Ты не она (СИ)

Быстро открываю контакты и жму на папин номер.
Он довольно быстро отвечает.
— Ты как? — спрашивает сразу вместо приветствия.
Я шмыгаю носом и выпаливаю ему за несколько секунд все, что произошло вчера. И про Царя, и про Андрея, и даже про то, что отравилась алкоголем из-за того, что с таблетками его смешала.
— Пап, скажи мне, этого Андрея действительно ты прислал, или он врет?!
Отец тяжело вздыхает в трубку. Кажется, он не удивлён тому, что я рассказала, и не злится. Вероятно, если Андрей сказал правду, то с отцом они уже поговорили и тот уже в курсе случившегося.
— Это правда я его прислал, детка. Не бойся, ладно? Доверься ему. Он поможет. Андрей... мой старый знакомый. Когда-то давно мы тесно общались. Потом пересекались пару раз — ты ещё маленькой была. Его сфера деятельности, так сказать, поможет нам перекрыть кислород... этому ублюдку, который...
— Пап, — я его перебиваю, — не надо.
Не хочу, чтобы отец говорил о произошедшем со мной. И ему, и маме тяжело это далось. Наверное, не менее тяжело, чем мне.
Видеть, какой кошмар сотворили с твоим ребёнком, так же страшно, как самому пережить этот кошмар, если не страшнее.
— Детка, Андрей тебя не обидит. Ты, главное, слушай, что он будет говорить, и делай все по его наставлениям.
— Он полицейский или кто? — произношу как-то визгливо и невольно кошусь на закрытую дверь комнаты.
Конечно, Андрей прекрасно знает, что я сейчас говорю с отцом, но все равно не хочу, чтобы наш разговор подслушивали.
— Он... намного важнее, — папа отвечает уклончиво.
В принципе, я понимаю, почему. Если этот Андрей имеет власть, способную усадить за решётку Царя, или что он там собирается с ним сделать, то наверняка о роде его деятельности простым смертным вроде меня знать не стоит.
В голове стучит от напряжения. Мой взгляд в очередной раз неуверенно упирается в стакан с лекарством, который для меня принёс Андрей. Видимо, это в самом деле не отрава, раз папа верит ему, то он не может быть врагом.
Зажав телефон между плечом и ухом, подхожу к столику и беру стакан, осторожно пробую. Это типа витамина-C на вкус. Ничего необычного и подозрительного.
— Андрей сказал, ты сейчас у него. Всё нормально? Давно проснулась?
— Да, у него. Проснулась недавно и перепугалась до смерти. Надо было сразу мне все рассказать! А не играть в эти мужские игры!
— Прости, малыш, но это было его условие, кроме того, ты же знаешь, что мы должны быть осторожны. Чтобы за тобой не было хвоста, даже мы с мамой не могли приехать. А в итоге этот уё... ублюдок все равно тебя нашёл.
Да, я все это знаю. Ещё одна моя боль — невозможнось быть рядом с семьей. Царь меня искал. Отец знал об этом и делал все возможное, чтобы не нашёл. Мы даже созванивались редко, лишь бы люди Царя на меня не вышли. Но все усилия оказались тщетны. Я так от этого устала.
— Домой хочу, пап. К тебе, и к маме, — прикусываю губу до крови.
В переносице начинает щипать от подступивших к глазам слез. В эту минуту я как маленький ребёнок, которому хочется, чтобы мама и папа обняли и пожалели. Мне очень больно и обидно за свою жизнь.
*****
— Потерпи чуть-чуть, детка. Скоро все закончится. Я уверен, Андрей справится.
Мы ещё какое-то время разговариваем. Папа изо всех сил старается меня успокоить и убедить в том, что его старый друг действительно сумеет помочь. И я хочу в это верить, потому что мне надоело убегать.
— Ладно, пап. Давай я позже тебе наберу. Хочу с Андреем поговорить и понять план действий. Передай маме, что я её люблю.
Мы прощаемся и договариваемся созвониться через пару часов. Следующая на очереди звонков — Мэй. Когда я дозваниваюсь до неё, подруга орёт так, что у меня начинает звенеть в ухе.
— Я уже хотела в полицию звонить! Ты куда пропала вчера, женщина?! Совсем обнаглела?! Я-то думала, что ты домой отправилась, но в номере тебя не обнаружила с утра!
— Прости, Мэй, — морщусь, потерев пальцами ноющие виски.
Надо что-то ответить, и я понимаю, что выдавать реальную ситуацию и тем более личность Андрея никак нельзя, поэтому придётся говорить то единственное, что вообще можно сказать в моем случае.
