Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 3 (СИ)

— Материалы, — догадался Голдльюис. — Наверное, собирает ресурсы для чего-то.
— Тем лучше, — усмехнулся я. — Увлеченного добычей поймать проще. Вот только стрелять из винтовки не стоит.
— Тогда как?
Я оглядел местность. Развалины создавали множество укрытий, а серый пепел заглушал звуки шагов.
— Просто. Ты остаешься здесь, на прикрытии. Если что-то пойдет не так, отвлекаешь остальных. А я подберусь к нашему собирателю и возьму его тихо.
  
Голдльюис кивнул.
— И как мы выволочем тело?
— Какое тело? — невинно спросил я. — Мне нужен живой источник информации, а не труп.
— Ладно, — снайпер занял удобную позицию. — Буду ждать твоего сигнала.
Я спустился с возвышенности и начал аккуратно пробираться через развалины. Тень последовал за мной, ступая совершенно бесшумно. Навыки охоты у него были отличные.
Охотник-собиратель, действительно, увлекся своим делом. Он копался в обломках какого-то здания, вытаскивая оттуда металлические фрагменты. На нем была такая же маска, как и у остальных — простая черная, с прорезями для носа и глаз, скрывающая лицо. Оружие — два кинжала на поясе и какой-то артефакт на груди.
Я подкрался на расстояние броска, спрятавшись за обломком стены. Охотник находился метрах в двадцати, спиной ко мне. Идеальная позиция для захвата.
Переходя к стойке Рассеивающегося Тумана, я бесшумно покинул укрытие. Несколько быстрых шагов — и я был уже у него за спиной, готовый схватить за горло.
Но Охотник оказался не так прост.
В последний момент он развернулся, словно почувствовал мое приближение. Его движения были невероятно быстрыми — кинжалы оказались в руках мгновенно, а глаза за маской горели каким-то нездоровым блеском.
— Крыса, — прошипел он голосом, в котором чувствовалось удовлетворение. — А я уж думал, заскучаю.
И он атаковал.
Скорость была впечатляющей. Кинжалы резали воздух с такой частотой, что создавалась иллюзия металлической сети. Но техника хромала.
Я отступил, парируя наиболее опасные выпады. Охотник дрался как бешеный зверь, не чувствуя усталости или боли. Когда я случайно задел его руку, он даже не заметил пореза.
— Кровь, — рычал он, продолжая атаковать. — Мне нужна твоя кровь!
В какой-то момент в воздухе вокруг него начали появляться красные сгустки энергии. Магия крови. Сгустки превратились во что-то вроде красных лезвий, которые летели на меня со всех сторон.
Пришлось перейти к более серьезной технике. Используя стиль «Изгиб Реки», я начал перенаправлять его атаки против него самого. Кинжалы, нацеленные в меня, поворачивались и целились в него. Красные лезвия разворачивались и летели обратно.
Но Охотник словно не чувствовал боли. Даже когда его собственный кинжал распорол ему грудь, он продолжал атаковать с тем же безумным рвением.
— Думаешь, твоих сил хватит, чтобы убить меня! — вопил он, размахивая оружием. — Чертовы крысы, так и прут в чужие Разломы!
Я решил поменять тактику и выбил у него кинжалы из рук одним точным ударом. Оружие отлетело метров на десять, звеня о камни.
Подумал, что теперь его будет проще взять живым. Но ошибся.
Охотник вытянул руки, и в его ладонях начала формироваться какая-то черная субстанция. Темная, маслянистая масса, которая шевелилась, словно живая. Из нее стали формироваться новые кинжалы — такие же острые, как настоящие, но состоящие из этого странного вещества.
И тут я понял, на что это похоже.
Я видел эту субстанцию раньше. В «Забытых Глубинах». Шоггот состоял из точно такой же массы. Черной, переливающейся, отвратительно живой. Только в этот раз она была менее концентрированной, будто подобие того, что я видел раньше.
— Да уж, если воин и должен умереть в бою, то точно не с таким оружием, — пробормотал я, уклоняясь от нового удара. — Позор какой-то.
Черные кинжалы оказались не хуже стальных. Более того, они могли менять форму прямо во время атаки — то удлиняясь, то изгибаясь под невозможными углами. Сражаться с таким противником было крайне неудобно.
