"Фантастика 2025-47". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

— Получилось-то ладно. Да только радоваться рано, — со вздохом произнес Леонид.
— Что опять не так? — вздернул бровь Михаил.
— Чтобы эта машина работала беспрерывно, нужно обеспечить достаточное количество ровницы. А чтобы ее вытянуть, нужно шерсть вычесать.
— То есть ты пока не решил проблему, а только создал себе лишнюю головную боль.
— Так и есть. Вот теперь бьюсь над этой проблемой. Посидеть бы вместе, подумать, — с надеждой взглянул на него механик.
  
Успел проникнуться уважением к способностям Романова. Не сказать, что Михаил так-то уж серьезно разбирается в механике. Но однозначно имеет нестандартный для местных умельцев подход. И многое из того, что уже создано Леонидом, получило толчок от его нанимателя.
— Михаил Федорович, переговорить бы, — ввалился в дом запыхавшийся Борис.
Коль скоро сам главный безопасник бегает как мальчишка, то и впрямь случилось что-то серьезное. Романов попрощался с Леонидом и его семейством. Прогрессорство это, конечно, замечательно. Но к великому его сожалению, далеко не главное.
— Извини, Леонид. Но боюсь, что пока тебе придется заниматься этой проблемой в одиночестве.
— Я п-понимаю.
Похоже, появление взволнованного безопасника вызвало у механика обеспокоенность. Ну с чего бы ему так бегать-то? Ясное дело, беда. Знать бы только, насколько она затронет самого грека и его близких. Хотелось бы надеяться, что это вызвано все же не тем, что враг подступился к Пограничному.
— Ну и что за срочность? — когда они оказались на улице, поинтересовался Михаил.
— Шарукан выдвинулся с войском усмирять Кучуккана, — ступая по тротуару, выстланному досками, ответил Борис.
Улицы города, конечно, отсыпаны гравием. Но эта мера спасает от непролазной грязи, а не от слякоти. Поэтому пешеходные дорожки были деревянными. Пока. В перспективе будет тротуарная плитка, благо изготовление цемента уже поставлено на поток.
И кстати, двор его усадьбы ею уже выложен. Нужно же на чем-то учиться. В Европе и Константинополе используют брусчатку. Михаил решил пойти другим путем. Спору нет, материал не столь долговечный, как камень. Зато в разы проще, серьезно экономит время и трудозатраты.
— Он не торопится? — посмотрев на Бориса внимательным взглядом, поинтересовался Михаил.
— У него нет выбора. Весть о непокорности Кучуккана разнеслась как степной пожар. Теперь либо он будет действовать быстро. Либо это ударит по его авторитету. А нам все к лучшему. Дружина и ополчение все еще помнят вкус недавних побед и полны решимости. Им прямо не терпится в третий раз за лето надрать половцам зад.
— Твои парни отслеживают войско Шарукана? Мне бы не хотелось неожиданностей.
— Неожиданностей не будет. Особая сотня ведет его плотно.
— Значит, будем выступать.
К моменту, когда они добрались до зала заседания Малого совета, все его члены уже находились там. Борис постарался. Тем лучше. Времени у них нет. Конное войско способно преодолевать за день сотню километров. А если одвуконь, так и все полторы. И даже Славутич им не препятствие. Переберутся вплавь, держась за своих лошадей.
Впрочем, выматывать перед битвой коней и людей Шарукан не станет. Не дурак же он в самом-то деле. Так что трое суток у них есть. Учитывая же тот факт, что пехота пограничников к месту схватки передвигается верхом, до стойбища Михаил доберется уже через сутки. Кстати, благодаря лошадям унести с собой получается многое.
— А если половцы навалятся на Пограничный, пока мы будем искать их в далекой степи? — усомнился Арсений.
— Ничего страшного не случится. Сегодня все три заставы в каменных стенах. Немой в стороне, и до него без кораблей не добраться. Так что пока станут возиться, а там и мы подоспеем. Только тогда уж степняки окажутся меж молотом и наковальней. А потому не станут они подступать к граду. Сразу пойдут на Кучуккана и постараются разбить нас в чистом поле. На этот раз нам рассчитывать на помощь князя не приходится. Она попросту не успеет.
— Кто останется в граде? — поинтересовался о насущном Бобров.
