Цветы пиона на снегу. Том 3

 
Моргана Маро
 
Цветы пиона на снегу. Том 3
 
Цветы пиона на снегу
Иллюстрация на обложке: Арусяк Пивазян
  
Иллюстрация на авантитуле: Yasha Wang
Внутренние иллюстрации и оформление макета: Пельмышка
Иллюстрации на форзаце и нахзаце: Remiilla
© Моргана Маро, текст, 2024
© ООО «РОСМЭН», 2024
 
Змей в недрах горы
 
За окном виднелся водопад, пропадая далеко в тумане, что стелился у подножия гор. Ветки с медленно созревающими почками тихо постукивали друг о друга в попытках дотянуться до солнца в могучих лапах Гуана. Небесный великан все так же спал, неся на спине дворец Солнца. Длинные усы с кисточками на концах развевались, подобно ленточкам на ветру, а роскошная грива переливалась золотом.
В зале дворца, что стоял на обрыве горы, возвышаясь над облаками, повисла тишина. Собравшиеся заклинатели молчаливо посматривали друг на друга и нерешительно бросали взгляды то на главу Байсу Лу, то на юношу посреди зала.
– Значит, одна из печатей, сдерживающих Фуланьу, сломалась. Как же так вышло? Не существует оружия, способного на такое, – даже утерянный меч Цзинь Хуэя!
– У этого недостойного есть ответ: тому виной мой старший брат, – с горечью в голосе произнес Ни Цзан, не решаясь поднять взгляд. Лицо юноши покрывали царапины и синяки, а одежда не скрывала бинты на ладонях. – Следующим главой Бэйай должен был стать он. Брат был силен телесно, но очень слаб духовно. Отец повел его к Фуланьу, чтобы передать должность главы, но тот забрался в его голову.
Ни Цзан сглотнул, стараясь побороть дрожь в руках. Заклинатели Байсу Лу не сводили с него взгляда, в котором читались как жалость, так и сомнение.
– Глава Байсу Лу наверняка знаком с моим братом. Вам не понаслышке известно, что он одним ударом способен разрубить камень шириной и высотой в два чжана [1].
– Да, я видел это собственными глазами, – кивнул Лу Аньцзин. – Твой брат был выдающимся воином – такая сила, как у него, появляется раз в тысячелетие.
– Тогда вас не должно удивлять, что он смог разрушить одну из печатей, поддавшись воле Фуланьу. К счастью, мы успели его остановить от разрушения второй печати, но ценой его же жизни.
Заклинатели пораженно выдохнули. Лишиться одного из наследников – тяжелый удар по клану. Если вся прямая ветвь погибнет, то клан перейдет в руки побочной ветви, как случилось с Сюэши.
– Прими мои соболезнования.
Ни Цзан кивнул, закрыв глаза, и сжал в пальцах ткань широких рукавов. Он держался на удивление хорошо, стараясь не дать чувствам взять верх над разумом.
– Вам действительно повезло избежать разрушения второй печати, – заметил Лу Сицин, стоя рядом с главой, – но, даже уничтожив первую, можно высвободить немалую часть силы сына Хаоса.
Семь печатей на семь чувств стоят на каждом из детей Хаоса. Вэнь Шаньяо не понаслышке знал, как трудно сломать хотя бы одну, однако даже ее бы хватило, чтобы демон натворил бед. Нет, он не вырвется на свободу – по крайней мере, не покинет территорию, к которой привязан, ведь другие печати все еще на месте, однако, вернув себе одно из чувств, демон способен уничтожить сотни людей. Это все равно что запереть узника в хорошо защищенной тюрьме, но оставить кандалы открытыми. И он пойдет на все хитрости, чтобы попробовать сбежать.
– Мы не сразу поняли, что случилось, – продолжил Ни Цзан. – Земли стали заражаться быстрее, а наших сил уже не хватает. Вчера очистили поляну, а сегодня уже весь лес в скверне. Я и глазом не успел моргнуть, как отец покинул нас. Мы потеряли контроль, вдобавок еще та болезнь унесла несколько тысяч жизней. Люди бежали, а в клане остались только старики и те, кто готов был умереть за наше учение.
