"Фантастика 2025-47". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

— Тоха, глянь, — указал Андрей на появившихся на взгорке всадников.
Человек десять. Однозначно степняки. Одежду с такого расстояния не рассмотреть. Но сложно не узнать низкорослых степных лошадок. Пограничники такими не пользуются. Разве только союзники их, печенеги. Но насколько знал Андрей, все они движутся при войске, в разъездах участвуют только дружинники.
— Думаешь, половцы? — с затаенной надеждой усомнился Антон.
  
А и то. Тут до Пограничного всего-то ничего. А им говорили, что Шарукану выгодно дать им бой подальше от дома. Так что могут быть и из орды Тераккана. А эти им вроде как друзья. Хотя этих половцев не поймешь. Сами себе на уме.
— Отворачивай в сторону и переходи на рысь, — наконец принял решение Андрей.
В экипаже тачанки старший — стрелок. Задача возницы — подвести его на выгодную позицию, которую определяет командир, исходя как из возможностей оружия, так и из своих умений.
Едва отвернули и ускорились, как кочевники понеслись им напересечку с азартным гиканьем и свистом. Вот и рассеялись сомнения. Получается, либо разведка Шарукана, либо передовой дозор. Если второе, тогда еще ладно. А если первое, то умными их действия не назвать. Неужели позарились на лошадей и доспехи? Вот уж сомнительно. Тем более что на них надеты чехлы. Хотя-а-а… Всем окрест известно, что вои Пограничного обряжены в ламеллярные доспехи.
— Тоха, оставляй их за спиной.
— Отрезают от дружины и гонят к Псёлу, — проинформировал друг.
— Знаю.
— Тогда, может, к Пограничному?
— Рано еще. Могут пересечь путь. Надо сначала оторваться, а потом уж закладывать разворот.
— Понял, — погоняя лошадей, отозвался Антон.
Кочевники, поначалу сокращавшие разрыв, начали отставать. Достать их из лука нечего и мечтать. Стреломету такая дистанция по плечу. Но ты поди попади с такой-то качкой. Андрею пришлось даже пристегнуться специальным ремнем. Предусмотрен такой, чтобы ненароком не вывалиться при стрельбе. Это Михаил Федорович удумал.
Как ни странно, оторваться не получалось. В смысле разрыв, конечно, увеличивался. Но уже понятно, что он не успеет вырасти настолько, чтобы они могли отвернуть и выскочить из клещей.
— Тоха, правь к Топкому оврагу.
Эти места они знали. Успели изучить, пока ходили в патрулирование. А то как же. Правда, не сказать, что лучше заставских. Уж эти-то излазили тут все вдоль и поперек.
— Оттуда ходу нет. Только через реку.
— Зато края оврага отвесные, а переход только один.
— Может, просто перережем постромки и уйдем верхами?
— Рано тачанку бросать. Мы еще побарахтаемся. Гони.
— Понял.
Это да. Узкий проход их единственный шанс. Хотя-а-а-а…
Сразу трое половцев полетели кубарем. Остальные начали осаживать лошадей, развернулись и, яростно нахлестывая их, помчались в обратную сторону. А вслед им из-за взгорка выметнулся отряд человек в десять. Всадники привстали в стременах и пускали по беглецам стрелы. Вот еще один полетел кубарем. Еще…
Антон остановил разгоряченных лошадей и, развернувшись, шагом двинулся в сторону ушедшей дружины. Пока непонятно кто это, особисты, которые постоянно рыщут в степи как волки, или заставские. Но однозначно это свои.
— Что, братцы, наклали полные порты? — весело осклабился подъехавший к ним заставский.
В поход призывали только треть из их числа. Даже когда в прошлом году пришлось биться с Шаруканом в чистом поле, Пограничный подмели чуть ли не под чистую. Заставы Романов трогать не стал. Взял строго оговоренное число воев. Так же было и сейчас. Эти парни патрулировали прилегающую местность. Обычная практика.
— Ты за своими портками следи. За наши не переживай, — с ленцой отмахнулся Антон.
— О, каков герой. Может, еще расскажешь, куда вы так поспешали?
— К Топкому оврагу.
— Так там же только через реку.
— Зато переход узкий и можно дать бой, — с таким видом, словно идея принадлежит именно ему, возразил Горшков.