Некогда он был простым ратником в дружине князя Романа, преданного и убитого половцами. Помнится, отбрыкивался, не желая брать под начало десяток. Потом не меньше кочевряжился с назначением на должность сотника. Вот только командиром он оказался, что говорится, от бога. А потому и карьера его шла споро. Ну и сам вошел во вкус. На сегодняшний день был третьим полковником Пограничного. Только к чинам и званиями он особо не тянулся. Зато расстраивался, когда добрая драка обходила его стороной.
— Что, Игорь, желаешь в дело? — с прищуром поинтересовался Михаил.
— Закис я уже за стенами, — с недовольной миной ответил тот.
— Готовься. Теперь в поход полк ополчения поведешь ты. Только в этот раз сгребаем горожан частой гребенкой. С нами уйдет восемь сотен. Из мужиков останутся только мастера своего дела.
— Это что же, ты мне оставишь, считай, только баб да детей? — вздернул брови Арсений.
— Я отправлю гонца к моему тестю. Он не откажется прислать три сотни воев. А коли они будут в граде, то и Шарукан не отважится нападать на Пограничный.
— Это если сам Тераккан не возжелает заполучить град себе. Он, конечно, твой тесть, но я не стал бы так-то уж ему доверяться, — усомнился Гаврила.
— Прав ты. А потому, Арсений, ходу им в город нет. Пусть разбивают лагерь на берегу реки. Детей половецких под особый присмотр. И будь все время настороже. Долго распотягивать не будем. Каждый из вас знает, что ему делать. Иных вопросов нет? Вот и ладно. Готовимся к походу. На рассвете выступаем.
Совещание вышло кратким. Но, с другой стороны, все давно уже отработано. Командиры всех уровней четко знают, как и что именно им делать. Михаил будет только путаться под ногами. Бог весть, может, через несколько лет спокойной жизни народ и расслабится, начнет упрощать себе жизнь да халтурить. Именно поэтому по прошествии долгого мирного периода государства зачастую не готовы к войне. Но сейчас явно не та ситуация.
— Михаил, говорят, дружина собирается в поход, — встретила его супруга.
Вот так. Не успел вернуться, едва обнял семью, как тут же умчался смотреть изобретение Леонида. Уж больно долго этого ждал. А там сбор Малого совета, и вот уже разносится весть о сборе войска.
— Да, Алия. И на этот раз мы соберем всех, кого только возможно.
— Стоит ли Кучуккан такого риска?
— Он наш союзник, который при случае встанет с нами плечом к плечу против половцев. Чего твой отец не может.
— А если он тебя предаст?
— Ему это невыгодно. Твои соплеменники никогда не примут печенегов ровней. Разве только растворят в себе, как поступали с другими. И орда Кучуккана неизменно шла к этому. Ее постепенно ослабляли, чтобы потом растащить на аилы и вобрать в половецкие курени. Думаешь, хан этого не понимает?
— Не все же такие мудрые, как ты.
— Говори, Алия, говори. Мне так нравится, когда ты меня хвалишь, — подхватывая жену и целуя ее в шею, игриво произнес он.
— Погоди. Да погоди же ты. Миша, но ты хотя бы сообщил об этом отцу?
— Я попросил Тераккана прислать в Пограничный три сотни воинов. Однажды он уже оказывал нам такую услугу. Уверен, не откажется помочь снова.
— Конечно, поможет. Только…
— Что, Алия?
— Я слышала разговоры в курене, что раз уж у орды появились постоянные поселения, то почему бы им не прихватить и один богатый город, чтобы их богатство стало еще больше.
— Алия-а, что я слышу. Ты выдаешь планы своих родичей.
— Забыл? Я вышла замуж, ушла в другой род и подарила ему сыновей. Теперь мой дом и мои близкие здесь. Для своей прежней родни я умерла.
— Я все помню, милая. И я тебя люблю, — вновь потянувшись к ней, произнес он.
— Миша, — слегка отстранившись и подпустив строгости, попыталась она его остановить.
— Просто верь мне. Все будет хорошо.
Продолжая упираться руками в его грудь, она посмотрела на него долгим взглядом. После чего улыбнулась и прижалась к нему, впившись в губы долгим и жарким поцелуем. Он не успел вернуться и завтра вновь убывает. Но сегодняшние вечер и ночь принадлежат им…