Нечестивые (ЛП)

Его хватка на моем затылке крепка, когда он удерживает меня на месте, засунув свой член мне в горло. - Помнишь, что я тебе сказал, детка? Я собирался показать тебе, кто твой гребаный папочка, пока ты задыхаешься от моего члена, засунутого тебе в глотку, - он делает паузу, его губы изгибаются в зловещей ухмылке, когда я смотрю на него сквозь ресницы. - Как ты себя чувствуешь сейчас?
  
Он не дает мне пошевелиться. Мои легкие сжимаются от нехватки кислорода. Я пытаюсь вдохнуть через нос, но это не получается, поскольку его член засунут мне в горло, перекрывая дыхательные пути. Я пытаюсь отодвинуться назад, но Оникс толкается еще глубже. Слезы текут по моему лицу, когда я яростно задыхаюсь.
Моя слюна стекает по подбородку, капая на пол у колен. От недостатка кислорода у меня кружится голова, периферическое зрение становится размытым и черным по мере того, как края начинают смещаться внутрь. Я слышу, как Оникс что-то бормочет, но не могу сосредоточиться на его словах, так как звучит так, будто он сейчас за много миль отсюда.
Мне знакомо это чувство. Я испытывала это чувство, когда пыталась оставаться под водой с Ониксом так долго, как он.
Вот на что похоже умирание.
Оникс крепче сжимает мои волосы, но вместо того, чтобы продолжать удерживать меня на месте, он отрывает меня от своего члена, как раз в тот момент, когда я вот-вот потеряю сознание. Я падаю навзничь, не в силах подтянуть под себя руки, чтобы удержаться при падении. Когда он покидает мой рот, я глубоко вдыхаю, чувствуя, как воздух входит в мои легкие.
Я ожидаю, что упаду на пол, но вместо этого Оникс поднимает меня за волосы. Мой череп горит, когда он грубо дергает меня за пряди. На данный момент боль меня даже не беспокоит. Все, о чем заботится мое тело, - это вдыхать как можно больше кислорода.
Оникс поднимает меня на ноги, его рука оставляет мои волосы, когда он сжимает мои бедра. - Ты знаешь, что я бы не убил тебя, - выдыхает он, покусывая мою нижнюю губу, в то время как мое сердце бешено колотится в груди. - Я всегда буду только подталкивать тебя к краю смерти, прежде чем оттащу от края.
Он разворачивает меня, и я спотыкаюсь, мое тело теряет равновесие и все еще пытается восстановиться после кислородного голодания. Он толкает меня вниз, пока мой живот не оказывается на столе, и толкает бедрами вперед, пока мои бедра не упираются в край прохладного дерева.
Мои ладони лежат на столе, когда я поворачиваю голову в сторону, мое дыхание, наконец, замедляется. Оникс кладет одну руку мне на висок сбоку от головы, а другую - на поясницу, чуть выше основания позвоночника. Он с силой входит в меня одним неистовым толчком, его член заполняет меня по самую гребаную рукоятку.
Я вскрикиваю, боль смешивается с удовольствием, когда я наконец прихожу в себя. Только тогда я понимаю, что в какой-то момент выронила нож и полностью потеряла контроль, когда Оникс напомнил мне о том, кто на самом деле здесь заправляет дерьмом.
Его кончики пальцев впиваются в кожу моего черепа, когда он безжалостно входит в меня. Он гладит мои внутренности, каждый толчок вызывает жестокое наслаждение. Я не была уверена, как все пойдет, но я знаю, что если бы я сказала ему остановиться, он бы остановился. А я бы никогда этого не сделала.
Это не занимает много времени, прежде чем он трахает меня до бесчувствия. Я выкрикиваю его имя, моя киска сжимается вокруг него, пока он продолжает входить в меня. Мой оргазм разрывает меня на части, такой же дикий, как и его изменчивые прикосновения. Наше окружение начинает исчезать, когда меня затягивает в ошеломляющий водоворот экстаза.
По моему телу прокатывается волна эйфории, пока Оникс не выкрикивает мое имя, оргазм поражает его с полной силой. Он растворяется во мне, наполняя меня своей спермой. Он не останавливается, врываясь в меня до тех пор, пока во мне не остается все до последней капли. Я закрываю глаза, мое сердце бешено колотится в груди, а дыхание сбивается, когда я делаю неглубокий вдох.
Он медленно выходит из меня, порыв холодного воздуха мгновенно заменяет его тепло позади меня, прежде чем я чувствую, как его сперма стекает по внутренней стороне моих ног.
- Ты в порядке? - его голос грубый и хриплый, но прикосновение нежное, когда он убирает прядь волос с моего лица. Он проводит пальцами по моему подбородку, останавливаясь, чтобы нащупать пульс.
Я медленно поднимаю веки, поднимаю голову, пытаясь пошевелиться на столе. Мои мышцы протестующе кричат, каждый гребаный дюйм моего тела в огне. Я наслаждаюсь болью и наслаждаюсь ею, когда заставляю себя перевернуться. Я сажусь, пододвигаясь к краю стола, когда Оникс садится рядом со мной.
- Селена, скажи мне, что с тобой все в порядке.
Я смотрю на Оникса, в его глазах застыла паника. Не часто он проявляет подобные эмоции, но, должно быть, он действительно обеспокоен, если я могу прочесть это по голубым оттенкам его радужек. - Я жива.
- Очевидно, - он закатывает глаза, разочарованно проводя рукой по своим взъерошенным волосам. - С тобой все в порядке? Ты же знаешь, что на самом деле я бы не стал тебя убивать.
Я смотрю на него в ответ, не испытывая страха, потому что единственный страх, который я когда-либо по-настоящему испытывала, был тогда, когда я думала, что его могут вырвать из моих рук.
- Видишь ли, это то, что, вероятно, должно пугать меня больше всего.… Даже если ты убьешь меня, я буду счастлива умереть от твоей руки.
  
