Шайтан Иван 2 (СИ)

— Почему они пошли в набег зимой? — поинтересовался я.
— В основном там шапсуги и темиргоевцы с горных аулов, убыхов не больше сотни. Они пришли за пленниками, а остальные грабят всё, что попадется. Говорили у них сейчас голодно.
Вошел Нарт, ближник Али, его управляющий, и сообщил, что все размещены и мои хорунжие жду меня. Быстро собрались и вышли во двор. Подвели лошадей и мы отправились на рекогносцировку. Проехали селение и выехали на юго-восточную окраину, от куда ожидали противника. Осматриваю предполагаемое место боя. Все молчат, ожидая моих умных высказываний. Небольшая речка, метров десять шириной, делит селение на два не равные части. Две трети на левой стороне, треть на правой. Посередине хлипкий мост. Фронт соприкосновения метров 300 −350, слева небольшая возвышенность, метра два в самой высокой точке, с права упирается в речку, вернее широкий ручей.
  
— Глубина какая? — обращаюсь к Азамату. Он показывает по грудь.
— Течение быстрое, льдом не покрывается, зимой лезть в воду еще то удовольствие. — рассуждаю про себя.
— Значит так, уважаемый, всех жителей нужно собрать у вас и ближних домах. Всё селение мы не сможем оборонять, пусть берут самое ценное и спрячутся где я сказал. Вы будете прикрывать эту часть по всей длине. Проходы закройте арбами, телегами. За укрытия не выходить. Азамат делишь всех на две половины. Одна часть стреляет, другие перезаряжаются, потом меняются. Стрелять, как можно чаще. Порох и свинец есть?
— Есть, только мало.
— Савва, пусть Тихон поделиться, с умом, у нас тоже не очень много. Азамат, присматриваешь за правой стороной, что бы не обошли. Могут с дуру в воду полезть. Самое главное не пропустить их в селение. Я встану на левом фланге. На то, что я буду делать, не обращайте внимание. Главное стойте за укрытием, стреляйте, но в атаку не кидаться. Ты меня понял Азамат, ни каких атак. Если выйдите из-за укрытий, вас вырежут. — смотрю в упор на Азамата.
— Я понял командир, все сделаю, как ты сказал.
— Хорунжие ко мне, — Трофим и Андрей подъехали.
— Встанем на левом фланге, не в линию, а поперек к фронту. Спрячемся до поры за той возвышенностью. Если прорвутся в селение ударим во фланг, если встанут, будем отстреливать по-тихому. В атаку не бегать, только по команде, волной с отстрелом супостата. Все возвращаемся.
Народ тихонько собирался в указанные места, скот пригнали и распределили по дворам. Толпа собралась у нашей кухни и с интересом наблюдала раздачу пищи. Ходжа Али выделил двух баранов и с удовольствием отужинал нашим кулешом. Остап сварил вторую порцию и угощал детей и женщин беженцев. Али познакомил со своей сестрой. Она долго смотрела на меня, во взгляде ни ненависти, ни вражды, холодная вежливость не более. У неё остался еще один сын двенадцати лет и дочка десяти. Сидел в сторонке рассеяно наблюдая за суетой. Азамат постоянно перемещался по двору раздавая приказы и распоряжения. За ним хвостиком бегала Марэ, его сестра пятнадцати лет. Мужчины чистили оружие, отливали пули, кто-то точил шашку или кинжал. Заметил, как князь Андрей откровенно пялиться на Мару, а эта чертовка, видя повышенное его внимание, еще больше вертит хвостом.
— Андрей, хорунжий, — он только со второго раза очнулся. Машу ему рукой.
— Слушаю командир.
— Андрей, ты чего так пялишься на Марэ, уже дырку на ней просверлил.
Он смутился: — Да не пялюсь я, просто посмотрел пару раз.
— Ну во-первых, не прилично, во-вторых могут тебя не так понять и оскорбиться, это дочь Али. Зарежут с горяча и не попрешь в ответ, правы будут. Пожалуйста, будь скромнее. Не спорю девочка красивая, но не делай нам неприятности на ровном месте, — улыбаюсь доброжелательно я.
— Понятно, Петр Алексеевич, принял к сведению, — покаялся Андрей.
— Вот и славно.
