, бродил там по деревням, записывал народные сказки, песни и былины. У нашего народа очень живое воображение, Александр Васильевич. И иногда в этих невероятных историях можно найти зерно истины.
Тут он повернул голову и воскликнул.
— Вот это да! Смотрите, какое чудо!
Я посмотрел туда, куда показывал Чахлик, и увидел огромный старый дуб. Ствол дуба был такой толщины, что пять человек, взявшись за руки, вряд ли смогли бы его обхватить. Крона великана возвышалась над остальными деревьями, и тем не менее он выглядел коренастым.
— Одну минуту, — взмолился Чахлик. — Всего одну минуту, Александр Васильевич, и мы пойдём дальше.
Дуб рос в двух шагах от дорожки, так что я решил не тратить время на споры и кивнул.
— Конечно.
Не удержался и сам пошёл за Чахликом. Что ни говори, а такие огромные деревья редко встретишь.
  
Ствол дуба был покрыт толстой морщинистой корой. Огромные корни выступали из рыхлой почвы, земля между ними была усыпана прошлогодними желудями.
— Вот вам настоящий сказочный дуб, Александр Васильевич, — сказал Чахлик. — Повесить на него золотую цепь, пустить по ней учёного кота.