Письма из Пёрл-Харбора. Основано на реальных событиях

– Вот это удача! Рита, ну будь человеком! Эта девушка просто создана для «Кей-Ти», и ты это знаешь.
Маргарит закатила глаза.
– Мне кажется, это девушке решать. Что скажете, мисс Мартин?
Но прежде чем Джинни успела что-либо ответить, Роберт Тайс театрально опустился на одно колено и взял ее за руку.
– Мисс Мартин, Королева Небес! Прошу вас – сделайте меня самым счастливым человеком в мире: вступите под знамена «Кей-Ти» и станьте нашей первой женщиной-пилотом!
  
Джинни только моргала, ошеломленно глядя на этого эпатажного мужчину, стоявшего перед ней в позе рыцаря из старинной баллады. Она бросила взгляд на Маргарит, которая уже заливалась смехом.
– Да что уж там, милочка, – сказала она, – раз уж ты на «Кабах» как на своих летаешь – соглашайся. Боб, конечно, дурачок, но свое дело знает. И если уж говорить начистоту – будет здорово, если в каждом ангаре аэродрома будет своя женщина-пилот. Из них, между прочим, выходят лучшие инструкторы. Пусть уж у всех будет поровну.
Она подмигнула Бобу. Тот все еще стоял на колене и, запрокинув голову, рассмеялся:
– Обожаю тебя, Рита! Обожаю всем сердцем! Так что скажете, мисс Мартин?
Джинни не сдержала улыбку. Все сложилось совершенно не так, как она ожидала, но – возможно, именно так, как было нужно. Здесь действительно были нужны женщины-пилоты – и, кажется, она наконец нашла свой дом вдали от дома.
– С превеликим удовольствием подниму в небо ваших пташек, мистер Тайс, – ответила она. – Но, может, сначала посмотрим, на что я способна?
– Прошу, зовите меня Роберт. Я ничуть не сомневаюсь, что вы великолепный пилот. Но, конечно, пойдем полетаем!
– Что, прямо сейчас?
– А чего тянуть?
С этим Джинни не могла не согласиться. Поблагодарив Маргарит, она последовала за Робертом обратно к ангару. На ходу она подняла глаза к ясному небу, и сердце ее забилось чаще – от нетерпения, от радости, от предвкушения полета. Она жила этим – с тех самых пор, как родители впервые взяли ее на авиашоу. Тогда ей было десять. Теперь – двадцать, и, казалось, наконец настал момент, когда ее навыки и умения будут оценены по достоинству.
– Видели интервью с Жаклин Кокран? – спросила она, пока они шли через поле.
– Видел-видел! Вот это женщина, скажу я вам!
– Думаете, у нее получится? Убедить всех, что женщины могут летать – даже на военных самолетах?
– Нелегко будет, но если кто и справится – так это Жаклин. Ну что, давай поднимем эту пташку в небо!
Он остановился у самолета, стоявшего рядом со входом в ангар. В солнечных бликах его нос сиял, словно тоже рвался в небо.
– Лили, машина к полету готова?
Лили подошла ближе:
– Как новенькая, босс! – Она повернулась к Джинни: – Ты будешь работать с нами?
– Похоже, что да!
– Отлично, будем коллегами! – Лили улыбнулась. – Классно, что у нас теперь есть еще одна женщина!
– Вот именно! – громогласно поддержал ее Роберт. – Приступайте, девушка!
Он протянул руку, чтобы помочь ей забраться в кабину. Джинни с усмешкой взяла его за руку и легко запрыгнула внутрь. Вот где она чувствовала себя в своей стихии!
И пока она выруливала на взлетную полосу и взмывала в небо над Гавайями, ее взгляд скользнул по полю военного аэродрома Хикэм – там служил ее брат Джек. Казалось, теперь они оба будут подниматься в небо отсюда, с острова Оаху. А может, им и вправду удастся однажды послужить своей стране. Джинни не жаждала войны – ни одна разумная душа не желала бы ее. Но черные щупальца нацизма продолжали расползаться по свету, и кто-то должен был их остановить.
Но под ярким, веселым солнцем Гавайских островов трудно было поверить, что кошмары войны и вправду смогут коснуться их здесь – в этом райском уголке посреди Тихого океана.
 