 
— Я выпила лишнего вчера... Набралась смелости и, в общем, уехала с тем мужчиной, помнишь, с которым возле школы столкнулась? Он тоже на вечере был.
Мэй молчит.
— Короче, я сейчас у него.
— Поняяяятно, — тянет подруга, а в голосе её слышится улыбка. — То есть, лошадка решила вернуться в стойло?
— Вроде того, — отвечаю шёпотом и невольно краснею.
Конечно, я понимаю, что Андрей нашего с Мэй разговора слышать не может, но мне все равно неловко, что мы это обсуждаем, а он там, за стенкой, ждёт, когда я выйду к нему.
— И как? Все в порядке, Лин? Он тебя не обидел?
— Нет... Он был... Он в порядке, — я просто не могу заставить себя откровенно лгать и сказать подруге, что мы с Андреем спали, поэтому отвечаю уклончиво.
— Ну, ладно. Ты большая девочка, и сама знаешь, что делать. Я рада, Лин, что ты смогла перебороть свой страх пусть и с помощью алкоголя. Постепенно все наладится... Ты к себе когда вернёшься? Мы сегодня увидимся?
Страх я свой не переборола, но Мэй об этом знать не надо. Пусть подруга тоже верит в миф, который, возможно, навсегда избавит меня от чудовища, сломавшего мне жизнь.
— Пока не знаю. Давай, потом тебе наберу, ладно? А то я только встала.
Мэй просит меня не пропадать и быть на связи, после чего я прощаюсь с подругой, бросаю телефон обратно в сумку и обвожу слегка растерянным взглядом шкаф, в котором, как сказал Андрей, лежат для меня кое-какие вещи. Так, значит, пора одеваться, умываться и... идти на разговор с мужчиной, одно присутствие которого вызывает дрожь в коленях.
Только сейчас я вспоминаю, как вчера выпячивала зад под воздействием алкоголя и практически терлась об него, а он оказался знакомым моего отца. Да ещё и в курсе того, что я была изнасилована. Он мог бы подумать, что я веду себя странно для жертвы насилия, но, насколько я успела понять, ничего такого Андрей не подумал.
Открыв шкаф, оглядываю полки, тут же замечаю свое платье, затем вижу футболку и джинсы. Нижнего белья нет. Ну, да, было бы странно, если бы он в моем белье рылся. Хватаю одежду и быстро напяливаю на себя, после чего на цыпочках крадусь к двери и осторожно открываю. Не знаю, зачем это делаю, ведь я не вор и не собираюсь убегать, но почему-то все равно стараюсь действовать бесшумно.
Где, он сказал, ванная? Справа по коридору, кажется.
Также тихо иду в ванную, где быстро чищу зубы пальцем и умываюсь, отметив, что из зеркала на меня смотрит самое настоящее чучело. Оно и к лучшему. Если вчера я и вызывала какие-либо мужские реакции у Андрея, то сегодня вряд ли подобное возможно.
Своего нового знакомого я нахожу в довольно просторной кухне-столовой. Он стоит спиной ко мне и что-то сосредоточено рассматривает в открытом окне. Меня не замечает, вроде, поэтому я имею возможность хорошенько разглядеть его исподтишка.
То, что Андрей красивый, я поняла, в принципе, ещё в первую нашу встречу, как и то, что мужчина высок и отлично сложен. Правда, в помещении он выглядит гораздо больше, чем на улице. У него широкие плечи, по которым очень хочется провести ладонями, чтобы проверить — такие ли они твёрдые, как я себе представляю?
— Готова к продолжению разговора? — неожиданно раздаётся его голос, отчего я подпрыгиваю на месте.
Он все ещё стоит спиной ко мне, и я не вижу перед ним отражающих поверхностей, в которых он бы мог меня увидеть. Так, как он понял, что я здесь? Я что, настолько громко дышу?
Андрей медленно поворачивается и пронзает меня льдисто-голубым взглядом, отчего мурашки расползаются по рукам и спине.
С ужасом я замечаю, как напрягаются мои соски и упираются в мягкую ткань футболки. И вряд ли это происходит от холода, потому что мы на Сейшелах, а в кухне стоит жара. Уверена, Андрей прекрасно видит, как соски оттопыривают футболку, так как на мне нет белья. Сама я посмотреть и убедиться не решаюсь — это было бы слишком очевидное действие. Щеки и шея пылают, я как дурочка топчусь на месте и молчаливо смотрю на мужчину, широко распахнув глаза.