– Почему вы не послали за помощью?
– Посылали. И ничего. Я не думаю, что наши мольбы вообще пересекли горы, потому вызвался сам прийти к одному из кланов, а после… вы и сами знаете. Человек, что посеял смуту на наших территориях, пошел следом за мной и унес новые жизни. Мне повезло, что я встретил людей из Байсу Лу и что правда наконец достигла ушей остальных.
– Когда ты уходил, как далеко распространилась скверна? – спросил Лу Аньцзин.
– Еще десять ли, и она вышла бы за территории Бэйай. Поэтому я так торопился к вам – рядом с границей находятся поселения и города, а в двух днях пути – школа. Если главы кланов будут медлить, то Фуланьу заберет еще больше жизней.
Лу Аньцзин переглянулся с Лу Сицином.
– Насколько нам известно, эти печати созданы еще самим Цзинь Хуэем и не имеют себе равных. Даже если мы сейчас отдадим жемчужину, то нет смысла ее применять, пока Фуланьу не запечатан. Я уже уведомил главу Сюэши о сложившейся ситуации, так что прошу дать нам пару дней на совещание.
– От имени Бэйай я благодарю главу Байсу Лу за помощь, – низко поклонился Ни Цзан. – Я верю, что вместе с главой Няо вы найдете решение.
– А сейчас расскажи подробнее: насколько сильно гниль проникла в земли Бэйай?..
Тень под ногами одного из заклинателей скользнула к дверям, вернувшись к сидевшему под деревом юноше с повязкой на глазах. Вэнь Шаньяо ждал, сложив руки на груди. Заслышав приближающиеся шаги, он спросил:
– Вы так рано покидаете совет, шифу [2]? Неужели есть дела поважнее?
В шаге от Вэнь Шаньяо остановился младший мастер Лу в белоснежных одеяниях с едва заметной оранжевой вышивкой на широких рукавах и поясе. Бросив на того взгляд, он произнес:
– Судьба клана Бэйай волнует меня не так сильно, как состояние собственного ученика. Лу Цао уже должен был все подготовить. Идем.
Поднявшись с земли, Вэнь Шаньяо поспешил за учителем, едва успевая за его быстрым и легким шагом. Если бы не теневые глаза, спокойно видящие сквозь ткань повязки, он запнулся бы о ближайший камень.
– Шифу, вы, кажется, забыли, что я слеп! Проявите хоть немного сочувствия к этому больному! – воскликнул он, боясь упасть со ступеней.
– Для слепого ты удивительно проворен. Со стороны и не скажешь, что человека от дерева отличить не можешь.
– Приму это за похвалу. Было что-то интересное на собрании?
– Ты и сам все слышал, не так ли? Так что лучше ты мне скажи: было ли в словах Ни Цзана то, что показалось тебе странным?
Вэнь Шаньяо задумался, поравнявшись с Лу Чуньду.
– Боюсь представить силу человека, способного сломать одну из печатей Цзинь Хуэя. Возможно ли это вообще?
– Раньше никто не пробовал разрубить печати, но я не отрицаю того, что со временем они могли ослабнуть, раз даже простой меч навредил им. Печатям практически пять тысяч лет, вдобавок их никто не обновлял. Но твоя правда, я тоже не думал, что человек – пусть и заклинатель – способен на такое. Возможно, это было спланировано старыми советниками Хаоса.
  
– Или нашим «знакомым» в маске, – тихо добавил Вэнь Шаньяо.
– Или им, – согласился Лу Чуньду.
Человек, что управляет марионетками и открыл врата в Царство демонов, – как много он знает о печатях Цзинь Хуэя? И кто его направляет? Собственное желание или воля Хаоса?
– Итак, что мы имеем? Старую болезнь, человека, что ее наслал, отсутствие ядер у некоторых заклинателей и освободившегося сына Хаоса. Ах да, и еще мою странную способность восполнять ци [3], – загнул пальцы Вэнь Шаньяо.