Цветы пиона на снегу. Том 3

– Каким образом твое ядро восполняет ци – я не знаю. Неужели у секты нет ответа на этот вопрос?
– Признаться честно, я и сам с таким впервые столкнулся. Может, ваш покойный учитель что-то знал?
– Может, – туманно ответил Лу Чуньду.
Дойдя до горы мастера Лу Цао, Демон молча передал ученика заклинателю и ушел на северный склон за цветами для благовоний.
Усадив Вэнь Шаньяо, Лу Цао снял с него повязку и весьма долго рассматривал его глаза. В прошлый раз он был занят Ни Цзаном, псом Лэном и своей ученицей. Вэнь Шаньяо, хоть и потерял приличное количество крови, по сравнению с ними выглядел самым здоровым, так что лечение глаз ушло на второй план.
  
– Боюсь, я не смогу восстановить твои глаза, – спустя время произнес Лу Цао. – Прости, но мои познания в этом направлении не так глубоки. Думаю, не этого ответа ты ждал. Единственное, что я могу, – найти глаза на замену, но мне потребуется время.
– Вы сможете их пришить? – с сомнением спросил Вэнь Шаньяо.
– Да, у меня есть опыт в подобных вещах. Позволь только уточнить – глаза, что сейчас при тебе…
– Чужие, – кивнул Вэнь Шаньяо, а потом тихо произнес: – Когда мастер Ху приютил меня, я практически ничего не видел… Он нашел человека, который был готов заменить глаза. Я не знаю, что мастер Ху дал ему взамен, но его поступок… мне не забыть…
– Да, Ху Симао всегда был… таким, – с тоской произнес Лу Цао, погладив Вэнь Шаньяо по спине. – Раз ты знаешь, каково это, значит, будешь уже готов. Дай мне время, и я найду глаза, что подойдут тебе.
– Я не сомневаюсь в мастере Лу Цао.
– Ну что ты. Хоть и стыдно это признавать, но мне далеко до мастерства моего первого шифу. Еще учиться и учиться.
Вэнь Шаньяо лишь улыбнулся – Лу Цао и так превосходный лекарь и, будь в его руках знания секты Вэньи, стал бы одним из выдающихся мастеров своего времени. Даже жаль, что такой талант пропадает.
– Пока твой шифу еще не пришел, скажи: часто в его комнатах горит благовоние? – внезапно спросил Лу Цао.
– Если мне не изменяет память, то постоянно.
Тяжело вздохнув, заклинатель бросил взгляд в сторону двери, заставив Вэнь Шаньяо невольно напрячься.
– С моим шифу что-то не так?
– Странный вопрос: задай его любому заклинателю из Байсу Лу, и он ответит, что да, – заметил Лу Цао. – Это лишь наблюдение, не принимай близко к сердцу, но, когда мастера Лу Ми не стало, младший мастер Лу пристрастился к благовониям. Особенно к тем, что успокаивают разум и душу.
Удивленно моргнув, Вэнь Шаньяо попытался представить горюющего Лу Чуньду, но так и не смог. Слишком уж не вязался образ сострадательного и сломленного младшего мастера Лу с его холодной и бесчувственной натурой.
Вэнь Шаньяо дождался прихода Демона и по пути к главному зданию сыхэюаня [4] с красной дверью спросил:
– Шифу, зачем вам лекарственные цветы для благовония?
– Чтобы ты своими вопросами не вызывал головных болей. Доволен?
Скривив губы, Вэнь Шаньяо больше ничего не спрашивал, предчувствуя, что толкового ответа все равно не дождется. Это ведь Лу Чуньду – от него не добиться ничего ни мольбами, ни угрозами. Только ждать, когда тот сам захочет все рассказать.
– Отдыхай и жди, когда я тебя позову, – велел Лу Чуньду. – Возможно, твоя помощь понадобится быстрее, чем я бы того хотел.
Ничего не оставалось, как покорно отсиживаться в комнате, принимая пилюли и пропуская мимо ушей колкие слова Луаня. Тот словно нарадоваться никак не мог его внезапной слепоте: показывал язык или корчил рожицы, не понимая, что Вэнь Шаньяо прекрасно все видит.
В сыхэюане было спокойно. Полукровка еще не вернулся с охоты, а курица Жоу предпочитала проводить время в комнате духа. Дворик если и заполняли звуки, то либо щебет птиц на ветках, либо тихий бубнеж Луаня, который чистил крыши и двор от снега.
