Кровь не вода (СИ)

— Грхм, может, и правда повременим? — поддержал Кузьму Святозар.
— Сейчас, когда непонятно, что получилось, у меня ещё не есть шанс получить заказанное. Если выяснится, что Кузьма правда научился булат варить, его на части начнут рвать, и я точно останусь без инструмента. Что касается переуступки назначенной Кузьмой доли казачему кругу, я не против, если предложенная цена будет приемлемой, но об этом нужно говорить с бабушкой, она пока командует.
  
Да, я спецом свалил все на бабушку, потому что поймал себя на мысли, что мне совершенно не жалко отдать это кругу, тем более что моей заслуги в получении стали, считай, нет, только слова, и то не внятные. Мне и инструментов, изготовленных из нормальной стали, будет достаточно, но глупо будет совсем уж отказываться от халявы.
Кузьма как-то чуть скривился и уточнил:
— Точно кругу отдашь, а то, может, сами бы?
— Кузьма, говорил уже тебе, не жадничай, ты ведь все равно в накладе не будешь, — ответил вместо меня Святозар, на что я только кивнул, как бы подписываясь под его словами.
Уже вечером, разговаривая с бабушкой, я посоветовал ей особо не жадничать и, если правда предложат что-нибудь, брать припасами, чтобы зимой нужды не знать. Нам бы благополучно её пережить, а дальше посмотрим. В следующем году уже сможем нормальный огород организовать, да и зарабатывать я так или иначе все равно смогу на том же сене или кирпиче. По крайней мере, я на это надеюсь.
После эпопеи, связанной с металлом, жизнь наконец-то устаканилась, вошла в нормальное размеренное русло, и я слегка расслабился.
Нет, я все так же умирал на тренировках и выездке, после обеда занимаясь прокладкой тропы в терновнике, затем лепил кирпичи или косил траву, а потом сушил её, заготавливая сено. При этом я не совсем понимал, что с ним делать, когда обратно пойдут татары, это же саранча, которая испоганит все на своём пути.
Пришлось по этому поводу даже просить совета у Святозара, который был на меня слегка обижен из-за подставы с бабкой. Просто она действительно попила с него немало крови, отчаянно торгуясь в цене за мою, можно сказать, «виртуальную» долю в несуществующем бизнесе.
Он посоветовал просто до ухода татар оставлять сено на полянах, где я его кошу. Аргументировал он это тем, что татарам будет не до обследования окрестностей, если они вообще у нас появятся.
В общем, он посоветовал мне особо не думать об этом, а лучше попробовать ещё что-нибудь вспомнить и помочь Кузьме.
Как я и думал, первый блин у Кузьмы получился не то чтобы комом, но в целом не очень. Почему-то сталь, которую ему удалось получить, была очень уж непростой в работе, и ковать её получалось без потери качества, только если не перегревать.
Если чуть передержать металл в горне, начинались чудеса: то крошится после финальной обработки, то слоиться начинает. В общем, непросто там все, и Кузьма прям реально вешается, но это уже меня не касается, главное, что я получил, что хотел, остальное неважно.
На самом деле инструментом я запасся, что называется на все случаи жизни, притом неплохого качества. Сталь, только если перегреть, начинала вредничать и чудить, если ковать её без перегрева, все получается замечательно.
Правда, делая заказанный инструмент, Кузьма хитрил (основную часть изделия делал из кричного железа и только режущую кромку из стали, приваривая её при помощи кузнечной сварки), но я все равно остался доволен.
Особенно радовался обычной, привычной по прошлому миру, штыковой лопате и пиле. Пил, кстати, Кузьма изготовил две и, в отличие от всего остального, ковал их чисто из стали, не тот случай, когда можно использовать кричное железо.
С появлением в хозяйстве пилы, тесла и скобеля я все чаще стал задумываться о постройке бани, пусть небольшой и самой примитивной, но хоть какой-нибудь.
Соскучился просто по доброму пару, а в слободе, как это ни странно, ни одной нормальной в полном понимании этого слова бани нет. Даже топящейся по-черному. Вот такая вот фигня. Поэтому и поворачивали у меня время от времени мысли в эту сторону.