Ходжа Али сидел нахмурившись, погруженный в тяжелые мысли о завтрашнем дне. В комнате собралась вся его семья, кроме жены Линэ, Азамат, Марэ и Мышэ. Он не разделял радости и приподнятого настроения Азамата. Получалось, что приход сотника решал все проблемы. Он не понимал его уверенности. Конечно сотник и его люди умелые воины, но нападавших более пяти сотен, а у него не больше сотни воинов, остальные старики, юноши и подростки.
— Отец, ты не должен сомневаться в сотнике Иванове. Не зря его прозвали шайтан Иван или сын шайтана. Я видел как он с пятнадцатью воинами остановил две сотни, убил около четырёх десятков и заставил их уйти. Сейчас он привел восемь десятков, ты видел как они вооружены и я знаю как они обучены.
Мышэ был младшим сыном Али, двенадцати лет.
— Отец, можно я буду завтра сражаться с Азаматом.
— Конечно Мышэ, враг пришел к нам и мы будем сражаться, — тепло улыбнулся ходжа Али,- но только ты будешь строго выполнять приказы Азамата.
— Я пойду готовить пистолет. — Он вскочил и убежал из комнаты.
— Азамат проследи за братом.
— Конечно, отец.
Вошла мать и Азамат с Марэ вышли, оставив родителей одних.
— Азамат, а кто тот молодой хорунжий? — Спросила Марэ, усиленно изображая равнодушие.
Азамат занятый своими мыслями не обращал внимания на идущую рядом сестру.
— Да не знаю я кто он, какой-то новый в сотне. Все иди к себе, я занят.
Роман выбрал еще двух стрелков и поменял им ружья на длинностволы. Я приказал Тихону взять одно ружьё с запасом патронов и всеми приспособами для снаряжения патронов. Попросил Аслана найти Азамата.
— Ты хотел видеть меня, командир. — Подошел Азамат.
— Да, Азамат, вот держи. — Протянул я ружьё с патронташем.
— Благодарю тебя Петр. — Он схватил ружьё и прижал к груди.
— Возьми у Тихона приспособы и оставшиеся патроны. Смотри ни кому, это только твое оружие. Деньги отдашь Тихону. Все свободен. — Улегся по удобней в комнате, которую выделил мне Али. Хорунжие спали со своими полусотнями.
Утро как по заказу было солнечным и теплым, максимум −5, к обеду еще потеплеет. Прискакал дозорный, как я понял гости будут часа через четыре. Кухня раздавала завтрак, бойцы не торопливо принимали пищу, а вот местные напряглись. Ходжа Али стоял на небольшой веранде и смотрел на нас.
— Доброе утро уважаемый, присоединяйтесь. — Я кивнул Аслану и он принес чашку с кашей. Али сел рядом и принялся за еду.
— Вкусно, не пора занимать места?
— Зачем людям мерзнуть. Не переживайте, все будет хорошо, а если нет, то будет очень плохо. На все воля всевышнего, но как говорят умные люди, на бога надейся, а верблюда привязывай.
Переварив сказанное мной, ходжа Али рассмеялся: — Хорошо сказал.
Около полудня, самые зоркие увидели в дали приближающиеся темные точки. Люди Али стали спешно занимать места за заборами и баррикадами, переговариваясь между собой. Азамат деятельно командовал разъясняя что-то, горячился и активно махал руками.
Сотня стала выдвигаться на позицию.
Ранцы сгрузили к Тихону в фургон. Он счастливый хромал рядом с Трофимом, опасался, что не разрешат встать в строй. Мы вышли слева и спрятались за возвышенность, ну как спрятались, относительно конечно. Если встать немного в стороне, то нас можно заметить. Хотя все в белых, мягких полушубках, ушанки белые, только верх и штаны серые.
— Так братцы, построение в две шеренги, расстояние между бойцами первой шеренги два шага, вторя шеренга в промежутки. Первый залп по команде, потом чередуем первая и вторая шеренги. В случае если попрут сразу на нас, поворот на 45 градусов влево, ну дальше как масть попрет. Да, пусть пять бойцов приготовят гранаты, на всякий случай. Все ждем. — Уселся на бурку, Аслан притащил.
Хорунжий наблюдает в трубу.
— Идут командир. — Передал трубу мне.
Смотрю, точно больше пяти сотен, но конных от силы две сотни. Конница собирается атаковать наш фланг, начинают разбег.
— Сотня, правый фланг вниз, левый остается здесь, перекрестный огонь. Патроны беречь.
Сотня перестраивается. Хорунжий с пятью десятками, внизу, строится в две шеренги. Трофим и Рома со своими стрелками построились на возвышенности.