На шее осталась бледная полоса шрама, которую можно было скрыть за воротником. Если не знать, куда смотреть, то она и не бросалась в глаза, однако под пальцами чувствовалась. Умер ли тогда Вэнь Шаньяо, или пилюли действительно подействовали – он не знал, очнувшись в канале среди разбухших трупов. К счастью, вскрыть его не пытались и ядро не вынимали. Однако выбираться из Цзеши по реке, заполненной телами разной степени свежести, было весьма удручающе. Не то чтобы раньше такого опыта не было, но повторять его не хотелось.
– Ты же слепой, нет? – спросил Луань, вырвав Вэнь Шаньяо из мыслей.
В руке тот держал бамбуковый свиток с подробным описанием ядра и циркуляцией ци по телу.
Положив голову на стол, дух непонимающе смотрел на хозяина.
– Слепой.
– И ты видишь?
– Вижу.
– Тогда в каком месте ты слепой?! – с недоумением воскликнул Луань, вскочив с места и указав на него пальцем. – Опять всех дуришь?! Думаешь, раз голова большая, то и мозгов тоже много?!
– Тебе заняться нечем?
Дух насупился, с вызовом смотря на Вэнь Шаньяо.
– Ты точно не демон в человеческом облике?
– Будь я демоном, защита клана меня бы не пустила.
– Ну знаешь… есть много способов ее обойти. Конечно же я не буду тебе о них говорить! И не проси!
– И много демонов сюда проникло?
– Ага, так и сказал, – фыркнул Луань, отвернувшись, и потопал к двери. – С чего мне тебе секреты клана рассказывать? Я не настолько туп!
Сказав это, дух с важным видом ушел и, вернувшись спустя пару минут, проворчал:
– К тебе там гость.
– И кто же?
– Мальчишка из западного клана.
Вэнь Шаньяо отложил свиток и вышел во двор, где уже ждал Ни Цзан. Временно он носил бело-рыжие одежды Байсу Лу, а повязки из бинтов покрывали чуть ли не все тело юноши.
– Прости, что побеспокоил. Наверное, не стоило так внезапно приходить.
– Ничего, – качнул головой Вэнь Шаньяо, предложив сесть за стол. – Ты что-то хотел?
Ни Цзан поставил на стол коробочку, внутри которой оказались сладости. При виде них у Луаня громко заурчало в животе, и он поспешил отвернуться, пробормотав под нос:
– Надо чай, что ли, приготовить… а то какой из меня хозяин?
– Я хотел бы поблагодарить тебя за то, что случилось в Цзеши, – признался Ни Цзан. – Знаю, что ты спас меня не один, еще и господин Лэн помог… только найти его сейчас не могу.
– Лэны не засиживаются в клане, так что их еще поймать нужно. Не думаю, что Лэн Шуан нуждается в твоей благодарности.
– И правда… – неловко улыбнулся Ни Цзан.
Вернувшийся из своей пристройки Луань принес горячий чайник, расставил пиалы и как ни в чем не бывало сел рядом с ними. Стащив несколько пирожных, он едва не заурчал от наслаждения, больше напоминая ленивого кота, чем духа.
– Слышал, с Бэйай беда случилась, – припомнил Луань, набив щеки.
В глазах Ни Цзана цвета зелени тут же промелькнула грусть, и он кивнул.
– Верно. С самого основания клана мы только и занимались тем, что очищали земли от скверной ци, оставшейся после Хаоса. Мой отец был способен очистить территорию небольшой школы, а если собрать всех наших заклинателей, то и вовсе одну пятую империи.
– Тогда что же произошло?
Ни Цзан ответил не сразу. Он неспешно отпил чай и с трудом сглотнул застрявший в горле ком. От Вэнь Шаньяо не укрылись тоска и боль в его глазах, отчего сердце кольнуло. Точно такие же чувства он испытывал сам, видя уничтожение секты и ее последователей.
– Фуланьу.
Луань закашлял, подавившись, и тут же залпом осушил предназначенный Вэнь Шаньяо чай.
– Так это правда? Одна из печатей сломалась?
– Да. Все знают, что Фуланьу самый слабый из семерки…
– Семерки? – переспросил Луань, и озарение осветило его глаза. – А-а, ты имеешь в виду еще и Байчжу. Каждый раз забываю о нем – привык уже, что обычно про шестерку говорят.
  
Вэнь Шаньяо незаметно ущипнул духа, заставив того подпрыгнуть и с обидой взглянуть на хозяина. Тот же, мягко улыбаясь Ни Цзану, попросил:
– Продолжай. Не обращай на Луаня внимания – до него слишком долго доходит.