Правда, решил все же отложить пока это на будущее. Но готовиться все равно начал, присматривая и заготавливая от случая к случаю подходящие для этого бревна.
В один из дней, возвращаясь после тренировки, возле старого нашего дома, где бабушка с детьми копалась в огороде, я застал её разговаривающей с незнакомым седобородым казаком. Разговор этот шел в присутствии стоящего чуть в стороне Святозара и явно на повышенных тонах.
Ещё на подходе эти двое, увидев меня, тут же замолчали, и это меня неслабо напрягло. А сказанные седобородым слова, с которыми он обратился к бабушке, так и озадачили:
— Это и есть твой внук Семен? Я думал, он покрупнее будет.
Не люблю вот такое, когда тебя обсуждают в твоём присутствии, будто не замечая. Поэтому, наверное, вставил свои пять копеек:
— Зато ем меньше других здоровяков.
Святозар улыбнулся, бабушка хмыкнула, а незнакомый казак почему-то смутился и промычал что-то невнятное. А я между тем спросил, обращаясь к бабушке:
— Случилось что?
Бабушка замялась, а потом ответила:
— Случилось. Вот он случился, — кивнула она в сторону седобородого и добавила, обращаясь уже к казаку: — Вот сам теперь и рассказывай.
С этими словами она развернулась и ушла на огород.
Седобородый ещё больше смутился, а Святозар произнес:
— Давай, Семен, лучше я начну рассказ, а Степан дополнит меня при необходимости.
Святозар на секунду задумался и начал говорить.
— Три года назад, когда вы уехали из поместья, Степан со своими товарищами присматривали, чтобы вас по дороге никто не обидел. Делать это они старались незаметно для стороннего глаза, и так случилось, что не справились с порученным им делом. Вы должны были ехать в определённое поселение и остановиться, там где вас ждали и готовы были помочь освоиться на новом месте. Так случилось, что вы неожиданно свернули с пути, по которому должны были ехать, в неизвестном месте, и казаки вас потеряли. Я не знаю, как они вас потом разыскивали, но найти не смогли.
— Тогда много что помешало поискам, но это уже неважно, — неожиданно прогудел Степан, перебивая рассказ Святозара. Тот замолчал, взглянув вопросительно на перебившего его казака, но, не дождавшись никакой больше реакции, продолжил рассказ.
— Так вот, казаки вас потеряли, и так случилось, что вы добрались до нашей слободы, где вас никто не ждал, и выживать вам пришлось самостоятельно. Они же после долгих поисков, затянувшихся чуть не на год, посчитали вас сгинувшими и рассказали об этом своему нанимателю, подрядившему их на эту работу. Некоторое время назад Степан услышал забавный рассказ одного из московских купцов о молодом казаке, который, сам того не подозревая, приобрел крохотного щенка, который, когда вырастет, превратится в огромного зверя. Забавным в рассказе купца было то, что фамилия у казака была Большой, и он приобрел себе щенка, которого тоже можно назвать Большой. В общем, Большой приобрел будущего большого. Помня фамилию пропавшего вместе с опекаемой семьёй молодого паренька, которого должен быть особо охранять, Степан решил проверить, тот ли это Большой, которого они три года назад потеряли. Он расспросил купцов, где это все происходило, и отправился в путь.
Святозар замолчал, Степан тоже не торопился что-либо говорить, поэтому мне пришлось спросить:
— И что дальше то?
— А дальше Степан хочет забрать вас из нашей слободы и закончить начатое: довезти вас, куда должен был три года назад.
— Очень смешно, — невольно вырвалось у меня
  
— Ничего смешного, — прогудел Степан. — За вами там присмотрят.
— А спросить у нас, нужен ли он нам этот присмотр или нет, никто не догадался? Думаю, правильно будет передать вашему нанимателю, что мы не нуждается в его опеке, и хорошо бы ему вообще забыть о нашем существовании.
— Ты бы не горячился, Семен, разбрасываться такими словами, мало ли как в жизни бывает.