— Во-она как, — протянул заставский.
— А т-ты как думал, — подбоченился Антон.
— Я думаю, что тачанки эти — зряшнее баловство. Недодумал чего-то в этот раз Михаил Федорович. Боевая повозка, та еще да. А вот это, — заставский пренебрежительно махнул рукой.
— Всякому оружию есть свое время и место. Есть сильная сторона, а есть слабая. И тачанки себя еще проявят, — возразил Андрей.
— Ну, может, и так. Воевода пока вроде бы не ошибался.
Из половцев не ушел никто. Парочку сумели захватить в плен ранеными и порасспросить. Как выяснилось, это были разведчики. Позарились они не только на доспехи и оружие, которые у пограничников неизменно были хорошего качества. Кроме этого, они хотели захватить пленника. Ну и о ближайших планах Шарукана поведали. Вообще кочевряжились они недолго. Ну или заставские умели спрашивать.
Дальнейший путь прошел без происшествий. Сменяя рысь шагом, они в течение часа сумели догнать дружину. Боевые повозки продвигались четырьмя колоннами в шахматном порядке. Это результат наработанного за месяц опыта. Из такого построения было куда проще выстроить как круг, так и каре. И даже если не успеть составить повозки, войско получается куда компактней, чем вытянувшись в одну линию.
В настоящий момент дружина и союзная кавалерия стали лагерем на дневной привал. Причем данное обстоятельство использовали с двойной выгодой. С одной, приготовление обеда и отдых. С другой, обустройство укрепленного лагеря. Сейчас у ополченцев это получается не в пример лучше, чем месяц назад. На все про все уходит не больше получаса. Разве только рвом не окапываются. Но на ночной стоянке непременно.
Горячая еда — дело хорошее. Сухомятка, она никуда не уйдет. Так что если есть возможность нормально поесть, нечего от этого отказываться.
Въезд в лагерь через довольно широкий проем, перекрываемый двумя повозками. Сейчас он открыт, а потому они проехали беспрепятственно. Выстроившиеся в рядок четыре тачанки нашли без труда. Пристроили свою, и Андрей поспешил с докладом.
— Чего так долго? — недовольным тоном встретил его десятник.
— В мастерских решили сменить сразу все рессоры. Вот и ждали, пока их подвезут на подводах. Да потом сама работа, — ответил Греков.
— Понятно. Каша еще горячая, ешьте, пока не тронулись.
На ладье готовят в одном большом котле на всю полусотню, а потом едят из деревянных или керамических мисок. На суше из-за дефицита воды ситуация иная. Тут кошеварят в одном котле на десяток, откуда дружно и едят. Посуды получается мыть нужно меньше, что только приветствуется.
— Мне бы сначала к воеводе, — проинформировал десятника Андрей. — В степи на разведчиков половецких напоролись. Хорошо хоть заставские подоспели. Не то не вырвались бы. Только и того, что огрызнуться могли.
— Весело там у вас было. Поторопись. Не то, не ровен час, прикажут выступать.
— Слушаюсь.
Андрей кивнул Антону и поспешил в центр лагеря к установленному тенту, под которым расположился воевода. Товарищ понимающе подмигнул и полез в ящик с личными вещами за рукомойником и мылом. Варят его в Пограничном регулярно и к чистоте приучают сызмальства. Входит оно и в довольствие призывников, и в вещевом мешке у ополченцев быть обязано. И посуда моется с ним же.
— Дозволь доложить, воевода, — представ перед Романовым, обратился Греков.
— Слушаю тебя, Андрей.
— Поломка у нас случилась, отстали от колонны. Когда нагоняли, между Пограничным и Рудной на нас напали половецкие разведчики. Выручили заставские. Двоих взяли в плен. Расспросили. Шарукан знает о нашем выходе. Обошел нас и собирается отрезать от Пограничного, чтобы отступить не могли. Сколько он собрал воинов, пленники не знали, но сказали, что больше десяти тысяч.
— Все?
— Так точно.
— Можешь идти.
Парень легонько кивнул, изображая поклон, и отошел от разложенного походного стола, за которым устроился воевода.
— Боря, как ты думаешь, эти ухари нам не испортили все? — поинтересовался Романов у Кудинова, провожая взглядом своего бывшего оруженосца.