ГЛАВА 18
 
ОНИКС
Селена молчит, пока мы мчимся по улицам, направляясь к нашим охотничьим угодьям. Пришло время нам вывести нашего преследователя из тени и разобраться с этой проблемой раз и навсегда. Мы оба жаждем нормальности, какой была наша жизнь когда-то - той долбаной рутины, в которую мы были втянуты раньше. И теперь пришло время избавиться от головной боли, которая угрожает разрушить все, что мы построили.
Я веду свою машину по темным дорогам, все глубже в лес, где нет уличных фонарей. Мой разум знает планировку как свои пять пальцев, и я выключаю фары, когда мы подъезжаем ближе к заброшенному гаражу. Мои глаза замечают небольшой просвет между деревьями, и я проезжаю через него.
Селена вылезает из машины и толкает передо мной дверь гаража, когда я захожу внутрь. Она опускает ее обратно, погружая меня в темноту, когда я глушу двигатель. Я двигаюсь осторожно, чтобы не шуметь, когда выхожу из машины и выскальзываю из маленького здания через сломанную боковую дверь.
Я обнаруживаю, что Селена стоит, скрестив руки на груди, и переносит вес тела на ноги, ожидая меня. - Ты готова, детка? - спрашиваю я, протягивая к ней руку.
Селена убирает руки от груди, ее ладонь находит мою. - Я готова к тому, что это, блядь, закончится.
- Я тоже, детка, - бормочу я, сжимая ее руку и ведя через просвет между деревьями.
Мы переходим пустую улицу и ныряем в лес, который окружает нас с обеих сторон. Определенной тропы, ведущей к приюту, нет, но мы проделывали этот путь столько раз, что она нам не нужна. Мы просто направляемся в общем направлении, осторожно пробираясь через дикую местность, пока не находим еще один просвет в деревьях.
- Ты не видел машину, следовавшую за нами, или что-нибудь в этом роде? - спрашивает Селена, когда мы подходим ближе к массивному зданию. - Как они узнают, где нас искать?
Моя рука скользит в карман, нащупывая маленькое устройство, которое я нашел в шасси своей машины. Я вытаскиваю его, показывая трекер Селене. - Они будут точно знать, где нас найти.
В лунном свете я не упускаю из виду, как расширяются глаза Селены, когда она отчаянно ищет мой взгляд, прежде чем прищуриться. - Как, черт возьми, ты это достал?
  
- Я нашел это под своей машиной перед тем, как мы вышли из дома. Я не знаю, как и когда он был туда помещен, но я подумал, что мы могли бы использовать это в наших интересах, вместо того чтобы он думал, что будет на шаг впереди нас.
- Хорошо, - кивает Селена, ее шаги становятся более настойчивыми, когда она шагает к двери, затаскивая меня внутрь лечебницы. - Давай поймаем этого ублюдка.