Глава 4
 
Понедельник, 4 марта
Робин вышла из автобуса и чуть было не направилась в Спорткомплекс имени Кларенса Т. С. Чинга. Ее мучила совесть – все же Эшли была дома одна весь день, – но и пропускать тренировку совсем не хотелось. Первые соревнования сезона были уже через две недели, и форму нужно было держать.
– Робин!
– Привет, Зак.
Она улыбнулась своему спортивному напарнику, который вприпрыжку подбежал к ней и заключил в объятия.
– Как ты? – мягко спросил он.
Робин с благодарностью прижалась к другу. Зак был наполовину гавайцем, афро-карибского происхождения, с внимательными, добрыми глазами и длинными, сухими руками, из-за которых его объятия казались особенно теплыми и уютными. Она прильнула к нему, чувствуя, как ее накрывает облегчение – впервые, пожалуй, с того ужасного дня, как она переступила порог дома, где выросла.
– Как же я рада тебя видеть, Зак.
– С возвращением!
Он обнял ее еще крепче, пока она не отстранилась, торопливо вытирая слезы. В последнее время она плакала до нелепости часто.
– Непростые были две недели, да? – участливо спросил Зак.
– Можно и так сказать.
– Успела потренироваться?
– Да не особо.
– Ну тогда готовься, сейчас тебе еще испытаний накинут. Тренер, похоже, всерьез за нас взялся.
Он жестом указал на дальний край поля, где тренер, мистер Тайлер – жилистый мужчина, в прошлом профессиональный атлет, – устанавливал полосу препятствий и уже рявкал на разминавшихся неподалеку спортсменов.
– То, что надо, – сказала Робин.
– Наперегонки? – с озорной ухмылкой крикнул Зак и сорвался вперед через терракотовую беговую дорожку на стадионе.
Робин тяжело вздохнула, но все же побежала за ним. Ей было приятно вновь ощутить напряжение в мышцах и прикосновение теплого вечернего воздуха к лицу. Зак умел поднимать ей настроение. Он был таким легким, веселым парнем. И на вид – тоже весьма привлекательным, если вы, как Робин, питаете слабость к высоким смуглым мужчинам. Год назад они решили, что им лучше остаться друзьями. Их познакомили общие знакомые, но из-за общей застенчивости их единственное свидание прошло в неловком молчании. С тех пор они дружили. Но сегодня, глядя на гибкое, подвижное, словно река, тело Зака, что разминался у полосы, Робин почувствовала в животе легкие искорки. Глупости. Наверное, просто переутомление. Или сработал какой-то сбой в системе. Они уже пробовали. Не вышло. Все, точка.
Она переключилась на тренировку, с облегчением оказавшись среди товарищей по команде. Она была рада видеть даже Коуди – не по годам серьезного семнадцатилетнего местного парнишку, который тут же принялся бурчать, что она опоздала. Робин вложила всю свою печаль в бег и порхала над препятствиями так легко, что даже суровый мистер Тайлер пробурчал: «Неплохо». Для него это была высшая форма похвалы.
– Ну что, может, пойдем перекусим? – предложил Зак после тренировки. – Отметим твое триумфальное возвращение.
Робин выразительно поморщилась.
– Я бы с радостью, но меня дома ждет сестра. И я даже боюсь представить, что услышу, когда вернусь.
Зак удивленно поднял брови.
– Сестра? Она что, приехала?
– Угу.
– Ну и как вы там вдвоем уживаетесь?
Весь прошлый год Робин донимала Зака бесконечными историями о колких разговорах с Эшли по телефону, поэтому сейчас она вместо ответа закатила глаза, пока они вместе шагали к автобусной остановке.
– Ну пока еще притираемся друг к другу. Мне кажется, дорога ее измотала окончательно, да и квартира у меня для коляски совсем не приспособлена. Бабушка Джинни еще и квест какой-то по Оаху нам устроила, а Эшли рвется поскорее его пройти. А у меня – работа, тренировки, времени на себя вообще не остается.
– А давай я помогу! – предложил Зак. – Я же обожаю квесты!
  
– Серьезно?!
– Серьезней не бывает. Я даже могу переодеться пиратом с повязкой и крюком!
Он встал в позу, словно Черная Борода, и Робин звонко рассмеялась.
– Вот это то, что надо! – сказала она. – Только все равно непонятно, что мне с Эшли делать оставшееся время.
Зак на секунду задумался.