Но я видел главное — Охотник все больше входил в боевой раж. В его движениях появлялось все больше животной ярости и жажда убийства. Одновременно с этим все меньше тактики и разума.
В какой-то момент мое чутье взвыло от опасности, я пригнулся. В воздухе появился огромный кровавый клинок, который просвистел над головой, но это было не все, пришлось прыгнуть, чтобы не попасть под второй, который следом прошил место, где я был еще секунду назад.
— В воздухе ты уязвим! — гоготнул Охотник, и тут же ринулся на меня. Это и было его ошибкой.
В полете я перешел к стойке «Одного Удара», сконцентрировался, ударил. Черный клинок прошел сквозь его оружие из черной субстанции и сквозь ребра, поразив сердце
Охотник застыл, глядя на торчащий из груди клинок. Красный свет в его глазах медленно угас, а черная масса рассыпалась.
— Я надеялся взять тебя живым. Жаль, что ты оказался не очень сговорчив.
В этот момент до меня донесся встревоженный окрик Голдльюиса.
— Дарион! На шум идут остальные! Надо убираться!
Я быстро поднял труп Охотника на плечо. Тень тем временем уже бежал к нашему укрытию. Мы добрались до Голдльюиса как раз в тот момент, когда вдали показались остальные члены группы.
— Они его ищут, — сказал снайпер, наблюдая через бинокль. — И ведут себя очень агрессивно.
Действительно, замаскированные Охотники рыскали среди развалин, словно хищные звери, потерявшие добычу.
— Время сваливать, — решил я. — Тащи свое барахло, идем к выходу.
Мы быстро покинули зону поиска и направились обратно к тому месту, где Вексель должен был открыть для нас тоннель.
Воронка появилась в воздухе, мерцая тускло-фиолетовым светом. Мы шагнули в нее и через мгновение оказались на улице возле заброшенного завода.
— Наконец-то! — воскликнул Вексель, увидев нас. — Я уже думал, что вас там сожрали!
Голдльюис выругался, как только мы вышли.
— Черт, мы ничего не узнали! Один дохлый сумасшедший — это не те доказательства, которые нужны Крестону!
— Это не так, — возразил я. — Мы узнали многое. К тому же, порой мертвые тоже могут многое рассказать.
Забавно, но на этих словах Вексель очень уж сильно побледнел. И чего это он?
* * *
Небольшой дом, который арендовал Крестон, находился в тихом районе на окраине столицы. Ничем не примечательное двухэтажное здание с небольшим садом — идеальное место, если надо залечь на дно.
Инспектор встретил нас в подвале, который был переоборудован под импровизированную лабораторию. Там, кроме него, нас ждали двое ученых из Гильдии: пожилой мужчина с седой бородой и молодая женщина в очках.
— Что это? — спросил Крестон, когда я опустил труп на стол.
— Один из группы, которую вы отслеживали, — ответил я. — И кое-что интересное в нагрузку.
Я рассказал о черной субстанции, которую использовал Охотник, и о том, что она напоминала мне материал Шоггота из «Забытых Глубин». Крестон нахмурился и кивнул ученым.
— Начинайте исследование, — приказал он. — Хочу знать все — состав крови, уровень магической энергии, следы воздействия артефактов. Все, что только можно получить из этого тела.
В этот момент в подвал спустился еще один человек. Леон Монтильяр выглядел усталым и встревоженным. Он направился к нам, но, увидев лежащего на столе мертвеца, резко остановился.
Лицо молодого аристократа исказилось от шока.
— Это… это Солас, — прошептал он дрожащим голосом. — Солас Кимел. Один из моих людей, которые погибли в «Серебряных Катакомбах».
Повисла тишина. Крестон медленно повернулся к Леону.
  
— Ты уверен?
— Абсолютно, — кивнул Леон. — Я знаю его уже пять лет. Он служил в нашем клане, был предан семье Монтильяр. Но Риверс сказал, что он мертв! Что они все погибли от ран! Как же так?..
Голос молодого человека становился все более высоким от волнения.
— Они же были преданы клану! Они не стали бы работать на Риверса, ведь он покинул семью!